24 жнiўня 2019, Субота, 20:21
Мы ў адной лодцы
Рубрыкі

Журналисты выяснили, что за «красную икру» на самом деле продают белорусам

65
Журналисты выяснили, что за «красную икру» на самом деле продают белорусам

Для этого продукт отправили на анализ ДНК рыбы.

Есть несколько вариантов, как начать этот текст. Например, поболтать о наивности. Или порассуждать о наказуемой глупости. Можно метнуть пару стрел в сторону России за поставки всякой фигни. Но, понимая всю абсурдность желания побороть зло раз и навсегда, мы расскажем о собственной маленькой войне вокруг двух баночек икры кеты, пишет onliner.by.

История началась на прошлой неделе со звонка Артема, которому спасибо за неравнодушие.

— Здравствуйте. Моя бабушка вчера купила икру за 10 рублей на выставке у ДК МАЗ и стала нас радостно угощать. Когда попробовали, стало понятно, что это икра лишь по цвету и форме. Я отнес обратно, деньги вернули. Бабушка позвонила своему социальному кругу, чтобы и остальные старушки сдали икру продавцам. Но все равно все не успеют. Гастролеры сегодня-завтра уедут, и все. А кто-то и не поймет или не поверит.

После звонка мы отправились к зданию ДК. Здесь на самом деле стояли развернутые шатры с растяжками «Большая распродажа», «Мед», «Модный базар» и тому подобными. Ничего масштабного, но с тонкой и непрерывающейся струйкой покупателей, которые могут позволить себе это днем, в рабочее время.

В одной из палаток продавали консервы российского производства: шпроты, скумбрия, форель, кижуч… За прилавком женщина средних лет по имени Анастасия отвечала на вопросы растерянных бабушек известными торговыми штампами типа «Все вкусное» и «Вот это берите, нравится людям». Ну те и берут.

К рыбе претензий пока нет. Но рядом — холодильный ларь с икрой. Ее тут тоже много. Интересная нам — самая дорогая, 10 рублей за 250 граммов икры кеты. В предвкушении разгадок достаем наличные деньги, но как только подходит наша очередь, икра в стекле внезапно исчезает.

Икра только для пенсионеров

— Простите, тут была красивая баночка за 10 рублей…

— Эта не продается.

— Почему?

— Потому что открыта. Не продается.

От обиды купили за 7 рублей что-то в зеленой баночке. Мы не станем довозить ее до лабораторий, поэтому ограничимся субъективным мнением: это очень невкусное, соленое нечто. Отправилось в мусорку.

Вызов принят. Найти пенсионерку, готовую постоять за честь ровесниц, труда не составило. Через два часа Анна Петровна передавала нам в руки товар. А заодно рассказала, что накануне по квартирам в округе проходили какие-то мужчины с икрой.

— В дверь позвонили. Открываю. Стоит парень и говорит: мы вот такую икру привезли, если интересно, приходите на ярмарку.

Чтобы оценить масштабы соблазна, уточняем, что сама Анна Петровна не удержалась и купила у Анастасии бутылку оливкового масла.

— Нормальное, как думаете? Я чек попросила. Но обратите внимание, что ни печати, ни икры в нем нет.

Чек на самом деле смешной. Во-первых, судя по номеру, никто прежде чек не просил. Во-вторых, дата написана с пролетарской хитростью. В-третьих, обращаем внимание на ИП Лопаеву.

«Продаю — не продаю — продаю»

С банками в руках возвращаемся к палатке с икрой. Настало время откровенных бесед.

— Снова здравствуйте. Мы все-таки купили вашу икру. Расскажите о ней, пожалуйста.

— Что?

— Икра в стеклянных банках.

— Нет у меня такой.

— Продали уже?

— Да.

— Вы ее только пенсионерам продаете?

— Что вы какие-то глупости пришли и спрашиваете…

— Потому что мы расстроились, когда у нас не получилось ее купить.

