Если бьют под дых, значит, много успел :: Хартыя'97 :: Навiны

Василь Быков никогда не любил власть имущих. Единственный глава государства шестой части суши (СССР), к которому народный писатель Беларуси относился с уважением, - Михаил Горбачев. Что, впрочем, не мешало Василю Владимировичу выступать порой с жесткой критикой в его адрес. Нелюбовь эта была взаимной. Разница лишь в том, какие формы она принимала. Не будем рассматривать отношения писателя с властями канувшего в лету Советского Союза, а обратимся к истории независимой Республики Беларусь.

То, что фактическое двоевластие в лице председателя Верховного Совета Станислава Шушкевича и главы Совмина Вячеслава Кебича, установившееся с развалом Союза, - явление временное, Быков понимал еще в 1991г. В интервью газете «Лiтаратура i мастацтва» («Будучыня рэспублiкi») он отмечал неустойчивость демократических завоеваний, сближение «реакционных сил» и потребность народа в жесткой руке. «Хлеба еще немного есть, не хватает диктатора... Однако он будет», - говорил Быков еще на закате перестройки. Он уделял много времени общественной жизни, подолгу рассуждал о ситуации в стране, но почти не упоминал в своей публицистике фамилий виновников происходящего, ограничиваясь определениями «реакционеры», «большевики», «коммунисты», отождествляя последних с «верховной властью республики». Он как будто специально не говорил о персоналиях, предпочитая рассуждать о явлении: «В Беларуси активно действует недавно реанимированная партия коммунистов, люди которой заседают, не таясь, во всех без исключения органах законодательной, исполнительной, судебной власти. Экономика этой страны давно и надежно объединена с российским ВПК и пристроена к общему нефте-энергетическому трубопроводу, вентиль от которого находится в Москве».

Такая политика, конечно же, осуждается диссидентом. Себе он оставляет авторитетное слово, а осуществление идей независимости берет на себя Белорусский народный фронт, членом Сойма которого являлся со дня создания организации. Лидер БНФ Зенон Позняк Быкову представляется «апостолом народной правды» (определение из быковского очерка «Лидер»). Поэтому все препятствия, чинимые властями БНФ, неизменно касались и народного писателя. Волна очерняющих публикаций в госСМИ против фронта накрыла и Василя Быкова. В печати, в частности, появляются «коллективные письма» однополчан Василя Владимировича, где некоторые ветераны заявляют, что с бывшим фронтовиком больше не пошли бы в атаку. Мол, предал родину, партию и т.д.

«Мои одногодки в своем большинстве перестали быть моими единомышленниками. Они пошли в другом направлении. Имею в виду свое фронтовое поколение. К сожалению, с каждым годом я все меньше нахожу с ними общий язык - я меньше понимаю их, а они меня, и имеют ко мне свои претензии», - с горечью писал Быков. Тем не менее представители власти, осознавая масштаб личности писателя, не позволяли себе публично оскорблять Быкова. Его обделяли теле- и радиоэфиром, но продолжали небольшим тиражом переиздавать его книги. В 1993г. в журнале «Полымя» даже вышла повесть «Сьцюжа», начатая Быковым в 1963г. и дописанная лишь в 1991г. «Окопная правда» о далекой Великой Отечественной войне постепенно переставала пугать белорусские власти.

