20 мая 2019, понедельник, 3:19
За нашу и вашу свободу!
Рубрики

Рыцарь «Погони»

2

Великий князь Витень — личность героическая и загадочная.

Мы точно не знаем, где и когда он родился, и о смерти его ничего определенного нам не известно. А о жизни? О тех годах, когда он правил Великим Княжеством?

«Летописец великих князей литовских» сообщает, что Витень жил в Жемайтии и там в имении Аирагола увидел его, «дитя обличем велми хорошо и възросту цудного», Тройдень. Витень был у великого князя каморником, «и будучы в него в каморе, кождую реч цудне а радне панскую ховал и справовал. А так он, бачечы цноту его и доброе заховане, вчынил его в себе маршальком. И был в него, милосником и всяким справцою. А за тым, по смерти его, взяли его на великое князство Литовъское».

Но этот рассказ похож на легенду, которой оправдывалась законность воскняжения Витеня. В реальности, вероятно, было иначе. Орденский хронист Петр из Дусбурга называет Витеня сыном правителя Литвы Пукувера (Путувера). А Воскресенская летопись утверждает, что Витень был сыном полоцкого и нальшанского князя Герденя. В Москве, при царском дворе, правителей Великого Княжества Литовского считали потомками полоцкого князя Ростислава Рогволодовича, о чем московские бояре официально заявляли панам Великого Княжества: «Только вспомните старину, каким образом гетманы литовские Рогволодовичей Давила и Мовколда на Литовское Княжество взяли…»

Витень. Гравюра из книги А. Гвагниньи «Хроника Европейской Сарматии». 1578 г.

Еще по одной московской версии, Витень из «рода Полотских князей», спасаясь от татар, переселился в Жемайтию, где женился на дочери «некоего бортника». Он прожил с ней бездетно тридцать лет и погиб от удара молнии. Вдову Витеня взял в жены его слуга Гедимин. Но эта версия — политический памфлет XVI века, в котором указывалось, что Гедиминовичи — «не коренные государи». Наиболее правдоподобным является родовод в «Задонщине», где Гедиминовичи называются правнуками князя Сколоменда. Польский историк Ежи Охманьский считал Сколоменда отцом Пукувера. В исторической литературе Пукувера отождествляют с князем Будивидом, который вместе с братом Будикидом в 1289 году передал волынскому князю Мстиславу Волковыск.

Вероятно, Витень происходил из рода, который по женской линии был связан с Миндовгом. Известно, что у Миндовга была сестра, ее сын Тренята стал даже великим князем. Возможно, она была женой судаво-ятвяжского князя Сколоменда. Князь с похожим именем (Скомонд, Скуманд) был у ятвягов в середине XIII века. Кроме Треняты, Сколоменд, видимо, имел сыновей Будикида и Будивида.

Возможно, Будивид-Пукувер стал великим князем после смерти Будикида, где-то в 1290 году, и правил до 1294–1296 годов, ибо именно в 1296 году Петр из Дусбурга в своей «Хронике земли Прусской» называет Витеня королем Литвы.

Княжение Витеня прошло в войнах с польскими и жемайтскими феодалами, с прусскими и ливонскими крестоносцами. О спокойной жизни приходилось только мечтать.

Уже в 1291 году, по сообщению Петра из Дусбурга, «Пукувер, король Литвы, также сына своего Витеня с большим войском послал на Польшу в землю Брестскую, и он нанес там большой ущерб убийством и пленением людей, огнем и мечом». Куявский князь Казимир и польский король Владислав Локеток просили помощи у магистра Тевтонского ордена Мейнике фон Кверфурта. Совместное выступление поляков и крестоносцев против Витеня закончилось для них позором. Казимир и Локеток со своими войсками трусливо бежали с поля боя, а за ними отступили и крестоносцы, напуганные нехваткой сил для сражения. Дусбург не хотел запечатлеть для истории поражение орденского войска. Поэтому позорное бегство названо им «отступлением». Но все же он вынужден был признать, что отступили братья-рыцари «не без великого урона для своих людей». Известие Дусбурга об этом походе — первое упоминание о Витене. И свое появление на арене истории отметил он славной победой. Были у него победы, были и поражения. За скупостью сведений трудно не только представить образ Витеня, но и узнать, как правил он, что сделал достойного для памяти потомков. Но даже эти скупые известия дают нам представление о Витене как о великом деятеле истории Великого Княжества Литовского.

