24 сентября 2017, воскресенье, 8:07

«Это была интересная эпоха: если ты шевелился, то и зарабатывал прилично»

32

Известный минский парфюмер рассказал о незабываемых 1990-х.

Для того, чтобы отдать дань эпохе, которая ушла вместе с закрытием вещевого рынка на «Динамо», журналисты 34mag.net поговорили с легендарным парфюмером Владимиром. В 90-х и начале 2000-х весь продвинутый Минск покупал духи у него. В своем рассказе Владимир смог передать свободный дух культового места, объяснить правила игры в лихие 90-е и рассказать, как правильный парфюм влияет на жизнь:

Как квартирный вопрос влияет на судьбу

В 20 лет я вернулся из армии, в 22 женился. Образование у меня среднеспециальное. Какая была перспектива в то время? Пойти работать на завод, обязательно родить детей как можно скорее, жить всем вместе в одной квартире, а потом встать в очередь на жилье. Первоначально в трехкомнатной квартире с пятиметровой кухней нас было пятеро: родители, я, брат, сестра. Я женился первый и привел жену в эту же квартиру. Через год у нас родился ребенок, а в следующем году сестра вышла замуж и тоже привела мужа к нам. Потом у них двое детей появилось. Десять лет мы жили вдесятером. Это была фантастически тяжелая жизнь: когда поссоришься с кем-то, идти некуда. Невозможно было представить, что однажды ты сможешь купить квартиру. Спасали только мечты: они выбрасывали из реальности, стимулировали мозги, облегчали жизнь.

И тогда я мечтал про «колясочную» – это такое место в домах старой постройки, предусмотренное для хранения колясок. Но так как все заносили их в квартиры, то двери в то помещение забивали досками с обратной стороны, и получалась микроквартира. Я мечтал, что у меня будет хоть такая будочка, чтобы я мог туда залезть и остаться один. Но эта мечта не реализовалась – через несколько лет работы на «Динамо» я смог купить трехкомнатную квартиру. Правда, ради этого приходилось во всем себе отказывать.

«Это была интересная эпоха: если ты шевелился 12 часов в сутки, то ты и зарабатывал прилично»

Сначала я работал аппаратчиком в «Белмедпрепаратах», занимался сырьем для таблеток. Это не культурная работа в белых халатиках, это грязная тяжелая работа.

Потом была перестройка, заводы стали простаивать. Мне нужно было зарабатывать деньги на жилье, но не было никакого опыта в сфере предпринимательства. Однажды один товарищ пригласил меня с братом поработать на «Динамо». Получалось что-то зарабатывать, но все равно первые два года я продолжал ходить на завод. Вскоре он стал совсем разваливаться, надежды получить бесплатное жилье не было, и поэтому пришлось выбирать: либо оставаться там, либо рисковать и идти на «Динамо». И я пошел. Это был то ли 93-й, то ли 94-й год.

Дефицит 90-х

Тогда было такое время, что все зависело от тебя. Сколько времени ты тратил на работу, насколько активным ты был, насколько продуктивно работал, столько отдачи и получал. Это была интересная эпоха: если ты шевелился 12 часов в сутки, то ты и зарабатывал прилично. Теперь ты можешь столько же времени работать, но ничего не зарабатывать.

Правила игры были другие: все только начинало появляться, налоговая система была очень простая. Ты приходил оформлять лицензию частного предпринимателя, и тебя спрашивали: «А сколько вы планируете зарабатывать через три месяца?» Сейчас целые штаты менеджеров в больших компаниях составляют бизнес-планы и все равно не могут все просчитать на три месяца вперед. А тогда просто нужно было заплатить какую-то сумму.

Времена другие – дефицит на все. Рынок был настолько не насыщенный, что любая вещь имела своего клиента. В те времена продавец не играл никакой главной роли: можно сказать, что на рынке покупатель работал даже больше, чтобы что-то заполучить. А когда стали появляться магазины, люди их боялись: им казалось, что на рынке все дешевле. Через несколько лет разбежка в ценах стала совсем маленькая, и, конечно, люди стали отовариваться в более культурных местах. И это раньше молодые ребята могли на рынке под дождем стоять, а нынешнее поколение так не будет делать: оно более избалованное, потому что выросло в достатке и у него уже все есть. Молодые не то что не хотят работать – они хотят работать по-другому. Стоять в палатку они уже не пойдут, а будут компьютерами заниматься.

