19 февраля 2019, вторник, 10:52
Призыв Рады БНР
Рубрики

Как СССР вывозил золото из Испании «для хранения»

Весомая часть золотого запаса была присвоена.

На прошлой неделе депутаты Венесуэлы заявили о том, что Россия вывезла из страны 20 тонн золота. Позже источник агентства Bloomberg подтвердил, что центробанк собирается вывезти 20 тонн золота стоимостью около $840 млн. Меж тем это не первый случай, когда Москва «принимает на хранение» часть золотого запаса страны, охваченной кризисом. Наиболее известный эпизод такого рода произошел в период гражданской войны в Испании 1936–1939 годов. Именно на эти деньги СССР оказывал «безвозмездную» помощь Испании. И по некоторым оценкам, весомая часть золота так и осталась тогда в Советской России.

13 сентября 1936 года, вскоре после начала военного мятежа против республиканского правительства Испании, министр финансов этого правительства Хуан Негрин с согласия премьера Франсиско Ларго Кабальеро подписал секретный декрет, разрешавший Банку Испании перевод золотого запаса страны в безопасное место. В этот момент войска мятежников находились всего в 115 км от Мадрида, и правительство всерьез опасалось падения столицы. Постфактум об этом декрете поставили в известность и президента республики Мануэля Асанью, однако на всякий случай от него скрыли, что основную часть золота предполагается вывезти в СССР. По свидетельству Ларго Кабальеро, о конечном пункте маршрута знал также министр военно-воздушных и военно-морских сил Индалесио Прието.

С советской стороны переговоры о перемещении испанского золота в СССР вели председатель Совнаркома Вячеслав Молотов и нарком финансов Григорий Гринько. Последнего это до добра не довело. В августе 1937 года Григорий Федорович был смещен со своего поста и арестован. В марте 1938-го Гринько вместе с Бухариным, Рыковым, Ягодой и другими подсудимыми на процессе «право-троцкистского блока» был обвинен в «троцкизме, сотрудничестве с немецкой, итальянской, японской и американской разведками, подготовке убийства Сталина, Ежова и других членов правительства» и расстрелян. Возможно, причастность к истории с испанским золотом стала аргументом для его включения в расстрельный список.

До сих пор в точности не известно, кто был инициатором отправки золота в Москву — испанское или советское правительство. Вальтер Кривицкий, руководитель советской разведки в Западной Европе, ставший невозвращенцем, утверждал, что Сталин хотел получить гарантии того, что помощь со стороны Советского Союза республиканцам будет оплачена, и настоял на отправке испанского золотого запаса в СССР. Эта версия кажется наиболее близкой к действительности.

С другой стороны, выхода у республиканского правительства не было. Первоначально оно направило часть золота во Францию. Но уже в августе 1936 года Париж провозгласил политику невмешательства в испанские дела, что означало отказ от военной помощи обеим сторонам конфликта. Поэтому закупать вооружение и боевую технику на золото, размещенное во Франции, стало затруднительно, и испанские республиканцы вынуждены были обратиться к своему единственному союзнику — СССР. Но тот на самом деле не хотел помогать бесплатно, хотя публично в пропагандистских целях заявлял о бескорыстной помощи Испанской Республике.

14 сентября, несмотря на протесты некоторых членов совета Банка Испании, золото было изъято из хранилищ банка и доставлено в портовый город Картахена. 15 октября 1936 года Негрин и Ларго Кабальеро приняли решение об отправке золота в СССР. Резидент НКВД в Испании Александр Орлов (он же Лейба Фельдбин, он же Лев Никольский, он же Лев Николаев) 20 октября 1936 года получил шифровку от Сталина с приказом организовать перевозку золота.

Уже после Второй мировой войны, давая показания на слушаниях в Конгрессе США, Орлов заявил, что получил согласие использовать для транспортировки золотого запаса танкистов бригады полковника Семена Кривошеева, только что прибывших в Картахену из СССР. Но была опасность, что советских водителей грузовиков, перевозивших золото на суда, могут остановить и обыскать анархисты, чьи отряды располагались в окрестностях Картахены. Тогда разразился бы грандиозный международный скандал.

Александр Михайлович хорошо говорил по-английски, поскольку ранее несколько лет проработал в США и Англии. И он попросил Негрина выдать ему документ на имя Блэкстона, представителя Банка Англии. Мнимому англичанину якобы было поручено перевезти золото в безопасное место. И уже 2 ноября 1936 года три из четырех теплоходов с золотом — «КИМ», «Волголес» и «Нева» — благополучно прибыли в Одессу. Четвертое судно, «Курск», из-за повреждения двигателя дошло до Одессы только 9 или 10 ноября.

Выгрузка и последующая перевозка испанского золота по железной дороге в Москву проходили в обстановке строжайшей секретности. Всего в СССР прибыло, согласно сохранившимся документам, 510 тонн золота в 7800 ящиках, что составляло 73% золотого запаса Испании (остальные 193 тонны были перевезены во Францию). Сменивший Негрина на должности министра финансов Мендес Аспе также впоследствии утверждал, что в СССР было отправлено 7800 ящиков. Но Орлов настаивал, что ящиков было 7900. До сих пор неизвестно — то ли резидент НКВД ошибся, то ли кому-то в Испании или в Советском Союзе удалось удачно «закосить» 100 ящиков, или около 650 кг золота, что тогда стоило более $730 тыс.

То ли резидент НКВД ошибся, то ли кому-то в Испании или в СССР удалось удачно «закосить» 100 ящиков, или около 650 кг золота, что тогда стоило более $730 тыс.

