22 января 2017, воскресенье, 6:36

Степь под Пинском: что ждет Беларусь, если не остановить деградацию земель

15

По данным ООН, деградация земель Беларуси является актуальной экологической проблемой для страны.

Основными факторами и формами проявления деградации являются: водная и ветровая эрозия почв, химическое заражение (в том числе, и радионуклидное), ухудшение свойств торфяных почв, деградация земель как результат добычи торфа, строительных работ, торфяных пожаров и осушения болот, сообщает «Белсат».

По данными НИИ почвоведения и агрономии НАН Беларуси площадь в той или иной степени поражённых почв на сельскохозяйственных землях составляет более 4 млн.га, из которых около 2,5 млн. га. – пахотные, из них лишь 550 тыс. га повреждено посредством водно-ветровой эрозией.

«Фактически, мы наблюдаем превращение земель в степь. Если поменяется климат на степной – лес в степени не растёт, а лес – это наше всё. Запустится целый каскад цепных реакций по изменению климата, и начнутся уже необратимые последствия», - специалист организации «Зелёная сеть Беларуси» Игорь Куталовский рассказал «Белсату», чем чревато игнорирование деградации земель.

На первый взляд может показаться, что проблемы засухи и опустынивания не слишком актуальны для нашей страны. Нашим сельхозрабочим не так часто приходится сталкиваться с затяжными периодами засушливой погоды, да и тысяч людей, голодающих напрямую из-за обеднения почв у нас, вроде бы, тоже нет. Однако на самом деле всё не так уж и радужно.

Чернобыль и «Белоруськалий» – две катастрофы Беларуси

Нельзя также обходить стороной и радионуклидное заражение земель, вызванное аварией на ЧАЭС, которое, по данным ООН, не имеет аналогов в мире. На сегодняшний день поражено около 1,3 млн.га. сельскохозяйственных земель и 1,6 млн.га. лесных фондов, что составляет более 20% площади страны. Также отмечается, что наблюдается горизонтальная миграция радионклидов, расширяющая площадь загрязнения.

Крупнейшее предприятие страны «Беларуськалий» также вносит существенную лепту в загрязнение окружающей территории. За время работы предприятия с начала 60-х годов прошлого века, которое ежегодно поднимает на поверхность до 30 млн.т. породы, наблюдается деградация и опустынивание земель на площади 120-130 км.кв. в районе терриконов (искусственные насыпи из «пустых» пород).

Преступное бездействие

Специалист организации «Зелёная сеть Беларуси» Игорь Куталовский констатирует, что со стороны государства целенаправленных и системных действий ликвидации последствий или по предотвращению деградации земель не проводится.

- Несколько лет назад общественность писала письма в Минприроды по поводу вырубок защитных полос, Минприроды нам говорило, что, да, мы понимаем, министра нам говорил, что он кому-то там что-то говорил. Но на какой-то высокий уровень это не было поднято, и никаких адекватных действий не происходило. Как пример – Гомельская область, где этих насаждений вырубалось больше всего – больше всего от засухи сейчас и страдает. И так примеров очень много. У нас же ежегодно сухая растительность целенаправленно выжигается на полях, а государство никаких действий, никакой целенаправленной информационной окмпании не проводит – где-то что-то МЧС или Минприроды что-то скажет.

- Вы говорите, нет институтов и организаций, которые могли бы этим заняться целенаправленно – а Институт почвоведения Национальной академии наук чем занимается?

- Они проблему изучают, у них етсь доклады, исследования, о том, например, что на Полесье очень серьёзная ситуация, когда на поверхность выходят пески и влекут за собой необратимые последствия. Но всё это в виде констатации, и не вносится в какие-то программы. Очень много средств тратится в обратную сторону, выкашиваются обочины дорог. Есть же мелиоративные системы, где, если грядёт засуха, нужно закрыть шлюзы, но никто этим почему-то не занимается. Таких примеров великое множество. Есть болота, которые естественным путём восстановились, обогатились каким-то биологическим разнообразием, подпитывают влагой близлежащие поля – но их опять раскорчёвывают, высушивают – и ничего не садят. И на такие действия по всей стране тратят миллиарды. Госконтролю, может быть, следует посмотреть, оценить адекватность этих действий, их оправданность. Это всё очень серьёзно.

- «Беларуськалий» действительно вредит окражющей среде?

- Да, конечно. Я знаю, что самая большая проблема там – это засоление. Соли выветриваются и разносятся повсюду. Есть такое понятие, которое уже давно разработано – экологическая оптимизация территории, когда создаётся системы защитных лесонасаждений, когда вдоль всех водотоков и водоёмов – защитные лесополосы, когда есть охранные зоны, когда всё это сбалансированно. Когда болота не осушаются, а, если есть экономический смысл – ликвидируется избыточно увлажнение – а это совсем другой подход. А у нас идёт осушение, в результате чего природа страдает.

Вы посмотрите, у нас сейчас исчезло такое явление, как местные грозы, когда с утра, например, солнышко засветило, а к вечеру собрались облака и пошёл дождь – испарилась местная влага и рядом же и выпала. Сейчас такое явление стало очень редким – это говорит о том, что мы нарушили естетсвенные процессы. Последствия могут быть очень серьёзными.

- Грубо говоря, если проводить какие-то разумные действия – последствия работы такого гиганта, как «Беларуськалий» можно нивелировать?

- Конечно, но ничего для этого не делается в принципе. Есть же вот эти терриконы, которые стоят, ничем не покрытые, хотя можно было бы какими насаждениями их прикрыть – технологии эти известны. Вообще, любая сельхозтерритория должна быть оптимизирована с точки зрения охраны природы. Но, считается, что это пока не нужно, мол, лишние затраты, нету денег.

- Какова ситуация относительно поражения территорий именно радионуклидами?

- С точки зрения биоразнообразия, природа вообще отдыхает в тех местах от человека. Во времена лесных пожаров может быть миграция радионуклидов, однако как таковых воздействий на близлежащие территории это не оказывает. С точки зрения природы то, что мы получили некую такую резервацию – это даже хорошо. Если же будет политика ускорения освоения этих территорий, то начнётся опять распашка, пожаров станет больше, начнётся ветровая эрозия – и мигарция радионуклидов увеличится, и в питание их станет попадать ещё больше».

- Что будет, если ситуация в отношении государства к природе не изменится – каков ваш прогноз?

- Влажность воздуха у нас уже днём меньше 50% даже после дождя, а бывает и 30, и 20 – для растений это очень плохо. Фактически, мы наблюдаем превращение земель в степь. Если поменяется климат на степной – лес в степени не растёт, а лес – это наше всё. Запустится целый каскад цепных реакций по изменению климата, и начнутся уже необратимые последствия. У нас уже идут серьёзные изменения – ельники уже высыхают, дубравы. После деградации земель могут наступить такие процессы, последствия которых уже невозможно будет ликвидировать.