Праз пяцьдзясят гадоў Фідэль усё той самы :: Хартыя'97 :: Навiны

Адну гадзіну доўжылася прамова Фідэля Кастра ў былых казармах Манкада ў Санцьяга-дэ-Куба. Для Кастра, які вядомы шматлікімі прамовамі, гэта ня доўга, як, зрэшты, і для падзеі, якой была прысьвечаная гэтая размова, -- 50-годзьдзе з дня пачатку кубінскай рэвалюцыі. Было запрошана дзесяць тысячаў гасьцей, адбыўся грандыёзны фаэрвэрк. Але спачатку была прамова Кастра.

Сегодня казармы Монкада – это музей и школа, но, прежде всего, это отправная точка. Историческое место, а 26 июля 1953 года – это историческая дата. Хотя в тот день все шло вкривь и вкось. Тогда Фидель Кастро всего с сотней своих сподвижников собирался штурмовать вторую по величине военную базу в стране, надеясь вызвать тем самым народное восстание против диктатора Фульхенсио Батисты. Неопытная и плохо оснащенная группа мятежников рассчитывала в первую очередь на эффект внезапности. Но их акция потерпела неудачу. Большая часть бойцов была захвачена, многие – убиты. Однако их выступление кубинская историография считает началом кубинской революции, хотя до 1 января 1959 года - момента прихода к власти Фиделя Кастро - оставалось еще почти шесть лет.

Кастро тогда было 26 лет. Спустя полстолетия он снова стоит на том же месте, ему – 76, он – глава государства и правительства. Он – диктатор.

Массовые репрессии

Фидель Кастро вначале говорит об успехах революции. Он называет много цифр, так как ничто не производит такого впечатления, как цифры. В 1953 году 22% населения было неграмотным, сегодня таковых только 0,5%, утверждает он. Ни в одной другой стране мира нет столько учителей, преподавателей вузов и воспитателей, как на Кубе. Это цифры Кастро. Его успехи.

Но Куба – это еще и страна без свобод, и мало когда это бросалось в глаза так, как в последнее время. В апреле Кастро обрушил на оппозиционеров и диссидентов волну репрессий, самую яростную начиная с 60-х годов. Впервые за три года юстиция снова вынесла смертные приговоры и казнила трех человек, которые хотели захватить пассажирский паром и бежать в США. Всего несколькими днями раньше кубинские судьи приговорили более 70 оппозиционеров-интеллектуалов к заключению в общей сложности на 1454 года и тем самым фактически заставили замолчать всю оппозиционную интеллигенцию.

До сего дня остается неясно, что побудило Кастро нанести столь радикальный удар. После визита Римского Папы в 1998 году он только наблюдал за деятельностью оппозиционных группировок и ничего не предпринимал. Он знал, что они не представляют для него никакой реальной опасности, потому что в их ряды были внедрены шпионы. Самым вероятным объяснением является то, что Кастро рассердился на поддержку, оказываемую оппозиции новым главой постоянного представительства США в Гаване Джеймсом Кейсоном. Кейсон открыто поддерживал критиков режима и неоднократно предоставлял свою резиденцию для проведения их семинаров и встреч.

Однако из-за своей твердолобости Кастро утратил поддержку практически всех своих друзей и покровителей. Португальский лауреат Нобелевской премии по литературе Хосе Сарамаго говорит от лица многих: "Куба казнями не выиграла ни одной героической битвы, но уничтожила все мои надежды". Так написал он в замеченном многими открытом письме. Прежде он всегда восхищался революцией. И Европейскому союзу, который в последние годы делал ставку на сближение, открыл в марте на острове свое представительство и стал самым крупным иностранным инвестором на Кубе, не осталось ничего иного, кроме как отмежеваться от Кастро.

Но на Кастро критика, похоже, не произвела впечатление. "Куба не нуждается в Европейском союзе, чтобы жить и развиваться", - сказал он в своей речи. Куба, продолжал он, собирается отказаться от гуманитарной помощи Еврокомиссии и отдельных государств - членов ЕС. Затем он назвал ЕС "группировкой старых колониальных сил, исторически ответственной за работорговлю, грабежи и уничтожение целых народов". Фидель Кастро говорил всего час. Но высказывался он однозначно. Иногда кажется, что с возрастом он становится не мудрее, а только упрямее.

Гордость страны

До его смерти перемен на Кубе ожидать не следует, в частности потому, что многие кубинцы, несмотря на нужду и политическое угнетение, являются его твердыми сторонниками. Верность подпитывается социальными успехами революции и уверенностью, что Кастро придал маленькой нации большое значение – не в последнюю очередь тем, что даже 40-летнее экономическое эмбарго США не смогло поставить страну на колени.

На процессе, организованном в октябре 1953 года, против тех, кто совершил нападение на казармы Монкада, свою речь перед судом Кастро закончил словами: "Вы можете меня осудить, но история меня оправдает". Но даже пятьдесят лет спустя окончательный приговор еще не вынесен.