Большинство советских участников операции с испанским золотом не дожили до конца гражданской войны в Испании. Тогдашний посол в Мадриде Марсель Розенберг был расстрелян 5 марта 1938 года, а торгпред в Испании Артур Сташевский, который, по мнению испанских историков, и предложил республиканцам вывезти золото в Москву, был казнен еще 21 августа 1937 года, через несколько дней после ареста Гринько. Весьма вероятно, что ликвидация Гринько и Сташевского была в значительной мере связана с тем, что они не только вели переговоры по отправке в СССР испанского золота, но и знали, что инициатива передачи золота в Москву исходила от советской стороны.

Орлову же повезло. После того как его начальники в Москве были арестованы или, как глава иностранного отдела НКВД Абрам Слуцкий, умерли при странных обстоятельствах, Александр Михайлович осознал, что теперь настал и его черед. Получив приказ 14 июля 1938 года прибыть на советское судно «Свирь» в Антверпене для встречи с преемником Слуцкого Сергеем Шпигельгласом, Орлов понял, что вскоре отправится вслед за Слуцким. Умирать не хотелось, и 13 июля он предпочел вместе с семьей бежать из Испании во Францию, прихватив $91 тыс. из кассы резидентуры.

А. М. Орлов

Уже 21 июля Александр Михайлович перебрался в Канаду, а вскоре и в США. Из Канады Орлов направил письмо главе НКВД Николаю Ежову и Сталину, где предложил своеобразную сделку — он не будет сдавать известную ему советскую агентуру (а знал он очень многих, в том числе знаменитую «Кембриджскую пятерку»), если НКВД не будет пытаться ликвидировать его и его семью и оставит в покое его родственников, оставшихся в СССР. Неизвестно, поступил ли Орлову ответ из Москвы, но бывший чекист, не доверяя коллегам, 15 лет предпочел нелегально жить в США под именем Игоря (или Александра) Берга.

Только после Второй мировой войны он вышел из тени и в 1953 году, сразу после смерти Сталина, опубликовал книгу «Тайная история сталинских преступлений», где, в частности, рассказал об отправке испанского золота в СССР. Орлов стал консультировать американские спецслужбы о методах работы советских спецслужб, но известную ему агентуру так и не сдал. Александру Михайловичу повезло умереть своей смертью в Кливленде (Огайо) 25 марта 1973 года в возрасте 77 лет. При его «анамнезе» это было завидное долголетие.

По официальной советской версии, испанский золотой запас, хранившийся в Москве в Гохране, был почти целиком израсходован на оплату советской военной и иной помощи Испанской Республике. К августу 1938 года в распоряжении республиканского правительства осталось только 2 тонны золота, а к моменту падения республики в конце марта 1939 года не осталось и их. Всего за испанский золотой запас, хранившийся в Москве, было выручено, по утверждению советской стороны, около $470 млн. Из этой суммы около 132 млн было потрачено на вооружение, боевую технику и стратегическое сырье из СССР. Кроме того, советская сторона в качестве разного рода комиссий по финансовым сделкам получила $14,5 млн. Транспортировка золота из Картахены в Одессу, а потом в Москву, вместе с поставками вооружений и техники, осуществлявшимися до начала ноября 1936 года, была оценена в фантастическую сумму $51 млн. А ведь ранее советское руководство заявляло, что все военные и иные поставки испанским республиканцам осуществляются на безвозмездной основе.

Остальные средства были потрачены за пределами СССР на покупку стратегического и иного сырья. Вырученная от продажи золота валюта переводилась в подконтрольный советским властям Banque Commerciale de l’Europe du Nord в Париже. Однако ни в Испании, ни в нашей стране документы об этих переводах не сохранились (возможно, они хранятся нерассекреченными в российских архивах).

Некоторые западные историки полагают, что в действительности советские поставки республиканской Испании были меньше, чем выручка от продажи испанского золота. Они утверждают, что при расчетах с Мадридом советские рубли переводились в доллары США по завышенному курсу, а курс песеты по отношению к доллару, наоборот, занижался, что позволило СССР прибрать к рукам от 30 до 40% заявленных средств. Скорее всего, так оно и было.

Кроме того, Советский Союз легко мог присвоить десятки миллионов долларов за счет непрозрачных операций подконтрольного ему Banque Commerciale de l’Europe du Nord, документы по которым до сих пор не найдены. Нет даже уверенности, что за 510 тонн испанского золота было действительно выручено $469,8 млн, как утверждала советская сторона. По тогдашней цене золота за 510 тонн можно было получить $573 млн. Впрочем, поскольку в 30-е годы рубль не был конвертируемой валютой, определить его истинный курс к доллару в 1936–1939 годах невозможно — он мог устанавливаться только по договоренности сторон.

Надо также иметь в виду, что стоимость поставок вооружения и боевой техники советская сторона могла устанавливать произвольно. Но определить, какую именно часть испанского золотого запаса Сталин в действительности присвоил, сегодня практически невозможно. Можно только констатировать, что СССР помогал Испанской Республике совсем не бескорыстно и, несмотря на победу Франко, в убытке не остался, а, вполне возможно, даже получил некоторую прибыль. Как только во второй половине 1938 года испанский золотой запас в СССР оказался почти полностью исчерпан, Сталин отозвал своих военных советников и бойцов интербригад и сократил поставки вооружений и боевой техники республиканцам. Он уже не сомневался в грядущем поражении республиканцев и был готов лишь немного продлить их агонию.

Борис Соколов, The Insider