24 июня 2017, суббота, 18:46

Мародеры продолжают грабить мертвых солдат Первой мировой (Фото)

10

Известие о том, что Министерство культуры дало разрешение на прокладку канализационного коллектора по костям русских солдат и белорусских беженцев, взбудоражило на прошлой неделе Минск.

В Беларуси известно более 200 захоронений времен Первой мировой войны. Экспертизу их современного состояния провел для "Завтра твоей страны" журналист Владимир Богданов.

Темой Первой мировой войны журналист Владимир Богданов занялся вплотную в 2004 году, когда начал подготовку к фотовыставке "Через 90 лет и линию фронта", которая прошла в ноябре того же года в Национальном музее истории и культуры Беларуси. Оказалось, что дошедших до наших дней объектов, связанных с Первой мировой войной, сохранилось в стране даже больше, чем можно было предположить.

Ни одна война не оставила в Беларуси столько следов

90 лет назад Беларуси как самостоятельного государства не было. Однако не будет преувеличением утверждать, что в Первой мировой войне наша страна приняла самое непосредственное участие, по крайней мере, территориально и статистикой потерь. Осенью 1915 года война пришла на нашу территорию. И остановилась тут на два с лишним года. Линия фронта между германской и российской сторонами протянулась с севера на юг почти на 400 км, через нынешние Витебскую, Гродненскую, Минскую, Брестскую области.

За годы позиционной войны вдоль линии фронта были построены сотни километров боевых укреплений, других сооружений, многие из которых дошли до наших дней. Можно смело утверждать: ни одна война не оставила не территории Беларуси столько материальных свидетельств, как Первая мировая. Большинство таких объектов пока не входят ни в какие списки исторических ценностей. Однако, на мой взгляд, в своем комплексе все эти бесчисленные бетонные доты, километры оплывших от времени окопов, десятки солдатских кладбищ, руины еще в те годы разрушенных и до сих пор не восстановленных храмов, а также иные свидетельства той, первой глобальной катастрофы ХХ века - являются уникальным историческим памятником на территории Беларуси.

Его мировое значение нам еще предстоит осознать

На территории Беларуси произошли несколько крупных боевых операций того времени. Среди них можно выделить Свентянский прорыв немцев и его ликвидацию осенью 1915 г. (территория Молодечненского, Сморгонского, Вилейского районов); героическую 810-дневную оборону российскими войсками городка Сморгонь; кровопролитную Нарочанскую операцию в марте 1916 г. (Мядельский, Вилейский, Поставский районы); наступление российских войск летом того же года под Барановичами; масштабные бои летом 1917-го под Сморгонью и Крево. Сотни тысяч солдат с обеих сторон погибли в ходе только названных операций, общее же число жертв на этом обширном и важном участке фронта никогда не было подсчитано и озвучено. Ясно одно: почти все эти жертвы остались здесь, в земле Беларуси.

Во время войны вдоль линии фронта и в тылу противоборствующих армий возникли сотни воинских кладбищ, братских могил. Где они теперь? Приходится констатировать, что за прошедший ХХ век большинство их утрачены. Часть уничтожена безвозвратно в ходе строительства городов, прокладки дорог, расширения деревень, сельскохозяйственной деятельности и т. д. Еще часть просто потеряна - забытые и заброшенные в лесах и полях, они постепенно сравнялись с окружающим их ландшафтом, сгнили деревянные кресты, исчезли оказавшиеся недолговечными ориентиры, умерли свидетели - и теперь уже ничто не напоминает о последних солдатских прибежищах.

И все же, несмотря ни на что, множество военных кладбищ того времени в той или иной степени уцелели. Их более 200.

Как увековечили память погибших на Первой мировой

В военных действиях, проходивших с 1915 по 1918 годы на территории Беларуси, участвовали военнослужащие армий трех государств: Германии, Австро-Венгрии, России. При этом практика воинских захоронений того времени имела ряд особенностей. Довольно часто, особенно это касается прифронтовой зоны, военнослужащих противоборствующих армий хоронили сразу после боев на кладбищах вместе.

