1 снежня 2020, aўторак, 12:08
Сім сім, Хартыя 97!
Рубрыкі

Мнительный Путин

3
Мнительный Путин
Леонид Бершидский

Ассиметричный удар правителя РФ в сторону Америки в основном направлен против россиян.

С понедельника любой россиянин, публикующий ссылки с зарубежным медиаконтентом, может считаться «иностранным агентом», а значит, на законных основаниях систематически преследоваться бесстрашной бюрократией и правоохранительными органами. Закон, быстро принятый парламентом и подписанный президентом РФ Путиным, последовал всего через месяц после того, как осужденная в США защитница прав на ношение оружия Мария Бутина вернулась в Москву. Бутина отсидела 15 месяцев в американской тюрьме за то, что действовала как незарегистрированный иностранный агент.

В России закон об иностранных агентах появился еще в 2012 году. Его использовали против неправительственных организаций, получавших иностранное финансирование. Этим группам было запрещено участие в «политической деятельности» (такой как мониторинг выборов), они оказывались мишенями чрезмерных правительственных проверок и вынуждены были сопровождать все свои внешние коммуникации унизительным предупреждением о своей «иностранности». Многие некоммерческие организации сломались под правительственным давлением. Десятки жалоб на этот закон были поданы в Европейский суд по правам человека в Страсбурге, но по ним так и не вынесены решения.

Небольшое количество медиаорганизаций — пока те, что спонсировались Конгрессом США, такие как Голос Америки и Радио Свобода — тоже названы иностранными агентами.

Новый закон позволяет ставить клеймо «иностранного агента» на людях, особенно тех, кто распространяет контент из СМИ или любых других организаций, считающихся иностранными агентами и тех, кто получает финансирование из иностранного источника. Например, сотруднику правозащитной группы Мемориал или просто получателю денежных переводов от родственника, живущего за рубежом, остается лишь опубликовать в Facebook ссылку на Радио. Свобода, чтобы к нему можно было применить этот закон.

Этот человек окажется в специальном списке «агентов» и будет вынужден зарегистрироваться как компания, чтобы его или её финансирование было видно государству. Российский журналист, работающий для издания Голос Америки, тоже становится иностранным агентом в соответствии с этим законом.

Министерству юстиции достаточно решить, что другие иностранные медиаорганизации — это агенты, чтобы россияне, которые работают там или делятся их материалами, оказались официальными подозреваемыми — и их соответствующим образом отметили — для бюрократов из налоговой, полиции и агентства интернет-цензуры, которое может блокировать вебсайты.

Такие нарушения как отсутствие регистрации, открытой компании или публикация постов в соцсетях, если речь идет об иностранном агенте, будут наказуемы штрафом. Впрочем, его размер пока не определен.

Андрей Климов, один из авторов этого закона, недавно рассказал российской государственной газете Российская газета: «В отличие от зарубежных визави мы не предусматриваем уголовной ответственности. Мы не хватаем людей, не бросаем их в камеры пыток, как в некоторых странах, где на пять, где на пятнадцать лет. Мы в состоянии добиться результата за счет административных мер».

По его комментарию заметно, что российский закон — это ответ на всплеск интереса к регистрации иностранных агентов в США. Ранее это странное требование интересовало лишь профессиональных лоббистов, учувствовавших в расследовании спецпрокурора Роберта Мюллера по делу помощи России Дональду Трампу. Политтехнологи предвыборной кампании Трампа Пол Манафорт и Рик Гейтс были обвинены в нарушении Акта о регистрации иностранных агентов 1938 года.

Бутину обвинили по другому, но схожему закону, который тоже требует от иностранных агентов регистрации в США. Даже американские чиновники иногда путаются в них, и неспециалисту сложно понять, какие именно действия сделают его иностранным агентом в соответствии с этими законами.

Бутина, например, была приговорена к 18 месяцам тюрьмы за попытку контакта с представителями Республиканской партии и членами Национальной стрелковой ассоциации США, представляя интересы чиновника Центрального банка России, который, возможно, пытался наладить канал обратной связи между Кремлем и республиканской элитой в США.

Путина возмутило дело Бутиной. «Схватили, посадили девчонку за решетку, а предъявить-то нечего», — прокомментировал он после вынесения приговора.

Теперь настало время для ответного удара — как обычно у Путина, в основном, направленного против россиян, которых он считает пятой колонной Запада, а не против американцев. И как обычно у Путина — ответ ассиметричен. Хотя новый закон использует тот же термин «иностранный агент», что и законы США, он не несет того же значения.

В США агент должен совершать действия в угоду иностранной власти. В России — достаточно просто получить деньги из иностранного источника и распространить нежелательный контент, чтобы вас уже назвали агентом — это нововведение осудил российский конституционный юрист Илья Шаблинский, анализируя новый закон.

Для меня, тем не менее, законы о регистрации иностранных агентов кажутся бессмысленными в любой из форм — как в американской, так и в российской. Шпионаж — это довольно четко определенное преступление, за которое заслуженно несут тяжелое наказание по всему миру.

Но разные формы «легкого шпионажа» слишком размыты и могут использоваться угодливыми чиновниками, чтобы сделать политическое заявление или отомстить в духе «зуб за зуб». Паранойя в США потакает российской мстительности. Это точно не круговорот добродетели.

Леонид Бершидский, «Новое время»