18 января 2017, среда, 13:06

Кирилл Силивончик: В российской колонии меня охранял белорус

6
Фото: svaboda.org

Одно из первых интервью на свободе осужденный в РФ за поддержку Украины Кирилл Силивончик дал charter97.org.

Гражданин Беларуси Кирилл Силивончик, отсидевший два года в Российской Федерации за поддерживающие Украину посты в социальных сетях, вчера вернулся в Беларусь.

Силивончик прилетел в Минск поздно вечером 21 декабря из Москвы. Его встречали журналисты и сестра Екатерина.

В интервью charter97.org Силивончик рассказал, что из изолятора для иностранцев его везли 9 часов в наручниках.

- Какие первые впечатления от Беларуси? Как добирался до Минска?

- Доехали без заторов (смеется). Из Нижнего Новгорода до аэропорта в Москве ехали девять часов, сделав по пути только одну остановку. Без еды, без ничего. Все это время я был в наручниках. Их сняли только в аэропорту — до сих пор все болит.

- Стал ли неожиданностью для тебя арест за пост в поддержку Украины в декабре 2014 года?

- Я даже не представлял, что такое может произойти. Тем более, не думал о том, что за пост в соцсети могут возбудить уголовное дело, судить и дать реальный срок. Нужно было быть умнее и следить за тем, что пишешь на своей странице.

- Ты отбывал наказание в колонии «Сухобезводное», которая известна среди российских правозащитников жестокими порядками...

- Это одна из самых жестких и серьезных колоний в Нижегородской области, там было много пыток в свое время. Но когда я приехал, стало немного легче. Никого не избивали, относились уважительно. Угроз или давления в мой адрес тоже не было. Кстати, начальник колонии — белорус из Гомельской области.

- Оказывали ли помощь сотрудники белорусского посольства?

- Посольство Беларуси помощи не оказывало. Только когда до этапа в колонию оставался один день, пришел консул. Он поинтересовался, как у меня дела и где я собираюсь отбывать наказание. Больше никакой поддержки или информации от посольства не было.

Уже после того, как я вышел из колонии и меня поместили в изолятор для иностранцев, они, конечно, курировали вопросы, связанные с моим местонахождением и депортацией.

- Получал ли ты письма, чувствовал ли поддержку и солидарность?

- Хотелось бы поблагодарить всех за внимание, за то, что нашли и опубликовали информацию о том, что со мной случилось. Это было неожиданно, конечно, но очень приятно. Благодаря журналистам и неравнодушным людям вокруг этого дела поднялся шум, который и привлек внимание к нему. Именно это заставило вмешаться и сотрудников посольства.

Да, мне очень много писали, особенно в первые месяцы заключения. Такому количеству писем удивлялись и мои тюремщики. Писали наверное из любой точки Европы - письма приходили из Норвегии, Литвы, Германии, Украины, Беларуси. Я всем очень благодарен за такую огромную поддержку. Было очень приятно.

- Чем собираешься заниматься на родине?

- Пока не знаю. Сейчас хочется просто отдохнуть, ведь на протяжении последних лет мне пришлось пережить не самое лучшее. Будет видно. На протяжении пяти лет въезд в Россию мне запрещен, поэтому вернуться туда, даже при наличии такого желания, я не смогу.

Думаю, что мне еще предстоит встреча с нашими спецслужбами. Не знаю, чем она закончится, но будем надеяться на лучшее.