14 ноября 2019, четверг, 15:35
Хорошая новость
Рубрики

Заклинаниями и разносами луканомике не поможешь

45
Заклинаниями и разносами луканомике не поможешь

Так что, впереди — дефолт?

Экономика Беларуси впадает в очередную стагнацию. Что не удивительно, так как после последнего кризиса 2014 года у нас только одно достижение — деноминация. В остальном все осталось как было, а «было» не очень хорошо.

Про стагнацию начали говорить после выступления премьер-министра Беларуси Сергея Румаса, который констатировал замедление темпов роста национальной экономики до 1% по итогам января-сентября 2019 года. «Вчера получены предварительные итоги работы за 9 месяцев — рост продолжает замедляться — предварительно 101% по итогам января-сентября. И это несмотря на государственную поддержку и заверения руководителей министерств, что утвержденные планы будут выполнены», — заявил Румас на заседании президиума Совмина во вторник в Минске.

Премьер также подчеркнул, что «ситуация с экспортом по итогам января — августа 2019 года непростая и не может удовлетворять». По его словам, за 9 месяцев экспорт товаров по сравнению с прошлым годом снизился на 3,1%, в связи с этим у премьера «много вопросов к министрам, губернаторам, серьезно недорабатывает Министерство иностранных дел и главы иностранных представительств», — считает Румас.

Он также подчеркнул снижение уровня диверсификации экспорта: «Не удается распределить поровну экспортные поставки между ЕАЭС, ЕС и другими странами. Увеличилась доля ЕАЭС, просела доля Европейского союза. Здесь большое влияние оказала нефть, особенно в части европейского рынка, однако это не единственная причина».

«Если нет производства, как может расти экспорт? Это же взаимосвязанные вопросы. Руководители должны нести ответственность за свои слова и обязательства», — подчеркнул Румас.

Складывается впечатление, что он решил опередить Лукашенко с аналогичным разносом. Причем, как и его руководитель, Румас находит виновных там, где надо и где не надо. По его словам «нет производства», и в то же время он сетует на Министерство иностранных дел, что те «не дорабатывают по экспорту».

Во-первых, если «нет производства», то и МИДу продавать нечего, а во-вторых, заниматься торговлей — совсем не дело внешнеполитического ведомства. У него и своих проблем хватает, вроде не подписанного пока визового соглашения с ЕС и угрозы потери Минска как переговорной площадки по ситуации в Украине.

В любом случае, заклинаниями и разносами делу не поможешь. Помогло бы раскрепощение деловой инициативы, но где же ее возьмешь без согласия «на самом верху»?

Стоит при этом напомнить, что проблемы роста белорусской экономики у нас хронические. В 2018 году ВВП Беларуси увеличился на 3% (при прогнозе 3,5%), в 2017 году ВВП вырос на 2,4%. Правительство в целевом макропрогнозе на 2019 год рассчитывала на рост ВВП на уровне 4%. Но все говорили, что это слишком оптимистично и ... слишком мало. Ведь после ряда кризисов 2011-2014 годов наш ВВП просел процентов на 40. А потому, для восстановления хотя бы утраченных позиций, нужно было иметь по 10% роста ВВП в год.

Но мы же богаты для Евразийских игр! Тот же самый Румас вместо экономики занимался Евроиграми. По крайней мере, «на его постоянном контроле», как говорил он 6 февраля, находились «эти важные для нас соревнования». А если премьеру важны спортивные соревнования - так чего ждать от экономики?

Между тем, дальше будет хуже. Международный валютный фонд, который обычно более трезво, чем правительство, оценивает нашу ситуацию, резко ухудшил прогноз по росту экономики Беларуси в 2020 году. Причем «резко» — мягкое слово, больше подходит «катастрофически». Ведь ранее рост ВВП на следующий год МВФ планировал на уровне 2,2%, а сейчас — 0,3%!

В январе этого года Международный валютный фонд также подчеркивал, что в среднесрочной перспективе темпы экономического роста в Беларуси могут быть существенно ниже 2% в случае отсутствия компенсации потерь в результате осуществления налогового маневра в России. Отсутствие такой компенсации эксперты МВФ считают основным риском для белорусской экономики в настоящее время. В принципе, пока эксперты этой финансовой организации правы.

Также МВФ уточнил прогноз по инфляции в Беларуси. По оценке фонда, в 2019 году инфляция составит 5,4% (ранее ожидалось 5%), в 2020 году — 4,8%.

Кроме того, мы постепенно входим в еще одну ловушку для экономики. Мало того, что у нас «нет производства» — так быстро и производить будет некому. Беларусь оказалась на пороге серьезного демографического кризиса.

По данным Национального статистического комитета, в Беларуси в 2018 году родилось 94,042 тысячи человек, что является минимальным показателем за последние 13 лет. В текущем году, к сожалению, ожидается очередное обновление антирекорда: по Белстату, число родившихся в первом полугодии 2019 года уменьшилось по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года на 4,171 тысячи человек, или на 8,9%. В случае, если в текущем году в Беларуси родится менее 88,5 тысячи человек, то будет обновлен минимальный показатель рождаемости аж с 1950 года!

Если такая скорость падения рождаемости сохранится, то уже буквально через 11 лет число родившихся будет ниже числа умерших!

Как сообщают по этому поводу некоторые СМИ, падение рождаемости происходит «на фоне деградации традиционных семейных ценностей и негативных явлений в социальной и экономической сфере».

О «традиционных семейных ценностям» мы, пожалуй, промолчим, и не будем упоминать «мисс Беларусь» Марию Василевич, которая не раз была замечена в компании официально женатого мужчины с усами. А вот если касаться социально-экономической составляющей - то действительно так. Мы писали, что полмиллиона белорусов живет за чертой бедности, а более 4 миллионов — выживают от зарплаты до зарплаты. Какие уж тут дети?

И пока выхода из этой ситуации не видно, так как живем мы не по средствам. Нам в очередной раз это показал Кильский институт мировой экономики. По его данным, Беларусь оказалась в тридцатке главных должников Китая вместе с половиной Африки и Черногорией. Долг нашей страны перед Китаем составляет более 10% ВВП.

А есть еще и Россия. Так что, впереди — дефолт?

Сергей Соловьев, «Новы час»