18 декабря 2018, вторник, 23:12
Спасибо вам
Рубрики

Что рассказывают о дедовщине солдаты на суде по делу Коржича

20
Фото: tut.by

Минский областной суд продолжает допрос потерпевших.

В пятницу до обеда в суде выступал Кирилл Штык, который служил вместе с Александром Коржичем. Потерпевший вспоминал, как незадолго до гибели Коржич признавался, что боится смерти и у него плохое предчувствие. Дедовщину в Печах парень называл «неуставные традиции части», пишет tut.by.

После обеда рассмотрение уголовного дела продолжилось.

Обвиняемые Важевич и Барановский

К трибуне вышел 22-летний Андрей Осипчук.

— Рассказать про неуставные отношения? Покупал телефон и, наверное, все, — говорит потерпевший военнослужащий.

Его, как и других солдат, сержанты заставляли отжиматься, били за «разговоры в строю». Всего в материалах дела фигурирует 28 эпизодов насилия в отношении Осипчука. На вопрос, что молодой человек при этом чувствовал, коротко ответил: «Унижение».

— Барановский бил меня резиновой палкой, — говорит Андрей Осипчук и по просьбе гособвинителя рассказывает еще один случай, связанный с наручниками:

— Завалил меня и надел наручники.

В обвинении указано, что это было «не менее двух минут». Уже не первый раз на суде звучит, что во время отжиманий в противогазе одному из солдат стало плохо.

С Александром Коржичем у Осипчука не было близких дружеских отношений, он запомнил случай, когда обвиняемый Антон Важевич требовал у Коржича «килограмм сегментов».

— Что это такое? — спрашивает судья.

— Мы так называем вафли с начинкой, — отвечает потерпевший.

Осипчук жаловался сержанту Барановскому на дедовщину.

— И что сделал обвиняемый? — спрашивает один из адвокатов у потерпевшего.

— Записал выговор в личное дело, — отвечает Андрей Осипчук.

После этих слов другие потерпевшие солдаты засмеялись.

Обвиняемый Скуратович

— Ко мне применялось насилие практически через день, Важевич бил, говорил, что бешу его. Все уже знали, что Важевич меня постоянно бьет, как-то к нему подошел Барановский и спросил: «Ты чего трогаешь моего кабана?». Они отошли в сторону, потом ко мне подбежал Важевич и сказал, что из-за меня его ударил Барановский, и после этого Важевич меня тоже ударил, — рассказывал в Следственном комитете во время предварительного расследования Андрей Осипчук.

После допроса Осипчука суд перешел к другому потерпевшему — Валерию Квиткевичу. Он служил в 3-й учебной танковой роте, кровати Квиткевича и Коржича стояли рядом. На предложение рассказать про дедовщину в армии Квиткевич был немногословен:

— Выкуп мобильного телефона.

После чего прокурор стал зачитывать материалы уголовного дела. В них сказано, что Квиткевич неоднократно покупал для Скуратовича продукты: кофе, сигареты, пирожное, палку колбасы. Сумма таких передач в среднем была 1−2 рубля. Кроме того, Евгений Барановский не раз ударил солдата. Один раз за то, что Квиткевич отказался дать ему сигарету. Денежное довольствие как военнослужащего у Валерия Квиткевича было 10 рублей в месяц.

— Для вас суммы в 1−1,5 рубля, которые вы тратили на обвиняемых, были ощутимы? — интересуется прокурор у потерпевшего.

— Да.

Всего обвиняемому Барановскому солдат передал 200 рублей. Самоубийство Александра Коржича потерпевший после трагедии комментировал следователям: 

— Ничто не предвещало такого.

Он добавил, что Коржич выглядел как психически больной человек, поэтому его поместили в медроту и взяли под охрану.

Напомним, за доведение до самоубийства Александра Коржича судят сержантов Евгения Барановского, Егора Скуратовича, Антона Важевича. Свою вину они признали частично и от дачи показаний пока отказались. Потерпевшая Светлана Коржич не согласна ни с версией следователей о самоубийстве, ни с тем, что на скамье подсудимых оказались только эти военнослужащие.

— Все шло нормально, пока ставки не возросли. Это не защитники отечества, а преступная группировка. Я почему-то не вижу здесь офицерского состава, — рассказывала в суде Светлана Коржич.

По ее словам, каждую неделю она высылала в армию сыну 50 рублей, затем эта сумма требовалась уже ежедневно.

Тело Александра Коржича с майкой на голове и связанными шнурками было найдено 3 октября 2017 года. Мама рядового почти год настаивает на версии убийства сына. Обвиняемым грозит до 12 лет лишения свободы.