— Не получилось, а я здесь при чем?

Общаясь тихо и очень скупо, продавщица соглашается показать документы и достает папку с копиями.

— У меня вся документация в порядке. Ничего больше того, что есть в сертификате, я добавить не могу.

— Да, вы же просто продаете. Может, рядом есть кто-то из организаторов?

— Нет.

Анастасия то вспыхивает, спрашивая у журналиста документы, то оправдывается, то идет в отказ, заводя разговор в тупик:

— У нас никакой такой икры не было — не знаю, откуда вы взяли.

— Вы Лопаева?

— Нет.

— А где она?

Продавщица дает российский номер телефона, но не Лопаевой Л. С., а Максима. Позже мы узнаем, что ИП Лопаевой в Беларуси не существует. И что Максим — следующее звено. Он приезжает из Смоленской области, Анастасия — его знакомая, которая помогает с продажей.

— А что не так? — опять удивляется продавщица.

— Ваша икра.

— Ну в магазине же точно такая же продукция, — приходит на помощь женщина из соседней палатки с кровянкой и сальтисонами. — Она всем дает пробовать, кому нравится — берут.

— Походите по своим белорусским магазинам и посмотрите, что у вас продают, — включается Анастасия.

— Они хотя бы пишут, что икра альгиновая.

— Мы тоже никого не обманываем, у нас есть сертификаты.

И тут время сказать пока единственное в защиту гостьи из России: перед покупкой она дает пробовать товар. Нельзя утверждать, что для дегустации всем протягивает одно и то же, но мне досталась та самая «икра», вкус которой описать легко: что-то селедочно соленое.

На аргументы про стыд и совесть продавцы отвечают коллегиально: 150 рублей аренды в день помогают справиться и с совестью, и со стыдом.

— Сколько из проданного вам вернули?

— Никаких возвратов не было. А потом одна старуха сказала — и все понесли, — признается Анастасия. — И внучку ее мы деньги вернули, хотя он принес полбанки. Остальное съели? Но мы ни с кем не скандалили. Неделю проработали — жалоб не было.

— Что вы напишете про нас?

— Что подделкой торгуете, наверное.

— Ну документы же все есть. Проверял уже ОБЭП, все нормально было.

Все это время наш разговор слушает пара взрослых людей с ребенком. И когда возникла пауза, оперативно просит несколько банок икры. По совету мужчины, который «проходил» мимо:

— Вот эту горбушу и кету я брал. Кета — отличная, вот такая, — он поднимает палец вверх. — Берите, не пожалеете. У нас в магазинах горбуша в основном распространена, а такая не продается.

— А вы из команды? — хотел похвалить «пиарщика».

— Нет, я мимо прохожу.

Под рассуждения продавцов со случайно проходящим мужчиной о том, что СМИ собирают сплетни и зарабатывают как могут, опускаем занавес. Помимо сбора сплетен, мы придумали одну любопытную идею: отдать банку с икрой кеты в Институт генетики и цитологии НАН.

Ищем ДНК в икре

— Мы эту банку уже видели, — рассказывает научный сотрудник лаборатории института Александра Носова. — Я про качество печати.

О качестве печати нельзя не вспомнить. Если отсутствие акцизной марки еще можно понять (серый импорт, для людей стараются), то «Южно-сахалинск» (с маленькой буквы) и не существующий в нем адрес говорят о солидности производителя многое. Компания «Смак» существует и делает икру, но в Новосибирске. Они, наверное, уже устали комментировать эту ситуацию.

Сертификат на сайте «Росаккредитации» предсказуемо не находится. Зато на сайте компании «Смак» есть предупреждение о подделках (а икру в банках по 250 граммов они не производят). В общем, вероятность достоверности документов от Анастасии стремилась к нулю. Любопытно, что покажут результаты испытаний.