С учетом отдельных воинских кладбищ, участков на гражданских кладбищах, братских могил на территории Беларуси 53 кладбища, где похоронены только солдаты Российской армии, более 90, где похоронены только солдаты Германии и Австро-Венгрии. Смешанных захоронений российских и немецких солдат более 30. Еще примерно по 15 кладбищам можно предполагать, что они также являются смешанными. Найдено также около 15 воинских кладбищ и мест захоронений, по которым сегодня не имеется достаточно данных, чтобы утверждать, солдаты каких армий там похоронены.

Сейчас в Беларуси имеется более 60 воинских кладбищ, братских могил, на которых в той или иной степени сохранились общие памятники, мемориалы, элементы каменных оград, ворота, выполненные непосредственно во время войны, либо в первые послевоенные годы.

Практически все они находятся на немецких, либо смешанных кладбищах. Из наиболее значительных и хорошо сохранившихся мемориалов стоит назвать расположенные на кладбищах в деревне Десятники Воложинского района, Томашовке Брестского, Проньках, Нарочи Мядельского района.

На кладбищах и братских могилах российских солдат общие памятники того периода сохранились лишь в единичных экземплярах - небольшие обелиски на татарском кладбище в г. Слоним, на гражданском кладбище в деревне Великая Лотва Ляховичского района, железный крест на братской могиле в деревне Долгиново Вилейского района.

Удивительно, но и спустя 90 лет после Первой мировой, удалось обнаружить несколько деревянных крестов на военных кладбищах, с большой долей вероятности относящихся еще к военному периоду (датировать их таким образом позволяют надписи на них, свидетельства местных жителей).

Уникальный деревянный крест, поставленный немцами в 1915 году на могиле геройски погибших 86 российских солдат и 1 офицера (о чем на кресте была сделана надпись по-немецки) вплоть до начала ХХI века стоял у деревни Ковалевка Островецкого района. Отрадно, что когда несколько лет назад на этом месте построили новый небольшой мемориал, раритетный объект сохранили - теперь отреставрированный деревянный крест находится внутри креста, сделанного из бетона.

С большой долей вероятности деревянные кресты того периода еще стоят на военных кладбищах у деревень Осиповичи и Осовцы Дрогичинского района, Константиново Мядельского района: местные жители уже много раз поднимали и укрепляли их.

Индивидуальные надгробья, выполненные в период Первой мировой и послевоенные годы, сохранились примерно на 25 воинских кладбищах. В основном они поставлены на могилах германских офицеров и солдат (кладбища в Проньках Мядельского района, Борунах Ошмянского, Войштовичах Воложинского, Святой Воле и Нехачево Ивацевичского).

Индивидуальные деревянные кресты, что удивительно, также обнаружены, но только два - крест немецкого солдата на кладбище в Ивашковцах Сморгонского района и крест с могилы трех российских солдат в лесу у деревни Крево того же района.

В период с 1920-х до 1939 года все обновления на воинских кладбищах Первой мировой войны были связаны с крупной международной компанией по обустройству подобных мест.

Общие памятники и мемориалы, построенные в эти годы, выделить в отдельную группу довольно проблематично, поскольку часто они довольно схожи с теми, которые устанавливались в военный период и после него. Вместе с тем, в качестве примера можно назвать обустроенное смешанное кладбище в д. Невель Пинского района с надписью на памятнике на немецком и русском языках, предположительно мемориал на кладбище в Колпенице под Барановичами.

Проще ситуация с бетонными индивидуальными надгробиями, которыми тогда в массовом порядке заменялись деревянные кресты. В основном эти типовые надгробия двух видов - плоские плиты в форме стилизованного креста, либо вертикальные бетонные кресты. По действующим тогда международным правилам, независимо от того, кто был похоронен на кладбищах - немецкие или российские солдаты, - надписи с крестов переносились на бетон на польском языке, то есть на языке той страны, на территории которой находились захоронения. Вместе с тем, в некоторых регионах на немецких кладбищах можно встретить надписи на таких плитах на немецком языке (к примеру, в Витебской области).

