19 лiстапада 2018, панядзелак, 21:44
Падтрымайце сайт «Хартыя-97»
Рубрыкі

Три сигнала Путина

2
Александр Гольц

О чем говорит состав нового правительства России.

Первый сигнал – все разговоры о «цифровизации» и прочих технологических прорывах в современность являются сотрясением воздуха. Костяк российского кабинета – старые добрые кони, которых не меняют на переправе. Если говорить о так называемом социально-экономическом блоке, то в лучшем случае эти не позволят разворовать нефтяные доходы, которые на счастье президента вновь начали расти. Но ни на какую решительную модернизацию они не способны.

Алексей Кудрин, который вроде бы понимает, как реформировать страну, задвинут в Счетную палату, откуда будет наблюдать, как чиновники будут саботировать его предложения. Второй сигнал – эффективными и впредь будут считаться отъявленные мракобесы, вроде Владимира Мединского и Ольги Васильевой.

Стало быть, неустанная работа по укреплению связи «православия» и «народности» продолжится. Главным критерием эффективности остается лояльность хозяину. Именно поэтому под хохот собравшихся Дмитрий Медведев объявляет, что Виталий Мутко будет теперь со спорта переброшен на строительство, чтобы продемонстрировать нежелание гордого Кремля прогибаться под западными санкциями.

Наконец, третий, и главный сигнал – режим не только по содержанию, но и по форме превращается в самодержавную монархию. Глубоко закономерно то, что должность министра сельского хозяйства занял Дмитрий Патрушев. Именно его отец Николай Патрушев, ныне секретарь Совета безопасности, в бытность директором ФСБ поведал, что сотрудники госбезопасности являются в стране «неодворянами». И вот теперь нет сомнений, что его сын, окончивший, по данным «Новой газеты», Академию ФСБ, получил министерскую должность именно благодаря своему высокому происхождению.

СМИ утверждают, что «Россельхозбанк», которым Патрушев-младший руководил несколько последних лет, каждый год завершает с серьезными убытками. Держаться на плаву помогала возможность распределять многомиллиардные госкредиты, к которым батюшка банкира, понятное дело, отношения не имел.

Другое знаковое назначение – утверждение путинского охранника Евгения Зиничева министром МЧС. Спору нет, после того, как спасательное ведомство покинул Сергей Шойгу, оно сильно потеряло в глазах россиян. Достаточно вспомнить беспомощность эмчеэсовских начальников при наводнении в Крымске и во время пожара в «Зимней вишни», да и еще в десятках случаев. Только вот кто сказал, что со сложнейшей публичной работой справится человек, испугавшийся необходимости общаться с людьми в должности губернатора Калининградской области?

Будь в России парламент, а не тридесятый отдел Администрации, который лишь в силу традиции называется Федеральным собранием, народные избранники камня на камне не оставили бы от этих назначений. Независимая пресса стала бы дотошно выяснять, какие именно качества и способности генеральского сына и путинского адъютанта позволяют доверить им важнейшие посты в государственной системе.

Однако и парламент, и СМИ никак не контролируют Кремль. Не приходится говорить и о независимости судебной власти. Все эти институты носят сугубо декоративный характер. А, согласно законам биологии, орган, который не используется, неизбежно деградирует. По факту Россия уже сегодня является самодержавной монархией с несменяемым начальником, чьи решения никем не подвергаются сомнению.

Единственное отличие – отсутствие у путинской знати права передавать по наследству не только капиталы, но также титулы и должности. Также отсутствует система престолонаследования. Так ведь дело наживное. И нынешние назначения могут быть лишь первыми ласточками в деле возвращения самодержавия с его атрибутами. Вот и казаки с нагайками появились на московских улицах. Не за горами то время, когда неодворян будут жаловать душами…

Александр Гольц, «Ежедневный журнал»