В 1294 году Витень разорил Ленчицкую земдю. По «Хронике Литовской и Жмойтской», Витень, имея с собой 1800 воинов, «тихо през лесы, в землю Ленчискую выедишь, кляшторы, костелы побурили, людей духовного и свецкаго стану, преложных и посполитых в неволю забрали, потым села и местечки огнем и мечем сплюндровали». Возле Сохачева Витень дал бой войску князя Казимира. Как всегда, великий князь был впереди своей дружины, «мужне чинячи з неприятелями». Витень победил и сам сразил Казимира.

Несколько иначе рассказывает об этом походе Дусбург. Витень во главе 800 воинов 6 июня напал на Ленчицу и захватил город. Хронист описывает жестокость воинов Витеня, убивших 400 человек и еще больше взявших в плен. На каждого воина досталось по 20 пленных. А Витень — это воплощение сатаны. Он в знак «презрения» Бога творил святотатства и жег костелы. Иначе орденский хронист не мог описывать короля «язычников». Когда за Витенем погнался куявский князь Казимир с 1800 воинами, он заключил перемирие с мазовецким князем Болеславом. А после они вместе напали на Казимира, разбили его войско, убили и его самого. Мазовия не отреклась от союза с Орденом, но и не могла вести активную борьбу против Великого Княжества. А это была победа Витеня.

Неожиданно у Ордена появился новый союзник — Жемайтия. Жемайтские старейшины в 1294 году подняли восстание против власти правителя Литвы. Витень мечом утихомиривал жемайтов, но так и не добился их согласия помогать ему в войне с Орденом. Происходили кровавые битвы, в которых гибло множество людей с каждой стороны. «И никогда во время правления своего король Литвы не мог договориться с жемайтами, чтобы вместе выступить на войну против братьев», — пишет Петр Дусбург. А их помощь нужна была для борьбы с крестоносцами.

Очевидно, что Жемайтия противилась новой династии. Трудно объяснить почему. Видимо, Витень в глазах жемайтов был этнически чужим. Возможно, новый великий князь был и христианином, ибо полоцкий епископ Яков назвал его «сыном моим» — традиционным для христианского владыки обозначением своих духовных чад.

Прусские крестоносцы, укрепившись на левом берегу Немана, настойчиво стремились овладеть Городно. В 1284 году тевтонские рыцари впервые напали на город. Как пишет Петр Дусбург, произошла «великая битва, что робкие не осмелились бы смотреть на такое». Осажденные «оказывали мощное сопротивление», но крестоносцы ворвались в замок и перебили или взяли в плен защитников. «После этого 1800 человек вошли в волость упомянутого замка, опустошая все вокруг огнем и мечом, и, взяв в плен и убив многих людей, они ушли с огромной добычей».

Город и замок были восстановлены. Но в 1296 году зимой крестоносцы вновь разорили «огнем и мечом» предместья Городно. А весной бывший командор [22] Балги Генрих Цукшверт, воспользовавшись походом Витеня в Ливонию, напал с большим войском на Городно, но «встретил такой отпор со стороны жителей замка, осыпавших его дождем стрел, что, поскольку многие христиане были тяжело ранены, он вернулся ни с чем», — пишет Петр Дусбург. Не оставался в долгу и Витень. В том же году его войско разорило предместье замка Голуб в Кульмской земле.

М. Э. Андриолли. Бой литвинов с крестоносцами. 1883 г.

Зато благоприятное положение сложилось для Великого Княжества Литовского в Ливонии. В Риге в 1298 году против власти Ордена восстали горожане. Витень внимательно следил за событиями в Ливонии. Чтобы склонить Ригу к союзу с Великим Княжеством, он обещает рижскому архиепископу Фридриху крестить Литву. Об этом сообщалось в грамоте Рижского магистрата и капитула от 30 апреля 1298 года. «А теперь, презрев изменчивую судьбу света, они желают по совету святой матери костела отказаться от суеверных обрядов, вступить в суженый брак с верными и, согласно с обязательствами, соединиться с ними неразрывной связью договора, исповедуя настоящую веру и сохраняя условия мира, как некогда король тех же язычников именем Миндов, который был коронован и помазан костелом и принял духовных особ и монахов. Эти же язычники подтвердили ранее сказанное очевидными доказательствами и сокраментами, которые по их обычаю и ради нерушимого сохранения договоров они сотворили перед всеми нами… и другими особами из разных стран, собравшимися на необычное зрелище. С радостью исполнив это, те же послы говорили: «О, как сильно тешилась б душа короля нашего, если б он это видел!».

