20 октября 2018, суббота, 8:15
Нам нужна ваша помощь
Рубрики

Искушение святого биткоина

33

Надо ли белорусам вкладываться в популярную криптовалюту?

«Шестнадцать восемьсот, уже и непонятно, где остановится», — вместо приветствия бросил старый приятель из крупной финансовой компании, с которым мы случайно встретились после десятилетнего перерыва. О чем речь, объяснять не надо. В последний месяц все разговоры — о биткоине, который всего год назад торговался по $600–800 и уже тогда считался «пузырем», а за последние пару недель взлетел с $7 тыс. до $17 тыс. (а на некоторых криптобиржах и до $19 тыс.), упал ниже $15 тыс., снова начал расти…

Так вот, где биткоин остановится — сказать сложно, зато когда — понятно. 18 декабря.

18 декабря текущего года крупнейшая мировая площадка, оперирующая на рынке срочных контрактов, — CME (Chicago Mercantile Exchange) — запускает фьючерсные контракты на биткоин. Практически одновременно с этой новостью стало известно, что в первой половине 2018 года биржа Nasdaq намерена запустить фьючерсные контракты на биткоин. Фактически речь идет о легализации криптовалют в США, победе умеренной части блокчейн-энтузиастов, которая не один год потратила на попытки договориться с американским государством. Почему это так важно? Хотя бы потому, что биткоин изначально был придуман ни много ни мало для разрушения существующей денежно-кредитной, экономической и государственной системы. Или как минимум для того, чтобы создать им конкурентоспособную альтернативу. Это не преувеличение и не фигура речи.

Вот выдержка из опубликованного в 2014 году эссе Ника Сабо (Nick Szabo), который, по мнению большинства людей, пытавшихся докопаться, кто именно скрывается под псевдонимом Сатоши Накамото (в том числе, по мнению «главного историографа» биткоина, обозревателя The New York Times Натаниэля Поппера) и является автором первой криптовалюты: «Биткоин — это глобальный общественный актив, который не опирается на суверенитет какой-либо из стран. Он саморегулируем посредством математического алгоритма ... Биткоин освобождает богатство из-под контроля государственных механизмов, приватизированных элитами, позволяя людям формировать прямые социальные и экономические взаимоотношения, крайне затрудненные или вовсе запрещенные в текущей системе. Более того, являясь децентрализованными товарными деньгами, биткоин… способствует процессу создания новой экономики за пределами государственного и корпоративного управления».

ПОЧЕМУ ОН ДО СИХ ПОР ЖИВ

Интересоваться взглядами шифропанков и крипто-анархистов я начал года полтора назад, когда начал разбираться, почему вокруг первой криптовалюты (к которой я в тот момент относился исключительно как к надувшемуся на ровном месте пузырю) столько шума и почему она продолжает существовать, несмотря на то, что по всем прикидкам должна была уйти в небытие, подобно многочисленным денежным суррогатам, регулярно появляющимся в мире на фоне финансовых кризисов. Подробно излагать, как работают блокчейн-технологии, лежащие в основе криптовалют и криптовалютных платформ, в рамках журнальной статьи бессмысленно. Интересующиеся легко найдут в интернете материалы любой степени сложности. Поэтому попытаюсь уместить то, что отличает биткоин от обычных денег, в трех фразах. Это анонимная, децентрализованная, устойчивая к взлому сетевая платежная система, позволяющая передавать криптовалюту напрямую, минуя посредников в виде банков или платежных сервисов. Эмиссия биткоина заранее запрограммирована и ограничена как количественно, так и во времени. Принципиально важная деталь: биткоин делится не на 100 более мелких монет, как обычные валюты, а на 100 млн, что делает его ликвидным и доступным даже при чрезвычайно высокой цене.

Успех криптовалюты в значительной степени объясняется невероятно своевременным его появлением. В 2008 многие с азартом следили за развитием кризиса и не без злорадства встретили сообщение об отказе спасать Lehman Brothers. Однако то, что произошло потом, многих лишило опоры. Политика нулевых ставок, полутриллионная программа спасения, которая должна была быть свернута через год, но вместо этого была только расширена. Политика «количественного смягчения», европейский долговой кризис, гасившийся скупкой госбумаг европейской «периферии», к которой были причислены и Испания с Италией. Деньги из мерила ценности превратились в абстракцию, не имеющую пределов. Если один росчерк пера человека, которому не чуждо ничто человеческое, может добавить в систему полтриллиона долларов и процесс этот не сопровождается созданием ценности, доллар из краеугольного камня превращается в фикцию, за которую не дают по лицу только в силу отсутствия альтернативы. Другие деньги (вроде рублей или евро) еще хуже. А самое неприятное заключается в том, что свеженарисованные триллионы получают банкиры, которые продолжают давить на своих клиентов за малейшую просрочку по ипотеке.

И тут появляется биткоин. Эмиссия ограничена и растянута во времени. Ее параметры заранее заданы и опубликованы. Все программировалось с применением открытого кода, все исходники лежат в открытом доступе. Любой желающий волен не только провести аудит программной части, но и использовать ее для своих целей. Запрещать его (в силу децентрализации) бесполезно. Заранее определенные, заданные программным кодом правила игры, изменить которые не может и никогда не сможет не только ни одно правительство, но даже полумифический Сатоши Накамото, компенсируют все недостатки, присущие криптовалюте. В биткоине просто не существует субъекта, которому можно было бы не доверять.

