19 октября 2019, суббота, 6:41
Мы в одной лодке
Рубрики

В России восемь поселков восстали против строительства полигона

В России восемь поселков восстали против строительства полигона
Фото: RFE/RL

Жители решили действовать по примеру Шиеса.

Восемь поселков на границе российского Екатеринбурга восстали против строительства полигона опасных отходов, сообщает «Новая газета».

«Не просим, а требуем»

— Нам говорят, что здесь появится современный экотехнопарк, но из проекта видно, что это будет обычный полигон. Он будет находиться на торфяниках. И будет построен вплотную к нашим заборам.

В поселке Красногвардейский под Екатеринбургом — сход жителей и садоводов. Участвуют две сотни человек: от мам с детьми до пенсионеров. Атмосфера напряженная: люди толпятся на детской площадке, перед ними эмоционально выступает женщина средних лет в красной теплой повязке.

Анна Варфоломеева — не политический лидер и не медиаперсона. Обычный сотрудник управляющей компании. Митинговать никогда не стремилась, но месяц назад ей пришлось стать членом Красногвардейского поселкового «штаба по борьбе со строительством мусорных заводов». Штаб в основном состоит из пенсионеров.

Анна Варфоломеева (слева). Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

— Санитарно-защитная зона экотехнопарка просчитана только от первой очереди строительства.

Вторая очередь будет построена прямо у наших домов, — говорит Анна. — И там будут сжигать медицинские отходы и захоранивать иловые осадки от «Водоканала». Попросту — фекалии.

На соседнем полигоне «Северный» (находится прямо у поселка. — И.Ж.) фекалии уже сжигают. И его хотят расширять. То есть со всех сторон нас хотят обложить. Наша задача сегодня — не допустить строительства экотехнопарка и расширения «Северного» полигона. Для этого нам надо объединяться.

Люди встречают речь с энтузиазмом.

Пенсионерка Евгения Нужнова прямо на сходе записывает видеообращение к министру ЖКХ Свердловской области Николаю Смирнову: предлагает ему лично приехать в Красногвардейский и расположенное в поселке одноименное садоводческое товарищество и увидеть, что «здесь не 49 человек».

— Только в нашем садовом товариществе 310 собственников земельных участков. А с прилегающими поселками и садами — более 2000 человек. Убедительно просим: найдите для свалки другое место, вдали от населенных пунктов.

«Мы не просим, а требуем!» — раздается из толпы.

Народный сход в Красногвардейском. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Проект из прошлого

У Красногвардейского и окружающих его поселков Крутой, Кедровка, Октябрьский и Смолокурка — непростая экологическая судьба. Еще в 1968 году рядом с ними открыли большой мусорный полигон «Северный». За 51 год полигон уже два с половиной раза выработал свой ресурс (максимальный безопасный срок эксплуатации таких объектов — 20 лет), но на его воротах все еще висит баннер: «Все отходы города Екатеринбурга должны быть утилизированы и захоронены на ПТКО «Северный». Такое завещание потомкам.

«Северный» прилегает к поселкам с юга. С запада на Красногвардейский наступает свалка отходов Уралмашзавода, а с востока — полигон для утилизации радиоактивных отходов рентгенкабинетов. Планируемый чиновниками экотехнопарк замкнет это мусорное кольцо.

Красногвардейский окажется внутри него целиком, остальные поселки — по периметру. Кроме того, в зону свалок попадают четыре садоводческих товарищества. В общей сложности — не меньше 5000 человек.

О грядущем открытии экотехнопарка жители Красногвардейского узнали в конце августа. Выяснилось, что 21 августа в пригороде Екатеринбурга Березовском прошли общественные слушания, на которых оценивалось его воздействие на окружающую среду.

Решение о строительстве, как выяснилось позже, было принято еще в 2009 году. Тогда утверждался генплан Березовского городского округа (к которому относятся Красногвардейский и окрестности). Обсуждалась ли в 2009 году возможность постройки полигона — местные не помнят.

Между тем новый полигон — это серьезно: 42 гектара мусора, да к тому же медицинского, II класс опасности, страшнее только радиоактивные отходы и ртуть. Захоронение, сортировка, сжигание 49 тысяч тонн отходов в год. В этом местные видят шанс для себя.

