24 верасня 2021, Пятніца, 5:41
Сім сім, Хартыя 97!
Рубрыкі

Солигорские шахтеры: В 90-е годы наши отцы и деды добились своего, разве мы хуже?

4
Солигорские шахтеры: В 90-е годы наши отцы и деды добились своего, разве мы хуже?
Фото: tut.by

О протестных настроениях на «Беларуськалии».

Телеграм-канал «Баста!» опубликовал рассказы солигорских шахтеров об условиях их труда и настроениях в коллективах.

Сергей Шиц, бригадир другой добычной бригады, его лава вообще высотой в метр, то есть работать приходится практически лежа:

- Та интенсивность, с которой работают шахтеры, не может не сказаться на здоровье. Сколько отобьем тонн, столько получим денег на бригаду. Поэтому люди работают на износ: иначе зачем шесть часов сидеть под землей на карачках? Если, к примеру, комплекс сломался, бригада начинает искать способы быстро его отремонтировать, чтобы дать необходимые тонны и получить доход. При сегодняшней интенсивности нашего труда, его последствиях (проблемы с сердцем от перепадов давления при спуске в шахты, отложение солей, нарушение ритма работы организма из-за ночных смен и пр.) - это еще недостаточные заработки, на мой взгляд.

Рассказывает бригадир добычной бригады Константин Брилевский, который работает шахтером уже более 30 лет:

- Моя бригада работает на глубине 800 метров. От спуска до подъема мы находимся в шахте семь с половиной часов в день. Рабочее место - лава высотой в 1 м 40 см. Здесь в полусогнутом положении мы трудимся 6 часов (оплачиваемый период работы) каждый рабочий день. Забой работает круглосуточно, поэтому шахтеры трудятся и днем, и ночью. Самое тяжелое в шахтах – пыль, когда на два метра ничего не видно, недостаток кислорода и шум: комбайн рубит руду, она движется по конвейеру. При работе этих механизмов температура в шахте иногда поднимается до 40 градусов. В забое много оборудования, которое часто ломается. И самая трудоемкая работа – что-то отремонтировать в этих стесненных условиях, приходится практически голыми руками при помощи монтировки и лома разбирать, чинить технику на месте, а если не справляемся, отправлять в ремонтные мастерские. Сделать какие-то накопления, чтобы спокойно выйти на пенсию, или найти более легкую работу не особо получается.

Владимир Долматович 22 года работает в забое, машинист горных выемочных машин:

- Выходное пособие в народе не зря назвали «гробовыми». В шахте, как и в литейке, здоровье гробят, а не приобретают.

Виктор Пилипчук, машинист горно-выемочной машины с 12-летним стажем:

– Когда мне начинают говорить о моих якобы высоких заработках, напоминаю: через 5-7 лет работы в забое появляются хронические заболевания, особенно легочно-дыхательной группы. На это все требуются лекарства, причем недешевые. Опять же немало жен шахтеров не могут найти работу в Солигорске. Выходит, надежда на одну зарплату мужа.

Сергей Шиц, бригадир другой добычной бригады:

- Та интенсивность, с которой работают шахтеры, не может не сказаться на здоровье. При сегодняшней интенсивности нашего труда, его последствия - проблемы с сердцем от перепадов давления при спуске в шахты, отложение солей, нарушение ритма работы организма из-за ночных смен.

Бригадир шахтеров Константин Брилевский похоронил уже многих своих коллег.

Александр Довнар - представитель Белорусского независимого профсоюза (БНП)

- В 90-х годах профсоюз добился обнародования данных о средней продолжительности жизни горняков «Беларуськалия». На тот момент она составляла 49 лет. Сегодня такой статистки у профсоюза нет. Как вы думаете, почему ее не афишируют?

Неужели за четыре года условия труда настолько улучшились, что сейчас все хорошо? Неужели сейчас все эти проблемы перестали существовать?

В 90-е годы наши отцы и деды добились своего. Разве мы хуже?

Сцягвайце і ўсталёўвайце мэсэнджар Telegram на свой смартфон або кампутар, падпісвайцеся (кнопка «Далучыцца») на канал «Баста» і стварайце гісторыю свабоднай Беларусі.