Всего кладбищ с бетонными индивидуальными надгробиями в стране насчитывается более 90.

На территории Беларуси, относящейся до 1939 года к Советскому Союзу, подобных работ проведено не было. И это одна из главных причин того, что подавляющее большинство кладбищ, образовавшихся в военные годы в тыловой зоне Российской армии, до наших дней не дошли.

В Советском Союзе Первую мировую войну было принято называть "империалистической", "царской", "несправедливой" - эти идеологические установки объясняют, почему отношение к событиям и памятникам того периода в годы после Великой Отечественной войны было столь сдержанным. На государственном уровне практически никаких работ на воинских кладбищах Первой мировой не велось. Исключения составляют небольшое количество братских могил российских солдат, на которых были установлены небольшие памятники, либо памятные знаки - в деревне Негневичи Новогрудского района, Комары и Медведино Вилейского района, Скробово Барановичского, Брусы, Черемшицы, Узла Мядельского, Стошаны Пинского.

С конца 1980-х годов эта работа стала вестись активнее, но в основном за счет инициативы местных жителей, частных лиц, иногда при содействии местных администраций. Появились памятники и знаки на кладбищах в деревнях Княгинин Мядельского района, Турец Кореличского, Мокрое Дуброво Пинского, Репихово Ляховичского района, Боярск, Круглянка, Новоселки, Цари, символический памятник в деревне Белая Сморгонского района и ряде других мест.

Отдельно необходимо упомянуть Вилейский район, где по инициативе известного белорусского художника Бориса Цитовича восстановлено лазаретное кладбище российских солдат у деревни Забродье (это единственный подобный случай), приведено в порядок захоронение в деревне Жерствянка, в 2003 году поставлен большой памятник-крест на месте бывшего кладбища у деревни Русское Село.

Серьезную работу по восстановлению и обустройству воинских захоронений проводит Народный союз Германии по уходу за военными могилами. С середины 1990-х годов до настоящего времени усилиями этой организации на территории Беларуси были восстановлены и обустроены около 30 кладбищ Первой мировой войны, на многих из которых похоронены не только немецкие, но и российские солдаты.

Работу в этом направлении ведет и управление по увековечению памяти жертв войн Министерства обороны Беларуси, при котором действует 52-й отдельный специализированный поисковый батальон.

Где помнят воинов сейчас

Прежде чем говорить о нынешнем состоянии кладбищ и мест воинских захоронений, следует отметить, что степень их сохранности очень сильно связана с местом расположения захоронений. Условно по этому признаку их можно разделить на несколько основных групп:

1. Захоронения, расположенные в населенных пунктах (городах и деревнях) либо рядом с ними.

В таких местах находятся около 80 кладбищ и захоронений.

Более 15 из них, начиная с середины 1990-х годов, восстановлены и обустроены Народным союзом Германии по уходу за военными могилами (ряд кладбищ в Воложинском, Мядельском, Сморгонском районах, Слониме, Березе)

35 досматриваются местными жителями, либо администрацией, причем из них почти половина в недавнее время обустроена.

Около 20 расположенных в населенных пунктах кладбищ и мест захоронений (т. е. примерно 25%) пребывают в заброшенном состоянии, многие из них практически утрачены (российские захоронения в Брашевичах Дрогичинского района, у деревень Скрыники, Келбаски, Ратичи Гродненского р-на).

В деревне Ворошилки Мядельского района прямо на немецком кладбище построен жилой дом, в деревне Великая Своротва Барановичского района, на кладбище в деревне Дворчаны Поставского района памятники немецким солдатам разрушены пьяными местными жителями.