Раз уж речь зашла о доверии, тут за последние 9 лет стало все куда как более запущено. Кризис доверия к финансовой системе перерос в кризис доверия к государству и тем, кто его представляет. «Арабская весна», Болотная, Майдан, Brexit, Трамп, «не Димон» — люди по всему миру доступными им средствами выражают недоверие тем, кто злоупотребляет правом принимать решения от их имени (и за их счет, понятное дело). И дело не в том, что люди готовы верить всем этим лепенам-трампам-навальным, которые обещают вычистить засевшуюся у кормушек шушеру и изменить хоть что-то. Просто они вынуждены выбирать между плохим и отвратительным и поддерживают того, кому не доверяют меньше.

ДИКИЙ РЫНОК

Нынешнее состояние криптобирж сильнее всего похоже на первые российские биржи, вроде ЦРУБ (Центральная российская универсальная биржа), где торговались акции «Телемаркета», «Дока-пиццы», «Хопра», «Русского дома Селенга», или на американский NASDAQ образца 1998–1999 годов, в период бума на рынке «доткомов». Дикая волатильность (рост на сотни, а то и тысячи процентов, 99-процентные падения — ежедневная практика), откровенное манипулирование рынком, огромное количество «однодневок», за которыми не стоит не только сколько-нибудь внятной бизнес-модели (если не брать группу откровенных «пирамид»), но даже просто хоть какой-то идеи. Большинство трейдеров оперируют крошечными суммами, мечтая однажды разбогатеть, поймав мощное движение. Эйфория периодически сменяется паникой, а любая коррекция заставляет часть участников рынка гадать, не начало ли это полномасштабного краха. Все это вовсе не означает, что за блокчейн-технологиями нет будущего. Интернет никуда не делся даже после того, как пузырь «доткомов» лопнул в начале тысячелетия, а на пепелище остались проекты, которые принесли инвесторам многомиллиардные прибыли и стали лидерами капитализации американского фондового рынка. Понимают это не только криптоэнтузиасты, но и многочисленные хедж-фонды, которые начали включать в свои портфели криптоактивы.

Аналогия между интернетом и блокчейн-технологиями нашла широкое распространение. В интервью изданию Forclog обозреватель The New York Times и автор книги «Цифровое золото: нерассказанная история биткоина» Натаниэль Поппер говорит: «Многие интересующиеся и разбирающиеся в биткоине говорят, что сегодня он сродни интернету в 1994 году. Тогда все спрашивали: «Какое мне до этого дело? Электронная почта есть только у пяти миллионов человек. Почему это должно меня интересовать? У моих друзей нет имейла, мне это не нужно». Люди спорили, будет ли интернет средством общения или просто площадкой для публикации материалов».

ПРЕДЕЛЫ РОСТА

Взрывной рост, который демонстрирует биткоин, в значительной степени связан с резким притоком новых пользователей. Кембриджское исследование, проведенное Гарриком Хилманом и Мишелем Раухсом в марте 2017 года, показало, что количество активных пользователей биткойн-кошельков колебалось в пределах от 2,9 млн до 5,8 млн. Однако в последние полгода число пользователей криптовалюты росло высокими темпами. Только в ноябре Coinbase зарегистрировала 1,2 млн новых пользователей. Всего же с учетом «горячих» кошельков — счетов на криптобиржах — количество уникальных пользователей биткойна составляет около 10 млн. Это все еще мизерная доля населения планеты, на чем основаны супероптимистичные прогнозы инвесторов, ставших благодаря инвестициям в криптоактивы долларовыми миллиардерами.

Так, Кэмерон Винклвосс прогнозирует, что биткоин вырастет в цене еще в 20 раз, а его капитализация превысит капитализацию золота. Братья-близнецы Тайлер и Кэмерон Винклвоссы оказались первыми в мире долларовыми миллиардерами, заработавшими свое состояние на биткоине. В 2013 году они купили криптовалюту на $11 млн, заплатив за биткоин по $120. Другой миллиардер, Майк Новограц, ждет в конце следующего года биткоин в районе $50 тыс., а в долгосрочной перспективе считает, что определенный предел будет достигнут, когда 1 сатоши (1\100 000 000 биткоина) будет стоить 1 цент. Иными словами, когда биткоин будет стоить миллион долларов.

Более консервативные финансисты, впрочем, прогнозируют, что «пузырь» вскоре лопнет. Так, бывший глава ФРС Алан Гринспен сравнил биткоин с ранними американскими деньгами, которые назывались «континентальной валютой». Они начали использоваться в 1775 году и стали абсолютно бесполезными к 1782. Этот вид денег использовался во время Американской революции и не был обеспечен золотом. Отметив, что биткоин, скорее всего, постигнет такая же судьба, Гринспен сказал, что «значительная доля» континентальной валюты использовалась для создания «реальных товаров и услуг», хотя не имела какой-то конечной ценности.

ПОБЕДА ИЛИ ПОРАЖЕНИЕ

Если отвлечься от гипнотизирующих цифр и взглянуть на нынешний беспрецедентный рост биткоина, можно прийти к выводу, что ни о какой победе говорить не приходится. Скорее наоборот: в качестве альтернативных денег первая криптовалюта пока доказала свою несостоятельность. В самом деле, кому придет в голову использовать для повседневных расчетов инструмент, курс которого меняется на десятки процентов за считанные часы. Разве что майнерам, чей основной доход измеряется не долларами или евро, а биткоинами. Так что пока то, чего не удалось добиться запретами или попытками дискредитации, парадоксальным образом происходит в результате ажиотажа. Рано или поздно (судя по графикам, скорее рано) он закончится. Биткоин резко скорректируется, причем падение, вероятно, будет кратным. Но и оно не будет означать никакого «поражения». И даже если биткоин перестанет быть «главной» криптовалютой, это не принципиально. Поскольку блокчейн-технологии биткоином не ограничиваются, а их преимущества настолько очевидны, что «закрыть проект» уже не получится.

Максим Блант, финансовый аналитик, The New Times