Далее был июль 1994г. Вскоре после прихода к власти Александра Лукашенко газета «Советская Белоруссия» опубликовала статью «О люмпен-интеллигенции», где весь цвет белорусской нации был зачислен в разряд врагов молодого президента. И хотя имена там названы не были, не угадать, о ком шла речь в публикации, сложно. Далее стесняться и вовсе перестали. Периодичность, с которой появлялись оскорбительные материалы про народного писателя, заявления официальных лиц и проч. позволяли говорить о целенаправленной травле Быкова, в т.ч. при помощи российских СМИ. Одни заголовки чего стоят: «По кому стреляют Куропаты (Еще раз о том, как жертв немецких фашистов превратили в жертвы сталинских репрессий)»; «Культурки не хватает»; «Почему бегают Быков и прочие?», «Ржавые перья», «Искусство принадлежит уродам?». Особенно старались корреспондент газеты «Республика» Евгений Ростиков и штатный обвинитель Быкова, бывший заместитель заведующего отделом пропаганды ЦК КПСС Владимир Севрук. Некто О.Платонов в своей книге «Россия под властью масонов» упоминает Василя Владимировича в списке этих самых масонов.

Не удержался от оскорблений артист Владимир Гостюхин, исполнивший некогда роль партизана Рыбака в фильме «Восхождение» (по быковской повести «Сотников»). Говоря о писателе в интервью одному из российских изданий, Гостюхин сказал: «Он талантливый человек, но сейчас исходит желчью и ненавистью. Он предал Сотникова. Я смело говорю об этом». В 1996г. Лукашенко встречался с Радой Союза белорусских писателей, членом которой несколько десятилетий являлся Быков. Однако сам Василь Владимирович туда не был приглашен. Впрочем, последний и не жаждал этой встречи: «Ему не нужен Быков, у него есть сплоченная, мощная, собственная когорта писателей, которая пишет о нем, пишет его жизнь, славит режим. А всего остального он не приемлет».

В это время вся пропагандистская машина государства работала над дискредитацией Быкова. Созданный несколько лет назад на «Беларусьфильме» по рассказам Быкова художественный фильм «На чорных лядах» так и не вышел на экраны. Его обвиняют в антиисторичности (якобы Слуцкого восстания никогда не было) и надуманности, в аморальности и антигуманности. «Напоминают» писателю, что некогда он подписал коллективное письмо против Александра Солженицына. Потом выяснилось, что письма тот не подписывал. В одном из роликов цикла «Тайные рычаги политики» (БТ) фронтовик был назван «литературным полицаем».

В итоге, воспользовавшись приглашением одного из отделений ПЕН-центра, Быков уехал на полтора года в Финляндию. Затем были Германия и Чехия. Причем вид на жительство в последней Василь Владимирович получил из рук президента Вацлава Гавела. На родине между тем распускался слух о том, что Быков получил статус политбеженца. Более того, «Народная воля» получила предупреждение за то, что пребывание Быкова в другой стране было названо «изгнанием». Это при том, что, отвечая на один из вопросов «Аргументов и фактов», Быков с таким определением согласился. Дальше больше - в прессе утверждалось, что арестованный вместе с Александром Чигирем за угон автомобилей парень - никто иной как племянник Василя Быкова. Позже стало известно, что в никаких в родственных отношениях с писателем задержанный не состоит.

Вообще, муссировалась масса самых разных слухов. К примеру, о том, что Быков в последние годы почти ничего не писал (БТ устами корреспондента Ревуцкого умудрилось повторить эту байку и после смерти писателя, 23 июня в 12.00). На самом деле все выглядело с точностью до наоборот.

У Быкова за время работы за границей вышло три книги. Показательна история со сборником «Сьцяна». Как заявил сам Быков в интервью московской «Новой газете» в 2000г., книгу выбросили из планов госиздательства в тот момент, когда текст уже был набран. Однако маленькое частное издательство объявило народную подписку, и она все же вышла - тиражом 800 экземпляров. Власти как могли старались, чтобы о Быкове люди если не забыли совсем, то имели о нем превратное представление. Так, в мае прошлого года Эдуард Скобелев, главный редактор бюллетеня администрации президента, призвал государственные литературные издания (а негосударственных уже почти не осталось) не публиковать материалы авторов, критически настроенных к действующей власти. В числе «политически отсталых» Быков был на первом месте.

Василь Быков не отвечал. Торопился закончить свою «Долгую дорогу домой». Закончив, умер.