22 ноября 2017, среда, 10:15

Протесты и забастовки могут начаться по всей стране

53
Фото: svaboda.org

Ситуация напоминает конец 1980-х.

Сторонников Лукашенко в стране практически не осталось. В условиях собственноручно созданного кризиса власти пошли на возвращение декрета №3 и глобальное повышение с 1 января 2018 года тарифов на услуги ЖКХ. Одновременно Беларусь всколыхнула трагедия с солдатом срочной службы в Печах под Борисовом. Дело Александра Коржича вызвало цепную реакцию – белорусы перестали молчать и начали массово публиковать истории о дедовщине в белорусской армии. Очевидно, что в обществе зреет протест и вот уже объявлено, что с 1 января намерены бастовать рабочие полоцкого завода «Стекловолокно».

Каким будет характер дальнейших протестов в стране и с чем можно сравнить ситуацию в сегодняшней Беларуси? На этот и другие вопросы Charter97.org отвечает представитель Белорусского Национального Конгресса в Слониме Виктор Марчик.

- Рабочие «Стекловолокна» в Полоцке объявили забастовку до конца года. А как выглядит ситуация для работников предприятий в традиционно благополучной Гродненской области?

- Давно уже нет этого «благополучия» - экономический кризис уравнял все регионы Беларуси.

Каждый день приходится слышать о том, что люди крайне недовольны властью. Уже ни для кого нет сомнений, что абстрактно нарекать не тяжелую жизнь нет смысла – всем понятно, кто в этом виноват.

Кто-то обещал «запустить заводы», а 80% предприятий в нашем регионе находится либо на грани банкротства, либо еле-еле барахтаются на плаву. Зарплаты обрушились и продолжают падать, а людей или увольняют, или «навешивают» на них дополнительную работу за те же деньги. Многие за одну зарплату выполняют сразу несколько видов работ.

Все поголовно, конечно, не готовы пока бастовать. Всегда будет такая прослойка людей, которая пытается спрятаться за спины других: власть нас не устраивает, но мы подождем, получится ли у тех, кто начал протестовать. Но что примечательно: таких становится все меньше. А все более многочисленной становится та категория людей, которые готовы выйти – на забастовку, на улицу, на Площадь. Ситуация чем-то похожа на конец 1980-х – начало 1990-х: не хватает только маленькой искры, чтобы протесты и забастовки начались везде.

Люди дозревают. Если ситуация еще хоть немного ухудшится – они поднимутся, не боясь даже того, что потеряют работу. Страна подошла к краю: эти заработки уже не назовешь зарплатой, скоро людям будет нечего терять. Еще немного – и «зряплаты» хватит только на коммуналку, а жить не на что будет. «Лучше уже расправить плечи, чем ходить за эти гроши на какое-то подобие «работы», - так уже рассуждают все больше и больше знакомых.

Мы недавно встречались в Зельвенском районе с работниками ферм. Недавно дояркам, которые в былые годы получали больше остальных, выдали расчетные листы. «Чистыми» там получилось меньше 200 рублей. Это же около 90 долларов! Вот мы и имеем зарплаты, как в начале 1990-х. А цены и коммуналка растут. Люди просто в шоке. Еще немного – и социальный взрыв произойдет обязательно, люди выйдут на Площадь.

- Сейчас, пожалуй, самым обсуждаемой проблемой стала дедовщина в белорусской армии, которая выплеснулась наружу после трагедии с солдатом в Печах. В вашем городе есть 19-я механизированная бригада и другие части. Люди обсуждают гибель Александра Коржича? Готовы ли протестовать против произвола в армии и во всей системе власти?

- Люди об этой проблеме хорошо знают и очень возмущены. Распространено такое мнение, и я лично его поддерживаю: это не дедовщина – это бандитизм и преступление.

Когда я служил в свое время, дедовщина была, но она выражалась в том, что старослужащие не убирали казарму, не ходили строем в столовую, были какие-то «дедовские» обряды. Но чтобы так издеваться, как в Печах в современной Беларуси – этого не помню. Возможно, важным фактором было то, что мы постоянно ходили с оружием: я служил в отдельном горно-десантном штурмовом батальоне разведки. Мы проводили много времени на учениях в горах и постоянно имели при себе оружие. Если бы у какого-то «дедушки» отказали мозги – ему могли и пулю в лоб пустить.

Сейчас же служат полтора года и за это время фактически автомат видят один раз за это время. А вообще Беларуси нужна контрактная армия.

И очень правильно, что 21 октября Белорусский Национальный Конгресс решил проводить Марш рассерженных белорусов 2.0 не только с социальными требованиями, но и под лозунгом «Защитим наших детей!».

- Считаете, что на Марш надо выходить и для того, чтобы случай, как в Печах, больше не повторился?

- Абсолютно так. На такие случаи надо реагировать – и реагировать активными протестами. Давайте посмотрим на опыт других стран: стоит где-то полицейским по неосторожности подстрелить человека – и сотни тысяч человек выходят на улицы. Те служебные лица, кто виноват в резонансных делах, сразу подают в отставку. Потому что общество реагирует и протестует.

Только этот метод работает. В любой стране – в том числе и у нас. Посмотрите: если бы после трагедии в Печах не поднялась общественность, не появилось столько информации – это дело бы «замяли».

Если у нас поднимется достаточно много человек и выйдет на Площадь – мы заставим власть с нами считаться и отправим, кого надо, в отставку. Поэтому на Марш 21 октября обязательно надо выходить.