— Проектом предусмотрена санитарно-защитная зона в 500 метров. Чиновники говорят: до Красногвардейского — 530 метров, до Смолокурихи — тоже. Остальные поселки — в пределах 700 метров. Красиво, мол, вписали. Но есть постановление главного санитарного врача РФ № 74 от 25 сентября 2007 года, которое устанавливает, что для полигонов, работающих с отходами I и II классов опасности, и для полигонов, которые принимают более 40 тысяч тонн мусора в год, санитарная зона должна составлять 1000 метров. А в этой санитарной зоне — мы все: и Красногвардейский, и Кедровка, и остальные.

Свалка живет

С Анной Варфоломеевой и группой жителей Красногвардейского и Крутого отправляемся на площадку будущего экотехнопарка. Пробираемся по лесной тропе.

На этом болоте планируется строительство мусоросжигающего завода. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

— Вот здесь, прямо на болоте, должны открыть мусоросжигательный комплекс, — Анатолий, пожилой мужчина в черной куртке и высоких резиновых сапогах, показывает на внушительного размера водоем. — В проекте говорится, что здесь никакого болота нет.

А здесь не только болото: здесь же торфяные залежи. Еще при Советском Союзе торф добывали. Мусоросжигательный завод на торфе — каково?

Ради стройки полигона придется вырубить 200–300 деревьев. Где их потом высадят — неизвестно.

В лесу натыкаемся на солидную кучу мусора. Белые мешки с надписями «Экогрунт». Внутри что-то похожее на поролоновые губки, сырое и склизкое. Лежит здесь явно давно. Мешков хватило бы заполнить КамАЗ. Кто и зачем сбросил эти мешки сюда?

На площадку будущего полигона свозят строительный мусор. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

Выходим на площадку будущего полигона.

— Ого, — Анна показывает на бетонные блоки. — Этого здесь не было.

В двухстах метрах от нас — два экскаватора. Людей рядом с техникой не видно.

— Посмотри, — говорит Анна Варфоломеева. — Проект полигона еще не утвержден: еще не прошла государственная экологическая экспертиза, а они уже сюда что-то возят.

Над сваленными бетонными блоками висит тухлый запах. Откуда он исходит — непонятно. В глаза бросаются торчащие из-под земли похоронные венки.

— Такое ощущение, что кладбище к нам перевезли, — грустно шутит Анна.

Запах накрывает половину территории свалки. На ее конце из-под поваленных деревьев вытекает ручей Крутой.

— В проекте нет заключения гидролога, и мы не знаем, какое влияние свалка окажет на местные питьевые источники. Если она отравит ручей, ядовитая вода пойдет в речку Крутиха, а из нее — в Пышму и Белоярское водохранилище, — говорит Анатолий.

На площадке будущего полигона уже стоит техника. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

«Другие» цифры

После встречи с жителями Красногвардейского и Крутого отправляю официальный запрос главе Березовского городского округа Евгению Писцову, предлагаю встретиться и обсудить претензии жителей. В ответ получаю письмо от его первого заместителя Александра Коргуля. Письмо удивляет: речь в нем будто бы идет о другом проекте. Коргуль пишет, что площадка полигона сдана под мусоросжигательные и мусороперерабатывающие заводы мощностью до 40 тысяч тонн в год. Такая мощность позволяет установить санитарную зону в 500 метров, куда не попадет ни один жилой дом. Но в проекте четко сказано, что полигон будет принимать до 49 тысяч тонн мусора в год, а в этом случае санитарная зона будет в два раза больше и захватит сотни домов.

Далее чиновник сообщает, что проектом первой очереди полигона предусмотрена работа только с отходами IV и V классов опасности (низкая опасность), и ничего не говорит про вторую очередь, где проектом предусмотрена работа с отходами II класса (высокая опасность).

«На основании действующего законодательства администрация Березовского городского округа не наделена полномочиями по оценке проектной документации на соответствие требованиям санитарных норм и правил», — резюмирует Александр Коргуль.

Жители поселков вокруг будущего полигона готовы обсуждать с властями альтернативные площадки для размещения свалки. А если их не услышат — опыт архангельского Шиеса перед глазами. «Знаем, как действовать», — говорят люди.