22 июля 2019, понедельник, 5:14
Мы в одной лодке
Рубрики

Путин прячет «Единую Россию»

2
Фото: Reuters

Кандидаты Кремля объявлены «независимыми».

8 сентября пройдут выборы глав 16 регионов, в том числе губернатора Санкт-Петербурга. В тот же день пройдут выборы Заксобраний 15 субъектов Федерации, включая и Москву, сообщает "Радио Свобода".

Кандидаты "партии Путина" объявлены "независимыми". Никто из действующих депутатов Мосгордумы не выдвинулся от партии "Единая Россия". Видимо, нет желания отвечать за повышение пенсионного возраста и падение уровня жизни. Так же поступили и многие губернаторы, ставшие самовыдвиженцами.

Алексей Навальный пишет: Все социологические службы показывают, что рейтинги "Единой России" находятся на рекордно низком уровне. С рейтингами Путина происходит то же самое. Резкая и довольно агрессивная (с готовностью выходить на несогласованные митинги) мобилизация общества по вопросам политической повестки – "дело Голунова", последний и лучший пример, – показывает, что власти никто не верит и не ждёт от неё разумных компромиссов.

И у нас с вами простая задача – конвертировать эти предпосылки в практический результат – снижение количества депутатов от "Единой России" во всех выборных органах. Собственно, сама партия власти уже заявила, что от прямой конкуренции отказывается. Официально "ЕР" не выдвигает кандидатов в Москве. Подумайте: даже бессменный и многолетний лидер "Единой России" в столице Андрей Метельский идёт на выборы как "самовыдвиженец".

Мы видели, что и раньше кандидаты партии власти стесняются бренда "Единая Россия", но сейчас это реально сенсационный и политически недооцененный факт. Партия Владимира Путина, поддерживающая все его инициативы, не участвует в выборах в главном городе страны.

Что же сегодня обещают гражданам представители власти? Что делают КПРФ, ЛДПР и "Единая Россия"? С какой программой идет оппозиция?

Предвыборную борьбу обсуждают политолог, доцент НИУ ВШЭ Александр Кынев, социолог Денис Волков, кандидаты в депутаты Мосгордумы: оппозиционный политик Юлия Галямина и футболист Дмитрий Булыкин.

Ведет передачу Михаил Соколов.

Михаил Соколов: Кандидаты партии Путина в Москве выдвинуты все как независимые. Власти мешают сбору подписей за реально независимых кандидатов. Ни один из единороссов, депутатов Мосгордумы не пошел на выборы от своей партии. Ваша версия, чего боятся члены "партии власти", которая непонятно уже – "партия власти" или какая-то уходящая натура?

Александр Кынев: Не только в Москве, на выборах губернаторов во многих регионах экстренно поменяли законодательство, действующие главы идут тоже как независимые кандидаты, на Сахалине, в Астраханской области. Господин Бабушкин, которого только что назначили, пойдет на выборы как независимый кандидат.

Михаил Соколов: Есть какая-то статистика?

Александр Кынев: У нас 16 регионов, еще в двух – это Кабардино-Балкария и Крым – глав должны избирать депутаты региональных парламентов. Полной статистики пока нет, потому что выдвижение еще идет. До этого года самовыдвижение было вообще редкостью, оно было только в Москве, в Кировской области, в Тульской области и теоретически в Кузбассе, но им не пользовались. В прошлом году его ввели в экстренном порядке после провала выборов в сентябре в Приморском крае, Кожемяко шел как независимый кандидат.

Сейчас в массовом порядке губернаторы идут на выборы как условно независимые кандидаты. Я думаю, что причины предельно прозрачны – не хотят ассоциироваться с брендом "Единой России", чтобы не отвечать на неудобные вопросы про пенсионную реформу, про налоги, про мусорную реформу, про массу других вещей. Потому что сразу возникнет вопрос: а что вы думаете об этом, об этом, это же ваша партия? Они будут говорить: нет, я иду сам по себе, мы за все хорошее, за будущее, за развитие, за новые горизонты, а все плохое к нам не имеет никакого отношения. При этом, что интересно, так поступают в том числе депутаты, которые сейчас являются членами "Единой России" и членами фракции "Единая Россия" в Московской городской думе.

