19 ноября 2017, воскресенье, 6:01

Самое интересное нас ждет впереди

52
Михаил Пастухов

Это будет финал «спектакля», участниками и свидетелями которого мы являемся.

11 мая оргкомитет по созданию партии «Белорусская христианская демократия» обнародовал заявление о том, что международный диалог с официальными белорусскими властями может быть начат только после прекращения политических репрессий и освобождения всех политзаключенных и наказанных административными арестами по политическим мотивам. Лично я поддерживаю это заявление и хотел бы дать к нему свои комментарии.

Что происходит в Беларуси?

Начиная с проведения Марша рассерженных белорусов (17 февраля) власти не прекращают репрессии в отношении организаторов и участников массовых акций. Их похищают среди бела дня неизвестные люди и увозят неизвестно куда. Потом родные и близкие ищут «пропавших». Они загадочным образом появляются в изоляторах временного содержания. Их обвиняют в каких-то неправдоподобных правонарушениях, осуждают по каким-то сомнительным доказательствам и направляют в «отстойник» с бомжами и прочими асоциальными элементами.

В заявлении оргкомитета БХД, в частности, отмечается, что административно арестованных лишают всякой возможности контактировать с внешним миром, встречаться с нанятыми родственниками адвокатами. Как отметил в своем комментарии сопредседатель БХД Виталий Рымашевский, «политических активистов зачастую приговаривают к 10 – 15 суткам ареста, в местах отбывания наказания для них создают условия, которые являются пытками».

За последнее время почти все оппозиционные политики и сотни общественных активистов прошли через эти «авгиевы конюшни». Перечислить всех поименно сложно. Назову лишь тех, кто «не вылезает» из душных камер на Окрестина. Это – Павел Северинец, Вячеслав Сивчик, Максим Винярский, Евгений Афнагель. К ним добавились экс-кандидаты в президенты Николай Статкевич и Владимир Некляев.

Показательно, что В.Некляев был направлен на пятисуточный арест в Центр изоляции правонарушителей (с 6 по 11 мая) в то время, когда проходил лечение от повышенного кровяного давления. В итоге у него случился гипертонический криз. Администрация тюрьмы отказалась вызвать скорую помощь, ограничившись большим количеством таблеток. Сразу после выхода на свободу, В.Некляев получил новую повестку в суд. На этот раз, 17 мая, поэт и политик был подвергнут штрафу на 50 базовых величин (1,15 тыс. рублей) за участие в первомайской акции в центре Минска.

Вроде бы, «помиловали»: не посадили на 15 суток, которые В.Некляев мог бы просто не пережить. Но где поэту взять полтысячи долларов, чтобы отдать властям «в знак благодарности»?

Даже далекому от политики обывателю становится понятно, что власти устроили какую-то долгосрочную расправу над своими оппонентами. Не имея возможности прямой физической расправы, они подвергают их истязаниям через жестокие по своим условиям административные аресты или угнетают неподъемными штрафами.

Как это расценить?

Если действия представителей власти перевести на язык уголовного закона, то они формально становятся соучастниками организованной преступной группы. Согласно ст.18 УК, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено двумя или более лицами, предварительно объединившимися в управляемую устойчивую группу для совместной преступной деятельности.

Судите сами. Неизвестные с применением силы захватывают мирных граждан, увозят их в заранее приготовленные места. Там их содержат в подневольном состоянии, лишая возможности связаться с близкими. Против этих граждан составляют фальсифицированные протоколы о якобы совершенных «правонарушениях». Далее их доставляют в суд, где судьи на основе лжесвидетельств выносят неправосудные решения.

В действиях участников этой группы можно усматривать признаки ряда составов преступлений, а именно: ст.285 УК («Создание преступной организации либо участие в ней»), ст.286 УК («Бандитизм»), ст.288 УК («Принуждение лица к участию в преступной деятельности»), ст.291 УК («Захват заложника»), ст.392 УК («Вынесение заведомо неправосудного приговора, решения либо иного судебного акта»), ст.397 («Заведомо незаконное задержание или заключение под стражу»), ст.424 УК («Злоупотребление властью или служебными полномочиями»).

Получается, что почти вся система судов и правоохранительных органов у нас «повязана» сговором против граждан, которые высказывают свое недовольство политикой властей и выступают с протестами.

Что можно предпринять?

Конечно, граждане не могут противостоять профессионально подготовленным и вооруженным людям, находящимся «при исполнении обязанностей». В лучшем случае, они могут написать жалобы на незаконные действия сотрудников милиции или контролеров ЦИПа, потребовать пересмотра судебного решения или, возможно, обратиться в международные организации.

Между тем, с юридической точки зрения есть основания надеяться, что при изменении ситуации в стране представители власти, которые допустили беззаконие, будут привлечены к соответствующим мерам ответственности. Можно также рассчитывать, что сроки давности по преступлениям против прав человека не будут применяться, так как отсутствовали условия для поставки вопроса об ответственности. Кроме того, граждане, пострадавшие от незаконных действий представителей власти, могут потребовать компенсацию за причиненный им вред (материальный и моральный).

Тем самым, самое интересное нас ждет впереди. Это будет финал «спектакля», участниками и свидетелями которого мы являемся. Он, как правило, заканчивается по принципу: зло должно быть наказано.

Михаил Пастухов, специально для Charter97.org