9 снежня 2019, панядзелак, 4:53
Засталося зусім крыху
Рубрыкі

То, чего Путин боится больше всего

7
То, чего Путин боится больше всего

Война с Россией не только украинская.

И Украина не напоминает об этом миру на надлежащем уровне. Процессы демократизации в Украине — это единственная причина российской агрессии. Это то, чего российское государство сегодня боится больше всего.

Россия противодействует не только нам. Она развернула гибридную войну против устоявшихся демократий, даже не скрывая этого. Более того — бравируя этим.

Так, помощник Путина Владислав Сурков в своей одиозной колонке «Долгое государство Путина» прямо заявил: «Отказ от этой иллюзии в пользу реализма предопределенности привел наше общество вначале к размышлениям о своем, особом, суверенном варианте демократического развития, а затем и к полной утрате интереса к дискуссиям на тему, какой должна быть демократия и должна ли она в принципе быть».

Путин, судя по всему, вмешивается в выборы в США, поддерживает антисистемные и антилиберальные движения в Европе, публично заявляет о том, что либеральная демократия отжила свое. Политика внутри России еще трагичнее: аресты оппозиционных лидеров, ограничения в доступе к выборам на выборах в Москве, массовые аресты протестующих на улицах. Это все — часть политики путинизма, политики, направленной на расшатывание мировой политики, на подчинение ее путинским правилам и идеям.

Идеологически это оправдывается смертью либеральной демократии, о которой так любят говорить Путин и его приспешники. И именно поэтому демократические процессы в Украине вызывают такую ненависть у Путина, ведь они нивелируют его главный тезис о ненужности и невостребованности демократии в 21 веке. И они опасно приближают демократию к границам России, поэтому и угрожают его господству.

Именно поэтому самое сильное и самое радикальное противодействие Украины России состоит в том, чтобы постоянно поддерживать интерес к дискуссиям о демократии в российском государстве, в первую очередь — демонстрируя правомочность демократии на собственном примере. Лучшее, что мы можем делать — углублять и улучшать демократию в Украине.

И это необходимо подкреплять активной и действенной политикой на международном уровне, доказывая общность российской угрозы для мирового сообщества. А для этого нужна проактивная коммуникационная стратегия украинской власти.

Сейчас мы ее не видим. Так, последние две недели все мировые новости гласят об Украине — в контексте разговора президентов США и Украины. Но при этом Украина выступает в большей степени как объект международных отношений, к сожалению, мы не показываем на должном уровне своей ценности для мира, не закрепляем собственную субъектность на международной арене.

А это именно то, что нужно делать совместными усилиями. Мы должны показывать, что Россия — враг всех демократических процессов в мире. И мы оказались на острие этого противостояния, но фронт борьбы с российским агрессором должен быть совместным для всех, кто стремится к выживанию демократии в мире. Мир должен помнить, что сегодня демократию защищает украинская армия, однако справиться с российской угрозой — глобальный вызов, который должен получить глобальную реакцию.

Главное, что надо делать, — выстраивать совместную коалицию на международном уровне. Коалицию, основанную на ценностях, коалицию, которая будет противостоять распространению путинских идей в мире. И только так мы сможем одолеть российскую агрессию.

Но мы также должны помнить, что не менее важно выработать четкую общую позицию внутри Украины. Именно ради этого была создана парламентская Временная специальная комиссия. И до того, как участники комиссии, создание которой поддержали фракции ЕС, Слуга народа и Батькивщина, начнут вырабатывать общее видение и позицию, идти на переговоры с Путиным — крайне опасно.

Ни одному политическому лидеру не удалось осилить Путина в переговорах. Наивно полагать, что это удастся сделать человеку, который при власти и в политике пребывает менее полугода. Это не должно быть воспринято как оскорбление в адрес президента, сегодня весь мир не знает, как противодействовать Путину, даже самые известные лидеры сильнейших стран. Именно поэтому крайне важно сотрудничать со всеми лидерами демократических стран, чтобы совместно определить стратегию противодействия России. Но сегодня, к сожалению, мы не до конца понимаем позицию президента по поводу того, как эта сеть поддержки Украины в мире будет выстроена.

Последние две недели отдельные представители партии Слуга народа больше искали врагов внутри страны, чем за ее пределами. Это ошибочная стратегия. Внутри должно быть абсолютное единство по противодействию российской агрессии. Это то, чего больше всего боится Путин. И это то, что нам надо делать.

Инна Совсун, «Новое время»