Апошняя ноч беларускай дэмакратыі, ці Што здарылася з 21 на 22 лістапада 1996 году :: Хартыя'97 :: Навiны

Час няўмольна адцягвае нас ад так званага рэферэндуму, калі беларускаму народу прапанавалі для галасаваньня новую Канстытуцыяю. Пасьля яе сумнеўныя па сваёй прававой прыродзе нормы паслужылі падставаю для роспуску дзейснага парлямэнту – Вярхоўнага Савету Рэспублікі Беларусь. Тады ж спыніў існаваньне і першы склад Кастытуцыйнага суда. Аднак ня ўсе ведаюць, што галоўная падзея ў беларускай гісторыі таго часу адбылася ў ноч з 21 на 22 лістапада 1996 году. І хоць у тую ноч у Менску не пралілася кроў, па сваіх наступствах для лёсу Беларусі яна параўнальная да “варфаламееўскай” ночы ў Парыжы, калі ў жніўні 1572 году каталікамі была зарганізаваная масавая разьня гугенотаў. Так што адбылося пяць гадоў таму халоднай ноччу 22 лістапада?

Передо мной лежит оригинальный документ, который представил судьям Конституционного суда его тогдашний председатель В.Тихиня утром 22 ноября 1996 года. В это время мы готовились выйти в зал заседания для рассмотрения самого ответственного в нашей истории дела "О нарушении президентом Республики Беларусь А.Г.Лукашенко Конституции Республики Беларусь". Однако председатель срочно пригласил судей на экстренное совещание. На нем он ознакомил нас с документом, подписанным накануне ночью. Он назывался "Соглашение об общественно-политической ситуации и о конституционной реформе в Республике Беларусь" и начинался следующими словами: "Мы, президент Республики Беларусь Лукашенко А.Г. и председатель Верховного Совета Республики Беларусь Шарецкий С.Г., исходя из интересов белорусского народа и в целях обеспечения в республике гражданского мира и стабильности согласились о нижеследующем...".

Самое интересное, что этот "исторический" документ принимался под патронажем высших должностных лиц соседнего государства: председателя правительства России В.Черномырдина, председателя Государственной думы Г.Селезнева и председателя Совета Федерации Е.Строева. Они, видите ли, залетели на "огонек" в другую страну, чтобы урегулировать в ней общественно-политическую ситуацию. А гарантом законности этой сомнительной сделки между А.Лукашенко и С.Шарецким выступил председатель Конституционного суда В.Тихиня.

О чем же договорилась вышеупомянутая "троица" в условиях полной конфиденциальности? На эту встречу не пропустили даже вице-спикера Верховного Совета Геннадия Карпенко, который пытался прорваться сквозь плотный кордон охраны.

Пункт первый Соглашения гласил: "Президент Республики Беларусь отменяет свои указы от 5 ноября 1996 года №455 и от 7 ноября 1996 года №459".

Первый указ устанавливал, что изменения и дополнения Конституции могут быть проведены через обязательный референдум. Решение об изменении и дополнении Конституции считается принятым, если за него проголосовало большинство граждан, внесенных в списки для голосования.

Получается, что президентский указ дополнил Конституцию, в которой не было такой нормы. Во всяком случае президент взял на себя функции законодательного органа власти и официально разъяснил (по своему усмотрению) Конституцию 1994 года. По сути подзаконный акт, каковым является указ президента, был издан в форме конституционного закона (замечу, что этот указ президента находился на рассмотрении в Конституционном суде и, по всей вероятности, был бы признан неконституционным).

Другим своим указом президент "отменил" заключение Конституционного суда от 4 ноября 1996 года, в соответствии с которым итоги голосования по вопросу о внесении поправок в Конституцию могли иметь лишь рекомендательный характер.

Сам по себе это -- беспрецедентный факт в мировой юстиции. Ведь решение Конституционного суда обладает высшей юридической силой и никем не может быть отменено. Тем не менее в условиях белорусской действительности оно было отменено единоличным актом президента "как существенно расходящееся с Конституцией и ограничивающее конституционное право граждан на участие в референдуме (народном голосовании)".