2 воинских кладбища, расположенных в непосредственной близости от населенных пунктов, разрыты "черными копателями" - это немецкие захоронения в д. Барташи Щучинского р-на и у д. Свилели Поставского района.

2. Захоронения с хорошим доступом, расположенные вне населенных пунктов;

Вне населенных пунктов - у дорог, в полях и т. д. - находится более 20 мест захоронений ПМВ.

5 из них восстановлены и обустроены Народным союзом Германии по уходу за военными могилами (у деревень Кисели Барановичского р-на, Ружаны Пружанского, Буйки Мядельского, Нидяны и Тартак Островецкого района).

Примерно столько же мест захоронений восстановлены местными администрациями и жителями. За ними осуществляется уход (в окрестностях д. Репихово Ляховичского р-на, Брусы Мядельского, Русское Село Вилейского района).

Около 10 таких захоронений (то есть, 50% из тех, что находятся вне населенных пунктов), сегодня остаются в заброшенном состоянии).

2 кладбища - российско-немецкое у д. Муляры Вилейского района и немецкое в поле у д. Лютошь Воложинского - разрыты "черными копателями".

3. Воинские участки, расположенные на территории гражданских кладбищ (рядом с ними)

Таких мест захоронений ПМВ насчитывается порядка 45.

5 из них восстановлены и обустроены Народным союзом Германии по уходу за военными могилами (на гражданских кладбищах г. Слонима, деревень Боруны Ошмянского р-на, Тэвли Кобринского, Нарочь Мядельского, Десятники Воложинского).

Обустроенных местными администрациями, досмотренных местными жителями и находящихся в удовлетворительном состоянии воинских участков на гражданских кладбищах - немногим более 20. На кладбище в деревне Княгинин Мядельского района еще в советские годы установлен современный памятник на месте захоронения 2,5 тысяч российских солдат, погибших в ходе Нарочанской операции 1916 года; памятные знаки поставлены на сельских кладбищах в д. Цари Сморгонского, Узла Мядельского.

Остальные воинские участки, расположенные в зонах гражданских кладбищ (их всего около 20), ныне пребывают в заброшенном состоянии (д. Колодно Мядельского района, Параски Поставского), а порой находятся на грани исчезновения, так как никаких знаков, обозначающих захоронения, там уже не осталось (д. Белокорец Воложинского района, Бокиничи и Сошно в Пинском районе).

Еще на ряде гражданских кладбищ сохранились отдельные надгробия и общие памятники ПМВ, либо их фрагменты, но сама территория воинских могил уже занята более поздними захоронениями местных жителей - такую ситуацию можно наблюдать на кладбищах в д. Колпеница под Барановичами, Карабаны Мядельского района, Гаути и Расло Сморгонского, Гервяты Островецкого, Гольшаны Ошмянского.

Есть и факты, которые на гражданских кладбищах все же следует считать горькими исключениями из правил: в деревне Черняты Сморгонского района несколько воинских могил разрыты "черными копателями" прямо по соседству с захоронениями сельчан; в деревне Дворчаны под Поставами участок немецких надгробий разрушен местным жителем; весной 2007 г. в Слониме на старом татарском кладбище современные вандалы разрушили участок захоронений мусульман, воевавших в российской армии.

4. Воинские захоронения Первой мировой войны, расположенные в лесах, либо труднодоступной местности

Это самая сложная в смысле сохранности группа захоронений. Ныне в удаленных от населенных пунктов лесных массивах находится около 40 воинских кладбищ и мест захоронений ПМВ.

Несколько из них восстановлены и обустроены в 1990-х годах Народным союзом Германии по уходу за военными могилами - три немецких кладбища в массиве Литовский Лес на границе Барановичского и Ляховичского районов, кладбище в лесу у деревни Березовка Барановичского района и у деревни Дуды Воложинского района.