Это довольно прозрачная технология. На кого-то, может быть, она эффект окажет. Но я думаю, здесь многое будет зависеть и от оппонентов, которые будут напоминать или не будут напоминать. Пока ситуация в чем-то напоминает прошлый год. Если мы посмотрим ситуацию по регионам, тогда во многих случаях имело место игра в поддавки, когда даже там, где у оппозиции были серьезные шансы, она уже на этапе выдвижения по сути не выдвигала значимых серьезных кандидатов.

Если брать прошлый год, то КПРФ вообще не выдвигала кандидатов в Алтайском крае, в Красноярском крае, в Омской области, в Новосибирской области – это регионы, которые всегда хорошо голосуют за КПРФ, кандидатов партии не было вообще. ЛДПР не выдвигала депутатов в Амурской, хотя Амурская область стабильно голосует за ЛДПР очень хорошо.

В этом году ситуация очень похожая. "Справедливая Россия", если взять список регионов, которые в этом году, то там есть несколько регионов, где реально очень сильные депутаты Госдумы, которые шли от "Справедливой России". Челябинская область – Валерий Гартунг. Гартунг заявляет, что он не будет баллотироваться. Вместо Гартунга они выдвигают никому не известного его помощника. Астраханская область – Олег Шеин, человек, который стабильно получает очень высокие проценты, который выигрывал одномандатный округ в Астраханской области в Госдуму, человек с федеральной известностью. Сейчас там тоже непонятная ситуация, вроде бы региональная конференция прошла, федеральное руководство партии не согласует его выдвижение, время на сбор подписей уходит и уходит.

ЛДПР на этих выборах, самые сильные шансы у ЛДПР в Оренбурге. Там депутат Госдумы Сергей Катасонов, его на прошлых выборах просто не пустили, был грандиозный скандал. Там изобразили видимость якобы наличия уголовных дел, потом выяснилось, что ничего нет, но уже поезд ушел. Сейчас Катасонов тоже вдруг не выдвигается. То есть ситуация очень сильно напоминает прошлый год, системная оппозиция выдвигает либо слабых кандидатов, либо не выдвигает вообще никого.

Такую же ситуацию мы видим по Москве по одномандатным округам, где список кандидатов мог бы быть намного сильнее. Мы видим совершенно очевидные элементы договорняка. Хочу напомнить, что в прошлом году все эти договорняки, тем не менее, власти помогли очень плохо, в результате во многих случаях победили кандидаты, которых до этого никто не знал. Все новые губернаторы прошлого года, их никто не знал. Масса депутатов, которые избрались в региональные парламенты, в городские советы, до выборов были малоизвестны.

Я думаю, эффект в этом году может быть похожий. Если есть политизация, если есть недовольство кандидатом от власти, убираешь с выборов известного врага, а получаешь новое неизвестное зло. Грубо говоря, власть мочит тех, кого она заранее знает как серьезных врагов. Получается, одни дерево трясут, власть их дисквалифицирует, в результате плоды падают совсем в другие руки тех, кто просто проходил рядом. В этом есть некая ирония судьбы.

Кстати, я думаю, кампания Алексея Навального "Умное голосование" тоже тот самый случай, когда Алексей Анатольевич трясет это дерево с тем, чтобы власти помешать, но ему самому тоже не дают эти плоды сорвать, а плоды падают тем, кто проходит мимо в это время.

Михаил Соколов: Денис, я хотел бы спросить о сегодняшнем рейтинге "Единой России", которая прячется от избирателей в таком экзотическом виде независимых или самовыдвиженцев. Рейтинг партии каков сейчас?

Денис Волков: Рейтинг "Единой России" на уровне 30%, чуть больше, чуть меньше. В крупных городах он 25%. То есть это уже не 50%, как было сразу же после Крыма, когда все проблемы были сняты, можно было ничего не делать, забыли про "Общероссийский народный фронт", шли на выборы просто как "Единая Россия". Сейчас крымский эффект закончился, соответственно, мы видим различные ухищрения, чтобы партии пока ничего не делать, заодно провести нужных кандидатов, снять какое-то напряжение, связанное с "Единой Россией", в индивидуальном порядке баллотироваться.

