16 июля 2019, вторник, 12:09
Мы в одной лодке
Рубрики

«А нас превратят в идолов»

7
Фото: «Радыё Свабода»

Пророчество участника войны, сделанное в 1967-м.

«Вся эта шумиха по поводу героев, все парады Победы ни к чему!» — писал ветеран в своих дневниках еще 30 лет назад. Интересно, что бы он сказал, увидев сегодняшний карнавал, пишет «Солидарность».

Отшумели военные парады, а с ними прошла и победная истерия официоза. Телефон, слава тебе господи, наконец перестал вибрировать, оповещая об очередной картинке-поздравлении «Мы победили!» и «умилительных» видосиках с детишками в форме.

На днях знакомая рассказала, как ее двоюродный племянник поставил в соцсетях фотку погибшего прадедушки, подписав «Спасибо деду за победу!»

— А мы-то все в семье знаем, что дед тот был полицаем, за что его расстреляли партизаны. Племяннику не рассказывали – да он и не спрашивал. Погиб дед в войну – и погиб, — рассказала она.

Действительно, чем меньше мы знаем о войне, тем больше мифов создаем. И тем громче шумим о нашей (!) победе.

И подумалось: а как бы восприняли весь этот визгливо-помпезный шум, в который мы превратили день памяти, те, кто действительно знал о войне не понаслышке? И у меня есть ответ на этот вопрос.

В свое время мне в руки попали дневники человека, который пережил все это. Иосиф Ятченя во время войны оказался на оккупированных территориях, его сын воевал и погиб под Сталинградом, а сам он в 1943 году спасался от смерти в партизанском отряде. Он знал всю правду о войне и попытался без прикрас рассказать о ней в своих рукописях.

О том, как мародерствовали партизаны, как советские власти перед приходом немцев вылавливали и расправлялись с бывшими «врагами народа» (Иосиф Ятченя сам был репрессирован в 1937-м и вынужден был скрываться, опасаясь нового ареста) и другие подробности, о которых сегодня официальная пропаганда старается не упоминать.

В середине 60-х, когда Иосиф Ятченя сел писать свои дневники, в СССР только начинался весь этот официоз вокруг 9 мая. Как известно, до 1965 года День Победы даже не праздновался — очень уж неприглядной была та правда о войне, которую знали люди.

То, как государство присвоило себе победу, превратив в идеологический инструмент, искренне возмущало Иосифа Ятченю. Он предостерегал предшественников от излишней бравады и восхваления. Удивительно, но написанное им в 1967 году оказалось пророческим.

Вот его мысли:

«Война мила только тем, кто о ней ничего не знает. Почти всегда всей своей тяжестью она обрушивается на несчастный народ, который не выигрывает ни от победы, ни, тем более, от поражений.

В честь дня Победы в Бытени состоялось торжество. Приехали партийные сановники. Выступили ораторы. Сановник Ивацевичского парткома Сергеев пытался своей речью сделать трепетным весь этот миг, наполнить особым значением. Но это пустые слова.

Коммунисты, пролежавшие в блиндажах во время атаки, больше всего теперь вопят о своем героизме. Своими пустыми речами они только тревожат могилы простых солдат, полосуют ножом сердце и душу стариков-родителей, потерявших кормильцев на войне и получающих сегодня подачку 12 рублей в месяц.

Я вижу стоящих безмолвными группами старух, молчаливых, в чёрных платках. Эти женщины глядят на говорящих на трибуне хмурыми равнодушными взглядами. В парке обособленной группой стоят несколько мужчин. Их грудь увешена орденами и медалями. Лица суровы и злы. Они из тех незаметных героев войны, которые уходят из жизни без некрологов и надгробных речей.

Я с волнением слушаю мелодию, плывущую над посёлком, её печальные звуки повторяют горько: помни, помни! Да, я помню. Миллионы людей, в том числе и мой сын — командир стрелкового взвода Иосиф, сражаясь за мир, погибли в бою. Разве можно об этом забыть?

Вторая мировая война — неизвестно, чья вина. Когда государства воюют между собой, каждое из них говорит своему народу, что воюет за правое дело, за истину и справедливость. В этих спорах много оружия на полях боя поломано, много крови пролито. Жизнь обманула нас. Идеи, которые мы, солдаты, некогда считали яркими и свежими, оказались бесцветными и почти пустыми.

