14 лiпеня 2020, aўторак, 4:08
Сім сім, Хартыя 97!
Рубрыкі

«До гроба и тела нельзя было дотрагиваться»

9
«До гроба и тела нельзя было дотрагиваться»
Фото: svaboda.org

История еще одной смерти от коронавируса в Беларуси.

Жительница Витебска Александра Чепик скончалась утром 30 марта в витебской больнице. В свидетельстве о смерти женщины написано «Другая вирусная пневмония (COVID-19)». Даже близкие друзья боялись прийти на похороны, сообщает «Радыё Свабода».

«Какой фрагмент? Это коронавирус!»

Александре Чепик было 73 года. Она жила в Витебске. Женщина скончалась раньше, чем актер Витебского театра Виктор Дашкевич, который официально считается первым случаем смерти пациента с коронавирусом в Беларуси.

По словам дочери покойной Натальи Чепик, примерно в середине марта она заболела. Был сильный кашель и высокая температура. Она лежала в витебском противотуберкулезном диспансере. Однако у нее не было диагностировано воспаление легких. По ее просьбе она была проверена на коронавирус, но тест не удался.

Вскоре, две недели назад, ее мать, Александра Чепик, заболела. По словам дочери, у женщины была высокая температура, до 40 градусов. Сначала она отказалась ехать в больницу. Однако через некоторое время ее поместили в витебский диспансер, а через несколько дней перевели в Витебский областной клинический специализированный центр (бывшая железнодорожная больница). По словам дочери, женщине был поставлен диагноз пневмония, а затем обнаружен коронавирус.

Станоўчы тэст на каранавірус

«Дней 5-6 назад мне сказали, что они нашли коронавирус. Мне позвонил эпидемиолог и сказал, что они нашли фрагмент коронавируса. Затем я перезвонила в больницу, в отделение интенсивной терапии, где лежала моя мама, и там мне сказали: «Что такое фрагмент? Это коронавирус!» — рассказывает Наталья.

Последние 5-6 дней мама находилась на ИВЛ. Кроме того, у нее была бронхиальная астма в декабре.

Главный врач Витебской областной клинической специализированной больницы Валерий Денисенко подтвердил, что Александра Чепик находилась на лечении и умерла.

«Она сейчас на экспертизе. Всю информацию мы закрыли, мы не предоставляем. Да, лежала. Наши врачи героически сражались за ее жизнь, я могу это сказать. У нас есть профессионалы высокого класса. Мы боролись за ее жизнь и сделали все возможное. Наше обеспечение очень хорошее. Был ли у нее коронавирус, мы не можем сказать, экспертиза даст заключение», — сказал БелаПАН Валерий Денисенко.

«У них даже не пневмония, а ОРЗ, ОРВИ. Замалчивают»

Наталья не знает, где мать могла подхватить коронавирус — ни она, ни ее мать не ездили за границу. «Возможно, она подхватила без меня где-то, в поликлинике, может быть. Она передачи мне возила [пока дочь была в больнице]. Или, может быть, в магазине. Вы не угадаете здесь», — говорит собеседница.

Натальля ня ведае, дзе маці магла заразіцца. За мяжу яна не выяжджала

«К сожалению, не смогли спасти ее, как ни старались. Она должна была жить, жить, жить. Она у меня молодая и энергичная. Коронавирус так скосил. Это так обидно, обидней не бывает. Пусть бы сердце остановилась. Она мучилась под дыхательным аппаратом. Очень жаль. Мне от одиночества так грустно сейчас, я не могу. Это был мой самый близкий человек на свете», — плачет Наталья.

По словам Натальи, истинное количество больных коронавирусом в Беларуси скрыто.

«Они делают ошибку. У них даже не пневмония, а ОРЗ, ОРЗ. Они молчат... Они говорят: есть люди, которые говорят, что у нас коронавирус, и они, будто бы, панику разводят... Я не паникер по жизни. Я люблю говорить так, как есть на самом деле... Я спрашиваю своего доктора: «Это эпидемия?» — «Нет, у нас нет эпидемии». Даже смотря по вызовам — мы ждали скорую 3 часа. Огромное количество [пациентов]. Потом не хватало мест, клали в наш госпиталь, и в кожвен, и в железнодорожную. Представьте, сколько людей с пневмонией лежат. У некоторых это очень плохо заканчивается», — говорит Наталья Чепик.

До гроба и тела нельзя было дотрагиваться

1 апреля Наталья похоронила мать. Только она, православный священник и «люди, которые копали», пришли на похороны. Дочь была в маске и в перчатках.

«Выдали тело, открыли крышку гроба, чтобы увидеть. А так гроб был закрыт. До гроба и тела нельзя было дотрагиваться. Естественно, я не могла ее поцеловать, прикоснуться к ней. Что я сделала: одежду, которую несла ей, которую она как-то надевала на праздник, красивое платье... Я просто поцеловала эту одежду, потому что нельзя было по-другому. Передавая мой поцелуй ей, ее телу», — говорит Наталья о расставании.

Пасьведчаньне аб сьмерці, дзе ў прычынах сьмерці ўказваецца COVID-19

Никто не приходил попрощаться, хотя у Александры, несмотря на выход на пенсию, была активная общественная жизнь.

«Как много значила моя мама в жизни других людей! Она помогала всем. Она была щедрой, великодушной, все хорошие качества, которые существуют, можно было приписать ей. Настолько человек был человечный и любил людей, что должна была собраться большая группа людей. Она очень активная. Она не закончила дела. Ее показывали по телевидению. Она с депутатом провела работу, сказала: «Там проблемы, там дороги нет, нет дороги, там крышу сделать в доме, там торец утеплить». Нужна была беготня, неблагодарная работа. Она делала все для людей. Это был человек широкой натуры. Человек душа компании. Много-много людей должны были прийти», — грустно говорит дочь.