Рождение и смерть рынка на «Динамо»

История умалчивает, почему рынок появился именно на «Динамо», ведь изначально это был спортивный стадион. Наверное, какие-то частные фирмы просто обратились «наверх» и сказали, что хотели бы арендовать территорию под вещевой рынок. Тогда власть была гораздо более открытая к инициативам «снизу».

«Динамо» было уникальным. Кроме него и частных предприятий в Беларуси больше не было мест, где бы ты мог заработать нормальные деньги, проявляя инициативу или талант. Желающих попасть сюда было гораздо больше, чем самой площади рынка.

Я попал не в самые прибыльные времена, манна небесная уже не сыпалась. Мы работали с 9 утра до 8 вечера, поэтому вся личная жизнь проходила тут. Это был самый оптимальный вариант: в центре, на свежем воздухе, под открытым небом. Дома мы чувствовали себя полноценными людьми, а на работе нужно было одеваться в 15 свитеров и стоять весь день, кланяться всем подряд. А сам ты такой лопоухий, грязноватый немного, хотя в душе и чувствуешь себя героем, самоуверенным и самодостаточным. Эти две натуры – специфика профессии продавца на «Динамо».

Но в какой-то момент «Динамо» перестало быть нужным большинству людей. Под конец покупатели приходили сюда не за товарами, а к конкретным продавцам, потому что общение очень важно. Это подтверждается тем, что однажды в Японии построили универмаг, где вместо продавцов были роботы. Через месяц туда перестали ходить, потому что не хватало живости.

Последние дни на «Динамо» были печальными. За все годы там много всяких бурь случилось, текучка, да и последние лет десять постоянно грозили прикрыть рынок. Вот и получилось так, что новые люди перестали приходить, остались только те, кто свою карьеру тут и начинал. С одной стороны, все были друг другу конкурентами, а с другой – жизнь ведь плечом к плечу прошла, все подружились между собой. И когда стало известно, что «Динамо» вот-вот закроют, все надеялись, что будет какое-то торжественное прощание. Да хотя бы по радио скажут, мол, спасибо за работу! Но нет, просто в какой-то момент стала известна дата закрытия. Все так переживали по поводу того, что нужно теперь искать новую работу и перевозить старые вещи, что даже не успели попрощаться друг с другом. Еще вчера они веселились вместе, обсуждали что-то, строили планы. Вечером попрощались, а со следующего дня уже не виделись. Мы даже телефонами не обменивались: а зачем, если мы все время были друг у друга на виду?

Я до последнего дня работал на Динамо – до 6 июля 2014 года.

Как становятся парфюмерами

Я не выбирал профессию парфюмера – я просто пришел куда-то работать. Когда молодой человек приходит на новое место, чего ему в первую очередь хочется?

Просто решить свои материальные проблемы. Я получил лицензию частного предпринимателя и сначала продавал одежду. В те годы не было узкой специализации – что смогли привезти, то и продавали. Потом, когда рынок стал насыщаться, все стали создавать тематические палатки, и тогда роль продавца возросла, к нему стали относиться как к специалисту. Еще то время было примечательно тем, что если на товаре написано «Сделано в Италии» или «Сделано во Франции», то это означало, что они действительно оттуда. Тогда все производство еще не перенесли в Китай.

В какой-то момент парфюмерия притянула меня, взяла в свой плен – и вот я с ней и остался. Каждая единица духов кардинально отличается друг от друга, запахов существует бесконечное множество. А я с детства не люблю однообразие, поэтому у меня куча навыков, даже шить умею. И когда я нашел сферу, в которой нет предела многогранности, тогда и понял, что это мое.

С опытом я перестал продавать просто флаконы с ароматной жидкостью: я пропустил их все через себя, выучил все нотки и разобрался, как они ведут себя в течение дня.