Насколько было серьезным намерение Витеня? Вероятно, он рассматривал возможность крещения язычников в католичество. Свое обещание Витень подтверждает строительством костела в Новогородке. Как только рижане обратились к Витеню за помощью, великий князь подошел к Риге, где объединился с городским ополчением. Союзники овладели рыцарским городским замком и крепостью Каркус. 1 июня 1298 года войска Витеня и рижан встретились на реке Трейдере с войском Ливонского ордена. В начале битвы крестоносцы имели успех. От их мечей погибло 800 воинов Витеня, но все же он сумел перестроить ряды своего войска и повел его в атаку. Удар был сокрушительным. Погибли магистр Бруно, 22 орденских рыцаря и 1500 кнехтов (по хронике Вартберга — 66 рыцарей и 3000 кнехтов). Такого поражения Ливонский орден не знал со дня своего основания. На помощь ливонцам пришли прусские рыцари. 29 июня они напали на войско Витеня и рижан, которое осаждало замок Нейермюллен, и разбили его. От выгодного союза с Ригой пришлось отказаться. Но мир, заключенный с Великим Княжеством Литовским, связал Ливонскому ордену руки.

Теперь великий князь Витень переносит удар на Пруссию. В 1298 году 29 сентября литвины захватили город Штрайсберг, а в 1299 году разорили прусскую волость Наттангию. В 1300 году шеститысячное войско Витеня опустошило Добжиньское княжество. На время крестоносцы прекратили войну против Великого Княжества Литовского.

Короткое мирное время великий князь Витень стремился использовать для блага Великого Княжества. В начале XIV века произошло сближение Великого Княжества и Полоцка. Временем объединения двух княжеств историки называют 1307 год. Считается, что полоцкий князь завещал Полоцк рижскому епископу. Епископские люди, прибыв в город, начали насаждать католичество. Полочане восстали и попросили помощи у Витеня, и тот выгнал ливонцев из города. Полоцким князем стал его брат Воин. Может, так и происходило. Точных данных об этих событиях нет. Но приблизительно в это время договор с рижским магистратом заключает полоцкий епископ Яков значит, он и правил Полоцком и был в союзе с Витенем. Примечательно, что епископ называет Витеня «сыном моим»: так он мог назвать только свое духовное чадо, а не язычника. На христианство Витеня указывала в своих исторических сочинениях императрица Екатерина И, которая писала, что в святом крещении он носил имя Лаврентий. Деятельность Витеня свидетельствует если не о его христианстве, то о приязни к нему. Витень желает основать в своем государстве православную митрополию, строит в Новогородке костел и приглашает в город монахов — миноритов. Князь-язычник не стал бы заботиться об утверждении христианства в своем государстве и не был бы духовным сыном полоцкого епископа.

Примечательно и другое, что в орденских документах Полоцкая земля названа королевством, т. е. Орден признавал его государством, равным по политическому статусу европейским странам. И как видим, Полоцкое княжество в это время не входило в состав Великого Княжества Литовского, но находилось с ним в союзных отношениях. Епископ Яков, возглавлявший власть в Полоцке, координировал полоцкую политику с Витенем.

От этого союза выиграли и Литва, и Полоцк. В войске Витеня появились дружины «русинов», которые участвовали в походах на Орден и Польшу в 1293, 1298, 1306, 1308, 1311, 1315 годах. Витень мог опираться на материальные и людские силы Полоцкой земли. А Полоцк приобрел сильного союзника в лице Витеня. Не случайно, что ливонские рыцари до 1330-х годов не нападали на Полоцк.

Начало XIV столетия Великое Княжество встречало, выдержав уже не одно испытание, и смогло не только защитить свои земли, но и присоединить новые [23]. Государство чувствовало свою силу и готовилось к новой войне с крестоносцами.

В 1304 году прусские рыцари напали на Городенскую землю и сожгли замок, а также разорили огнем и мечом Жемайтию. Следующий поход в августе 1305 года окончился для крестоносцев неудачей. Витень в то время проводил совет «лучших людей своего королевства». Когда он узнал о вражеском нашествии, то во главе 1500 воинов пошел на врага. Крестоносцы после неудачного для них боя поспешно отступили. В 1306 году они дважды нападали на Городно. После первого нападения, когда было сожжено предместье, Витень, как сообщает Дусбург, «послал лучших мужей и многих, испытанных в сражениях, для обороны». Вероятно, в это время Витень и назначил старостой городенским сына бывшего нальшанского и псковского князя Довмонта-Давида, который прославится победами над крестоносцами. «Вот почему случилось, что, когда братья напали на замок, жители замка, со своей стороны мужественно сопротивляясь, вышли на битву, которая долго велась между ними. Наконец братья обратили их в бегство. Тогда, вернувшись в замок, через некоторое время, собравшись с силами и духом, они снова вышли на битву, и так совершалось много раз от восхода солнца до полудня. И порой эти теснили тех, порой — наоборот. В этом сражении многие из язычников были смертельно ранены и многие пали», — пишет о штурме Городно Петр Дусбург. Крестоносцы понесли потери и целых пять лет не нападали на Литву, перенеся удар на Жемайтию.