Более того, своим указом А.Лукашенко установил, что "деятельность государственных органов ...препятствующая проведению в Республике Беларусь республиканского референдума 24 ноября 1996 года, подлежит прекращению, а виновные в этом лица привлекаются к ответственности в соответствии с законодательством".

По сути дела 7 ноября 1996 года Лукашенко ввел в стране прямое президентское правление, захватив всю государственную власть и отменив действие Конституции. Тогда об этом вслух не говорили, но юристы прекрасно понимали, что произошло в стране, и как это называется на языке уголовного закона.

И такие, мягко говоря, неконституционные указы стали предметом торга на высшем уровне: за их отмену обещалось прекратить дело об отрешении А.Лукашенко от должности. При этом забывались его прошлые "прегрешения" в виде многочисленных нарушений Конституции и законов.

Пункт второй Соглашения предусматривал, что Верховный Совет в лице его председателя обеспечивает отзыв из Конституционного суда предложения депутатов о даче заключения на предмет нарушения президентом Республики Беларусь Конституции. А Конституционный суд в ответ на такое обращение прекратит 22 ноября дело о нарушении президентом Республики Беларусь Конституции. Под этим обязательством поставил свою подпись В.Тихиня.

На таких условиях "договаривающиеся стороны" согласились на проведение референдума, результаты которого в части внесения изменений в Конституцию должны были иметь рекомендательный характер. После проведения референдума предполагалось сформировать Конституционное собрание. В его состав должны были войти: президент Республики Беларусь -- председатель Собрания, 50 депутатов Верховного Совета, делегируемых фракциями пропорционально их численности в Верховном Совете, и 50 представителей президента на паритетных началах: 50 депутатов Верховного Совета и 50 представителей от президента.

Перед Конституционным собранием ставилась задача -- в течение трех месяцев на основе текста изменений и дополнений Конституции, получивших большинство на республиканском референдуме, принять новую редакцию Конституции (как видим, предлагался российский вариант принятия Основного закона с той только разницей, что там выработанный Конституционным собранием проект Конституции был утвержден на референдуме. -- Авт.).

Стороны (президент Республики Беларусь и председатель Верховного Совета Республики Беларусь) взяли на себя обязательство не предпринимать никаких действий по досрочному прекращению полномочий соответственно -- Верховного Совета и по смещению президента с должности.

Соглашение вступило в силу со дня его подписания, т.е. ночью 22 ноября.

Однако уже на следующий день "Соглашение" было вероломно нарушено. Верховный Совет не смог его "ратифицировать" по той причине, что депутаты пропрезидентской фракции отказались за него голосовать. С парламентской трибуны В.Коноплев отдавал распоряжения своим сторонникам. В итоге Верховный Совет не принял "одобряющего" решения, что позволило А.Лукашенко обвинить его в срыве договоренностей и вернуться к проведению своей политической линии в канун референдума.

Судьи Конституционного суда, несмотря на подписание председателем пресловутого Соглашения, отказались прекратить дело об импичменте. Попытки В.Тихини настоять на принятии такого решения успехом не увенчались. Однако рассмотрение дела было перенесено на вторник, 26 ноября (видимо, по этой причине итоги референдума были оглашены не через 10 дней, как требовалось по президентскому указу, а через день после голосования -- утром 26 ноября. -- Авт.).

Итак, "ночное соглашение" 22 ноября не удалось. Сейчас очевидно, по чьей вине так произошло. Скорее всего группе власти нужно было выиграть время, чтобы удержать зашатавшийся трон. В этом деле весьма полезной оказалась российская "помощь" в лице высокопоставленных государственных мужей. Как только опасный период прошел, Соглашение было "провалено", а вина списана на другую сторону. Верховный Совет был распущен сразу же после объявления итогов референдума. Его судьбу разделил и Конституционный суд. Страна стала жить по новой Конституции.