Но в целом мы видим, что рейтинги упали, но они все равно пока что больше, чем у любой другой партии. На отдельных выборах решили, видимо, подстраховаться.

Михаил Соколов: Кому уходят голоса, как с этой парламентской оппозицией так называемой, КПРФ, "Справедливая Россия", ЛДПР, какова расстановка сил?

Денис Волков: Там пока не очень какие-то большие подвижки, скорее это уходит в тех, кто затрудняется или не определился с выбором. Мы видим в принципе, что если там рост есть, то 1–2%. Это касается и электоральных рейтингов, и доверия различным политикам. Скорее образуется такая категория затруднившихся, которые будут определять во время дня выборов. Частично, наверное, они все равно отойдут партии большинства, но это уже не та безоговорочная или уверенная поддержка. Поскольку у нас, как мы знаем, кампании практически не ведутся или ведутся только официальными кандидатами, мы видим, что даже Коммунистическая партия последние выборы не сильно агитировала за кого-то, и ЛДПР не сильно агитировала. То есть это такая ситуация, когда если агитация будет вестись, то, конечно, будут избирать партии официальной оппозиции, которые будут допущены. Но опять же мы знаем, что и они в этой ситуации с оглядкой, видимо, на Кремль, боятся как-то слишком активно себя вести.

Михаил Соколов: Можно ли вычислить влияние Алексея Навального, который ведет свою партию от имени непарламентской оппозиции, в крупных городах он и его сторонники активны? Вы его видите?

Денис Волков: Мы видим его, да. Но это всего лишь несколько процентов, если мы говорим о тех, кому люди доверяют как политикам, буквально 3–4%. Но это все равно Навального помещает в десятку федеральных политиков, которым люди доверяют, но разрыв между Путиным, условно, и Навальным все равно в порядок. Дело в том, что он все-таки привлекает прежде всего молодых людей, а молодые люди в большинстве своем не интересуются политикой. Он не допущен к выборам, это в том числе не дает ему развиваться, он не всеми воспринимается как политик, которого можно избирать.

Все-таки выборы мэра Москвы были давно. Мы видели, что очень важно для политика участие в такой избирательной кампании. Если он участвует, допущен, может агитировать, тогда в принципе можно изменить и достаточно быстро набрать значимые проценты. А в отсутствии агитации, в отсутствии, когда тебя не просто к телевизору не подпускают, а когда тебе не дают официально нигде участвовать, можно вести только через социальные сети – это все-таки серьезно ограничивает потенциал.

Михаил Соколов: Владимир Путин где сейчас? Вы сказали: Путин – Навальный. Путин 70%, а Навальный 3% или Путин уже 30%, а Навальный 3%.

Денис Волков: 70% – это в закрытом, что называется, опросе. Если мы открытый используем, где мы можем замерить сразу всех политиков, где-то чуть больше 30%, может быть 35%, если мы говорим о доверии. Если об одобрении деятельности, которые раньше 86% были пресловутые, сейчас это на уровне 66–64%. Снижение самое большое было сразу после объявления планов пенсионной реформы, 15% вниз, до этого было около 80%, он держался на этом уровне долго. Потом чуть-чуть еще небольшая коррекция была, в начале года мы даже видели небольшое повышение. Минимум был 64%, если я не ошибаюсь, сегодня 66%. Электоральные рейтинги тоже снизились, чуть-чуть ниже 2012 года сейчас, когда он переизбирался.

Михаил Соколов: Юлия, от чего прячутся единороссы? Вы с народом сейчас общаетесь на улицах, на сборе подписей, какая реакция на слова "Единая Россия", если бы человек подходил и говорит: я кандидат "Единой России", подпишитесь за меня?

Юлия Галямина: Я не могу сказать, я так никогда не говорила. Я вообще стараюсь не произносить всуе имена конкурентов, поэтому не могу сказать, какая реакция у людей на "Единую Россию". Скорее всего, негативная. В мэрии очень хорошие политтехнологи, они умеют проводить фокус-группы, социологические опросы, они понимают, что если бы они шли от "Единой России", они бы просто проиграли. Поэтому ситуация сейчас очень странная, они разбавляют каждый округ несколькими провластными кандидатами. Зачем они это делают, я понять не могу, мы это поймем только после того, как пройдет регистрация, возможно, кого-то снимут, возможно, поменяется стратегия.