В лесу у деревни Забродье Вилейского района сегодня находится, пожалуй, единственное в Беларуси полностью восстановленное и обустроенное лазаретное кладбище российских солдат. Причем все работы там проведены по инициативе известного белорусского художника Бориса Цитовича, который уже много лет работает над созданием в регионе целого мемориального комплекса, своеобразного музея под открытым небом, посвященного Первой мировой войне.

Крест и памятный знак установлены на братской могиле российских солдат в лесу у деревни Черемшицы Мядельского района.

В лесу у деревни Доржи Ошмянского района школьники из местного краеведческого кружка под руководством Мантурова Иосифа Иосифовича в 2000-2001 году расчистили и привели в порядок немецкое кладбище Первой мировой, переписали с надгробий все сохранившиеся тексты. К сожалению, несколько лет назад и туда, на уже ухоженное кладбище, добрались "черные копатели" и разрыли несколько могил.

Кроме перечисленных, в этой категории остается еще порядка 20 кладбищ и мест захоронений. На 5-ти из них практически ничего не сохранилось (остатки немецкого памятника в лесу у д. Красевичи Барановичского района, в Сморгонском районе - крест русским солдатам на сосне у д. Крево, бетонный памятник русскому солдату у д. Ермаки)

Остается самая печальная цифра: ВСЕ остальные 15 кладбищ Первой мировой войны, то есть более половины из находящихся в лесах - в той или иной мере разрыты "черными копателями".

Итого: из примерно 200 осмотренных воинских кладбищ и мест захоронений Первой мировой войны, чуть более 100 находятся в хорошем и удовлетворительном состоянии. Остальные кладбища либо заброшены, либо не обозначены как места захоронений, некоторые находятся под угрозой полного исчезновения.

Как уберечь мертвых от живых с лопатами

Одной из главных проблем для воинских захоронений Первой мировой войны сегодня остаются так называемые "черные копатели". По моим наблюдениям, их следы в виде разрытых могил ныне имеются примерно на 30 кладбищах Первой мировой (15% от общего числа), в основном расположенных в лесах.

По существу, сегодня, в мирное время, в Беларуси действуют мародеры, которые продолжают грабить мертвых солдат. Для них нет разницы, в чьих могилах рыться - копают и немецкие кладбища, и российские. О моральных, этических нормах в данном случае говорить не приходится. Однако тревогу вызывает само общество, которое не ведет активной борьбы с таким уродливым явлением.

При обсуждении этой темы часто приходится слышать о сложностях привлечения к ответственности "копателей" в связи с тем, что, как правило, роют на кладбищах, которые официально нигде не числятся и историческими памятниками не являются.

Возможно, это и так, но лишь отчасти. Большинство воинских захоронений все же известны, но до сих пор никак не обозначены. Разумеется, процесс восстановления и обустройства таких мест - процесс дорогой и не такой быстрый, как хотелось бы. Так, может быть, тому же Министерству обороны или Департаменту по охране памятников Министерства культуры имело бы смысл разработать недорогой типовой знак, который можно было бы устанавливать в подобных местах. Это позволило бы, во-первых, обозначить воинские захоронения, находящиеся под угрозой исчезновения, во-вторых, предупредить "копателей" о возможной ответственности.

Насколько мне известно, аналог такого знака - "воинское захоронение №…" уже существует. Однако видеть его приходилось пока лишь там, где кладбища уже восстановлены, и где его охранная функция скорее условная.

У проблемы "копательства" на кладбищах есть и еще один аспект.

Не однажды приходилось участвовать в обсуждении такого вопроса, как обращение с информацией о малоизвестных местах захоронений. В частности, широко распространено мнение, что в целях защиты военных захоронений от современных вандалов данные о них не стоит предавать широкой огласке. Было время, когда я также был этим солидарен. Однако целый ряд случаев из практики дает основания взглянуть на эту проблему по-другому.