В 1311 году новая беда: в Литве, Польше, Пруссии начался страшный голод. Витень в конце февраля напал на прусские земли Самбию и Наттангию и разорил их, взяв не только пленных и богатую добычу, но и запасы хлеба. В ответ крестоносцы из Прусской земли Наттангии совершили поход в Городенскую землю, «убивая и забирая в плен многих людей». Витень отомстил Ордену походом на Пруссию и разорением Вармийского епископства. 7 апреля в Бартенской земле на поле, названном Войплок, произошла битва между войском Витеня и орденским войском во главе с великим командором Генрихом фон Плоцке. Первую атаку литвины отбили, но, когда в битву вступили главные силы крестоносцев, они не выдержали и бежали с поля боя.

Это поражение Витеня хронист Дусбург подает как Божию кару князю-язычнику, который издевательски говорил пленным христианам: «Где Бог ваш? Почему он не помогает вам, как наши боги помогли нам ныне и в другой раз?». Дусбург отмечает, что Витень «в этой и предыдущей войне нанес великий ущерб церквам, церковному облачению и сосудам, служителям и святыням церковным, и помимо прочей добычи, которая была весьма велика, он увел с собой более 1200 пленных христиан». Не в силах взять орденские замки, Витень подрывал влияние католической церкви в Пруссии, а значит, и позиции самого Ордена.

Два поражения подряд ослабили Великое Княжество Литовское. Крестоносцы в том же 1311 году в начале июля пошли в Городенскую землю. Но узнав о том, что Витень с войском ждет их в засаде за Неманом, предводитель крестоносцев Генрих фон Плоцке увел свое пятитысячное войско назад. Желая реабилитироваться, Генрих фон Плоцке в начале июля с двухтысячным отрядом крестоносцев, пройдя через Городенскую землю, напал на волость Сальсеники (совр. Шальчининкай в юго-восточной Литве), «где никогда не видано было христианского войска». Вот и увидели крестоносцев, как они несли христовую веру, разоряя все вокруг огнем и мечом. Захватив в плен 700 человек, крестоносцы с большой добычей вернулись домой. И это «не говоря об убитых, количество которых ведомо одному лишь Богу», как замечает Петр Дусбург. Ничего удивительного, что после такого знакомства с христианами язычники видели в них разбойников и врагов и не желали оставлять свою веру. Походы крестоносцев на Великое Княжество Литовское возобновились в 1314 году. Неугомонный Генрих фон Плоцке, ставший великим маршалом, «со всей силой войска своего пришел в Кривичскую землю» и разрушил Новогородок, а землю вокруг города «изрядно попортил огнем и мечом». Но штурм замка был безуспешным, и крестоносцы отступили. Городенский староста Давид захватил орденские склады. Когда крестоносцы пришли на первый, то увидели убитую стражу и пропажу 1500 коней, хлеба и провианта. Крестоносцы забыли о Новогородке и устремились к следующему складу. «Итак, когда разгневанные братья пришли ко второй стоянке и там тоже не нашли ни хлеба, ни прочего, что было оставлено, они выступили в путь и многие дни были без хлеба; одних голод вынудил есть своих коней, других — травы и их корни, третьи умерли от голода, многие, ослабев от голода, умерли по возвращении, остальные к концу шестой недели со дня выступления вернулись», — пишет об этом бесславном походе Дусбург.

В. Стащенюк. Крестоносцы осаждают Новогородский замок, 1990 г.

Великий князь Витень хотел воспользоваться этой победой и в 1315 году, «собрав всех людей королевства своего, способных сражаться», осадил орденский замок Христмемель на левом берегу Немана. 17 дней длилась осада замка. Литвины обстреливали Христмемель из двух камнеметов и луков и штурмовали его «сильнейшими ударами». Но, узнав, что на помощь замку идет с войском великий магистр, Витень снял осаду. По дороге назад великий князь Витень был убит ударом молнии.

Вот и все, что удалось узнать о человеке, имя которого донесли нам летописи. Неизвестна судьба его сына Свелегота, упоминаемого в орденских документах в 1309 году. Возможно, он погиб или умер, ибо не он стал великим князем, а брат Витеня — Гедимин. Ему и предстояло продолжить дело Витеня.

Витовт Чаропко, coollib.com