«Все так переживали по поводу того, что им нужно теперь искать новую работу и перевозить старые вещи, что даже не успели попрощаться друг с другом»

Духи все разные, как и люди. Если бы я продавал джинсы, то со временем мое участие перестало бы быть необходимым – любого продавца поставь, и он справится, к тому же все знают свои размеры. А с духами все сложнее и интереснее, нужно проникнуться человеком, понять его суть. Это тяжело, зато конкуренции никакой не было. Так же, как врач, я исследовал людей. Но не всем это нравилось, поэтому многие ходили в обезличенные магазины, чтобы никто их не изучал и не лез в душу. А у меня довольно развитая интуиция, потому что я вырос в бедности, и многое приходилось постигать самому.

Со временем я стал понимать, что любой продавец должен всегда знать больше, чем все покупатели вместе взятые. Но это не означает, что он будет просто так делиться знаниями с каждым встречным: он экономит свою энергию, потому что общение с людьми – очень затратный процесс. И если с каждым разговаривать слишком задушевно, но не получать ничего взамен, то можно быстро перегореть и стать агрессивным. Бывает, увидишь в человеке плодородную почву – и начинаешь вкладываться. И получается, что человек пришел покупателем – ушел другом. Бывает и наоборот: сколько ни вкладывай в человека – в нем ничего хорошего не взойдет, там пустыня. С молодости нужно научиться избегать людей, которые живут по принципу: «Я в болоте, ну и ты давай ко мне». Они вечно тянут вниз.

Что такое успешность? Я не знаю. Квартира, машина – это просто решение жизненных проблем. А человек в своем развитии всегда должен идти вверх, вперед. И я очень гордился, когда благодаря парфюмерии мне удалось подняться на ступеньку выше. У меня появилась мечта: чтобы все покупатели Минска приходили только ко мне. Может, это было бы показателем успешности? В какой-то период у меня действительно было очень много покупателей, но потом родился второй ребенок, и он занял главенствующую позицию в жизни. Если бы его не было, то, возможно, весь Минск в итоге был бы моим.

Как парфюм помогает в карьере и личной жизни

Однажды ко мне пришла полная, не очень привлекательная женщина и попросила посоветовать ей парфюм. Для меня это прозвучало как «Помогите!». Я порекомендовал ей одни духи, рассказал об их качестве, характере и о том, как они потом раскрываются... У них был восточный аромат, но легкий, приятный для европейского обоняния. Она никак не отреагировала, но духи купила.

Через какое-то время пришла и рассказала, что с ней случилось после той знаковой покупки. Владельцами компании, где она работала, были турки. Они один раз услышали ее аромат, второй… Через этот запах они ее заметили, взяли в партнеры, выделили ей кабинет, увеличили ей зарплату раза в два – в общем, карьера пошла в гору.

Там также была классическая молоденькая секретарша в короткой юбке, на которую турки перестали обращать внимание. Та девушка пользовалась только модными духами, но у них есть одно свойство: они поначалу нравятся, а потом начинают одинаково пахнуть. Тогда она решила спросить у той женщины, какие духи она носит.

А я всем клиентам говорю: «Никому не говорите, какой у вас парфюм. На другом человеке он никогда не будет лежать так же, как на вас. Духи отдают свою суть только тогда, когда вы сами их выбираете. Когда копируете у кого-то, они на вас не работают». Женщина не стала признаваться, и тогда та секретарша залезла к ней в сумку. Ничего не нашла, пошла в магазин, купила самые модные духи и облилась ими. А передозировка модными духами делает их просто отвратительными и дешевыми. Турки – тонкие люди, в хороших вещах разбираются. Они ее и уволили вскоре.

А та женщина построила себе дом, исполнила свою мечту и завела домашних животных, стала путешествовать по всему миру. За всеми следующими духами она всегда приходила ко мне. Понятно, будь она бестолковой – карьера не пошла бы у нее вверх. Духи лишь помогли обратить на себя внимание среди сотен сотрудников в огромной компании. Впрочем, мало кто верит этой истории.

Еще была история, когда девушка купила духи, перешла дорогу и встала на остановке. С другой стороны улицы шел какой-то парень, услышал ее аромат и пошел за ней. Они познакомились, и сейчас они женаты. Потом вдвоем ко мне приходили.