— Икра — продукт жирный и богатый белками. Поэтому мы используем очень бережные буферы, чтобы извлечь ДНК, не дав ей схватиться с другими составляющими клетки, — Александра достает из морозилки несколько пробирок. В одной из них — контрольный образец нормальной икры, в другой — наша. Такой же тест можно провести дома, если на полчаса поместить икринку в медицинский спирт, ацетон — что угодно, что извлекает воду.

— Посмотрите, какая разница. Контрольный образец сгустился, но остался эластичным. А ваш — совсем обезвожен, как сухая изюминка. Потому что внутри не было ничего, кроме воды и небольшого количества сухого вещества.

Вместе с водой из клетки достали краску. Настоящая икринка такого себе не позволит.

— Натуральная оболочка просто не дает спирту извлечь все: она была создана природой, чтобы защищать икринку, — объясняет Александра.

Последний легкий визуальный тест: всмотритесь. Настоящая икринка имеет пятнышко с питательными веществами, вокруг которых будет развиваться зародыш. В икре от Анастасии ничего подобного нет. Это образец какого-то нелегального копирования.

Приступаем к изучению. Александра делает забор биоматериала из замороженной икры, разрывая несколько икринок и получая равномерный материал для анализа.

После этого нужно аккуратно лизировать клетку, подбирая наборы: оставить ДНК, отделив жиры, белки и углеводы.

В итоге остается прозрачный раствор с ДНК. То же самое параллельно происходило с контрольным образцом.

— Теперь время для качественной реакции. Будем искать лососевых: семга, радужная форель, нерка, кета, кижуч и горбуша.

Наносим ДНК на гель и ставим в аппарат гель-документации.

Все шесть реакций (на разных рыб из лососевых) по образцу нашей икры отрицательные.

Итак, теперь с вероятностью 90% мы можем официально сказать, что Анастасия продавала в том числе «не икру».

— Ранее мы находили ДНК горбуши, например, в заявленной кете. Но здесь пожалели даже этого. В этой банке нет ни другой икры, ни маринада от икры — ничего, что связано с рыбой, — заключает Александра.

Запах — ароматизатор. Цвет — краситель. Форма?

— Сферу проще получить на разделе жидкостей. Я навскидку знаю три метода. Мы не можем говорить о вреде для здоровья, потому что состав неизвестен. Сделать такую икру — это не химия высоких технологий. Здесь важнее правильно растущие руки, которые не дергаются и правильно выдавливают икру через сито.

Райисполком: мы не знали и не можем знать

Следующий вопрос: если документы поддельные, торговля у всех на глазах, жалобы есть — как все это возможно в стране самых защищающих гражданина законов и норм?

— Есть постановление Совета министров №156 и процедура организации ярмарок. Теперь достаточно подать заявку в «Одно окно» Мингорисполкома, — объясняет начальник отдела торговли и услуг исполкома Заводского района Ольга Прокотень. — То есть мы даже не знаем, кто там и что делает. Тем более что ярмарка проходит на земле ДК МАЗ. Им не нужно разрешение от нас.

Но Артем (смотрите начало нашего текста) написал и сюда. Поэтому давно закончившейся ярмаркой все-таки занимаются.

— Жалобу по поводу качества икры рассматривает санстанция. Будут искать и найдут, — уверена начальник отдела.

С ее помощью мы выяснили, кто же был организатором ярмарки, который и должен, по идее, нести ответственность за своих продавцов и качество их товара. Это минская компания ЧП «Экспонент», которая, судя по сайту, занимается выставками с 2013 года.

Сайт поддерживается в не очень активной форме, но компания работает. После закрытия ярмарки у ДК МАЗ выставка открылась во Дворце искусства на улице Козлова, а также поехала по регионам. По нашей информации, Анастасия сейчас работает то ли в Гродно, то ли в Гомеле. 16 августа у них было запланировано участие в новой ярмарке в Минске — возле кинотеатра «Салют». Но гарантий этого уже нет.