В любом случае очевидно, что мы навязали некоторую повестку, вернее, навязали некие правила игры, которые раньше никто из провластных кандидатов не использовал. Они тоже пытаются ходить по встречам, пытаются помогать людям по-настоящему, пытаются по-настоящему проводить пикеты, а не только изображать это, что не может не радовать, потому что это и есть наша цель – это политическая конкуренция реальная. Единственная проблема, что если нас не допустят до выборов, то все это будет уже не так радужно. Эта экзекуция под названием "сбор подписей", она про все что угодно, только не про поддержку людей. Люди поддерживают, но надо правильно вписать галочки, палочки, запятые, точки в формуляры, если это сделано неправильно, то эту подпись могут не принять.

Александр Кынев: Если взять статистику в Госдуму 2016 года, по всей России в одномандатных округах по подписям смогли зарегистрироваться всего 19 кандидатов, только четыре набрали голосов столько, сколько они собрали подписей, за остальных даже проголосовало меньше, чем было подписей. Это говорит о том, что подписи сегодня не имеют никакого отношения вообще ни к чему – это просто чистая манипуляция, это фильтр отсекать тех, кто не нужен.

Михаил Соколов: В центре внимания в последнее время была история 43-го округа, где появилась Анна Федермессер, а теперь ее после шумных дебатов в интернете неожиданно заменили. Вышли на замену футболист Дмитрий Булыкин и деятель кино Соколов. Я бы обратил внимание на Булыкина, который в отличие от многих, кто близок к власти, даже согласился дать нам короткое интервью.

Артур Давлетшин: Дмитрий Олегович, первый вопрос: зачем вам это нужно?

Дмитрий Булыкин: Решил попробовать себя в новом качестве, в принципе решил выдвинуться, попробовать себя в Мосгордуме. Для начала попробовать собрать 6 тысяч подписей для того, чтобы меня зарегистрировали.

Артур Давлетшин: Сейчас на этих выборах в Мосгордуму все кандидаты, которые раньше представляли интересы "Единой России", идут самовыдвиженцами. Вы тоже идете как самовыдвиженец. Не представляете ли вы интересы "Единой России" на этих выборах?

Дмитрий Булыкин: Нет, я не представляю. Они меня никак не поддерживают. Я думаю, есть кандидаты, на которых вы можете посмотреть, но я сто процентов сам выдвигаюсь, самовыдвиженец, сто процентов ни от кого не завишу, никто меня не выдвигал.

Артур Давлетшин: Вы за власть или за оппозицию?

Дмитрий Булыкин: Где-то за власть, где-то за оппозицию и за правильный диалог между властью и оппозицией. Все-таки это должно конструктивно решаться, а не перерастать все в агрессию.

Артур Давлетшин: Вы выдвигаетесь в том же округе, что и Нюта Федермессер. Вы ее сменщик?

Дмитрий Булыкин: Я ее не знаю лично, поэтому точно не сменщик. Я живу в этом округе уже больше 10 лет, работаю на стадионе "Красная Пресня", развиваю там спорт. Поэтому это мои районы, я знаю здесь очень много друзей, которые живут рядом со мной по соседству. Конечно, слышу жалобы людей, хочется всем помогать, чем и буду заниматься, если у меня все получится.

Артур Давлетшин: Кто вас финансирует?

Дмитрий Булыкин: Я себя сам финансирую, средства есть, которые сумел заработать за свою шикарную карьеру футболиста. Поэтому пока все хватает.

Артур Давлетшин: Что вы будете делать в случае, если вы изберетесь?

Дмитрий Булыкин: Если я изберусь, я, наверное, буду слушать жителей тех районов, от которых я избрался, которые меня поддержали, буду всевозможно помогать им во всех вопросах. Я считаю, что народ избирает человека, в которого он верит, который может им помогать, который может пробить этот бюрократический фильтр, которого иногда не хватает, чтобы жителей услышала власть. Дальше посмотрим, может быть, еще какие-то будут задачи, но это уже, опять же, если все получится. Я не люблю так далеко заглядывать. Пока первоначально мне нужно собрать подписи, потом уже буду думать дальше, что делать.