Горькие разочарования послевоенных лет. Кто изобразит величайшую бессмыслицу войны? Кто опишет трагическое и смешное, отталкивающие и величественное? То самопожертвование, героизм, грязь, унижения, невзгоды, страдания, трусость, похоть, раскаянье, когда чувства были напряжены до предела?!

Наслаждение красотой, волнующее прикосновение к позеленевший от времени бронзе, ровно как леденящий ужас при виде гниющих, разлагающихся трупов по дорогам войны, — всё это тысячу раз испытано и со временем забыто. Но тем, кто прошел через ад войны, достаточно вспомнить, чтобы вернуть себе разум.

Вспоминая страшные тяжкие годы, содрогаюсь всем телом. Былые муки, былые лишения, былые страхи терзают душу солдат: бессонные ночи в холодной грязи ленинградских окопов под артиллерийским огнем, бесконечные переходы по проселочным дорогам через вымершую местность, тяжёлая выкладка, которая может довести до безумия, ночные дежурства в окопах под проливным дождём по щиколотку в холодной воде.

И неизменный зловещий свист пуль, леденящие душу разрывы снарядов, тревожный сон в душном укрытии на какой-либо подстилке, протухшая или холодная как лёд смешанная с грязью пища. И вечный незабываемый страх смерти. Она угрожала солдатам каждую секунду.

Ни к чему торжественные речи военачальников, похоронный марш, печальные звуки духовых инструментов. Не надо слёз.

Вы почили, а мы остались жить. И принимаем ваш щедрый дар, отдаем честь этим печальным братским захоронениям, этим одиноким холмикам, этим безвестным могилам павших за свою землю и уходим доживать свой век — кто как сумеет. Ваш удел — тишина, одиночество и холодные сумерки над опустевшей безмолвной землёй.

Мёртвым проще. Теперь они частица земли, а землю невозможно обратить в рабство – она переживёт всякого рода тиранов. Мы и наши дети должны были умереть на фронтах, только потому что этого хотели Гитлер, Сталин и прочие тираны.

Коммунистическая пропаганда и её любовь к красивым словам о жертвенности пришлась кстати, чтобы подхлестнуть уставший от войны народ и вызвать в нем фанатизм. Жертвой её стали 20 миллионов солдат. А нас, тех, кто остался жив, превратят в идолов, будут восхвалять, вещать о воинской доблести — мы должны будем служить наглядным примером и стимулом для молодежи. Молодые новобранцы, пришедшие в армии со школьной скамьи, будут подражать нам в нашем безумии и слепо верить.

Мы победили фашизм. Что же солдат получил за эту победу? И что получили полководцы и командиры? Агитационная машина подняла шум вокруг доблести и геройства русского солдата, он вернулся домой с увешанной орденами грудью, правда, с пустым вещевым мешком. Вся эта шумиха по поводу героев, все парады Победы ни к чему. Под звуки замирающих духовых оркестров комиссары говорили солдатам: доедайте тушенку, допивайте водку и не путайтесь у нас под ногами, мы по горло заняты в этом послевоенном мире, где главное — извлекать выгоду из победы.

А герои шли по домам, чтобы увидеть, что их мир, ради сохранения которого они столько терпели и так рисковали жизнью, в их отсутствие был до неузнаваемости изменён теми, кто отсиживаться на ответственных постах как незаменимые. Теперь от солдата требовалось только одно: работать, не останавливаясь, а потом в конце года выбивать себе недополученные граммы зерна — жалкой нищенской доли в этом урожае. Больно до слез!

А самое главное в рассказах этих солдат — это уверенность, что на сотни лет будет мир на земле и не будет войны. Но сегодня руководители потрясают смертельным ядерным оружием, как дети играют в городки. Люди, появившиеся после отечественной войны, с наивным убеждением принимают шар земной за шахматную доску для состязания и сведения счетов! Опомнитесь, люди!

Страх — вот основа основ современной жизни. Страх перед технологиями, которые повышают наш жизненный уровень, но увеличивают вероятность нашей насильственной смерти. Страх перед наукой, которая одной рукой уничтожает гораздо больше, чем дает другой. Страх перед великими вождями, которых мы вознесли и которым дали власть, дабы они использовали её, чтобы убивать и порабощать нас. Страх перед войной, которую мы не хотим и при этом делаем всё возможное, чтобы она произошла».

Эти слова были написаны в мае 1967 года. Их автора уже нет в живых и, наверное, даже хорошо, что он сегодня не увидит, во что наследники превратили ту самую память.