В частности, три года назад с помощью бывшего лесника удалось обнаружить кладбище российских солдат в лесу в 3-х км от деревни Слайковщина Воложинского района (не путать с немецким кладбищем рядом с деревней, восстановленным в конце 1990-х Народным Союзом Германии). О небольшом заброшенном кладбище, где сохранилось несколько бетонных надгробий, никогда прежде слышать не приходилось, ни в одном из доступных источников оно не упоминалось. Тогда информацию о находке решено было нигде не обнародовать.

А когда через год, в мае 2006-го года довелось вновь посетить это место, кладбище оказалось раскопанным, причем самым варварским способом - надгробные плиты сброшены в раскопанные могилы, человеческие останки, фрагменты захоронений были разбросаны повсюду.

Из примеров несколько иного рода - большое немецко-российское кладбище недалеко от деревни Микелевщина Мостовского района, где довелось побывать в апреле 2007 г. В лесу у дороги, где захоронения находятся на довольно большой площади, местами казалось, что вырыты едва ли не все могилы. Причем было видно, что копают там постоянно: рядом со старыми, засыпанными хвоей раскопами соседствовали совсем свежие. Но поразила даже не эта картина, а то, что местные жители, с которыми удалось поговорить, рассказывали о "копателях" как о совершенно обыденном явлении: "да ходят тут постоянно, с приборами своими, с лопатами…". То есть, складывается впечатление, что у местного населения уже утрачено понимание того, что эти люди делают нечто запретное, преступное.

К сожалению, это не единичный пример, с таким отношением на местах приходилось сталкиваться не однажды. Прискорбно признавать, но в ряде мест даже среди местных жителей забытые воинские могилы значительно обесценились как моральная, неприкосновенная категория.

На мой взгляд, такое положение дает основания сделать вывод о том, что сейчас бороться с этим явлением следует, в первую очередь, на информационном уровне. Замалчивание сведений о подобных местах не способно защитить заброшенные кладбища - напротив, оно играет на руку тем, кто приходит туда с лопатой.

Пора признать, что современные "копатели" - это не просто аморальные грабители и вандалы, во многом они - те же краеведы, которые также изучают родную землю и ее историю с завидным пристрастием, но только с иными целями. Поэтому у таких "черных краеведов" нужной информации не меньше, а порой и значительно больше, нежели у их "обычных" коллег, наивно пытающихся сохранить в тайне то, что добыто часто из одних и тех же источников.

С другой стороны, в результате замалчивания информации широкая общественность и исполнительные органы на местах остаются в неведении относительно расположенных на их территории объектов, которые по своей сути являются историческими памятниками, но формально пока не имеют этого статуса.

Как мне представляется, в этом плане положение значительно могли бы исправить средства массовой информации как республиканского, так и регионального уровня. Если бы о кладбище у той же Слайковщины раз-другой упомянули хотя бы в районной прессе, если бы в соседних деревнях о нем знали большинство жителей, а не считанные единицы - то случившегося могло и не быть. С помощью СМИ можно было бы поднять значимость подобных мест в глазах местных жителей, и деревенское население хотя бы условно, но присматривало бы за таким местом.

Кроме всего, прочего, чтобы прекратить споры на эту тему, давайте просто внимательнее посмотрим на имеющуюся статистику. Напрашивается очевидный вывод: скрывать уже практически нечего - практически ВСЕ заброшенные кладбища Первой мировой войны в той или иной мере УЖЕ РАСКОПАНЫ. Так, может, именно публичные мероприятия, внимание к проблеме со стороны СМИ помогут остановить дальнейшее надругательство над жертвами той войны, в том числе над нашими предками?

И последнее. Горько осознавать, но пока каких-либо государственных мемориалов, посвященных той "неизвестной мировой", у нас не создано. Однако в последние годы положение все же меняется, событиям и памятникам первой мировой уделяется все большее внимание, все более заметна работа энтузиастов на местах, эта тема чаще обсуждается в СМИ. Будем надеяться, что со временем события, значения и памятники Первой мировой войны займут в общественном сознании место, адекватное ее значению в мировой истории. Это и станет наилучшим мемориалом тем событиям.