24 февраля 2020, понедельник, 11:33
Осталось совсем немного
Рубрики

Как белорус пытался разбогатеть на отечественной криптобирже

9
Как белорус пытался разбогатеть на отечественной криптобирже
Управляющий директор Finstore Дмитрий Шедко

И в итоге заработал $1.

Отчаянно хотелось разбогатеть, ворочать миллионами (лучше даже миллиардами), и желательно не рублей, заиметь собственный луна-парк с блек-джеком и шлюпками. Мечталось о белорусском аналоге Nasdaq, представлял себя то «быком», то «медведем», который мастерски играет на мировом курсе акций белорусских заводов-монстров… Журналист Onliner зарегистрировался на белорусской криптобирже и заработал доллар. Но есть нюансы.

Финансовым воротилой стать непросто. Во-первых, нужен капитал хотя бы около $100. Во-вторых, не забудьте воз смелости и тележку терпения. Вооружившись всем этим, я отправился на широко разрекламированную в байнете отечественную криптобиржу Finstore. Что из этого вышло, читайте дальше.

Что такое Finstore

Onliner уже подробно писал об этой платформе. Если кратко, то перед нами детище «Банка БелВЭБ». На криптобирже ходит собственная «валюта» — токены Stable Coin. А уже за эти токены можно покупать цифровые знаки (синоним токенов) белорусских гигантов. На момент, когда всем этим занялся я, на бирже был только «Белвест», потом добавились еще МАЗ и «Чистый берег».

Компании, в свою очередь, за покупку своих токенов обещают вам процент. В целом это от 5 до 9 процентов в год. Мало? Не много, но посмотрите на условия по валютным вкладам в белорусских банках — там все совсем печально.

Дело за малым: необходимо зарегистрироваться на бирже, завести себе виртуальный кошелек — и все, можно трейдить, покупать, выводить, тратить. Сладкая рутина капиталиста!

Путь к миллиардам. Начало

Итак, решено: путь финансового гения начинаю на белорусской землице с модных токенов обувной фабрики! Под обманным предлогом (мол, в целях эксперимента, но на самом-то деле богатства ради) выманил у главного редактора бюджет в размере эквивалента 5000 российских рублей. Скоро я буду купаться в деньгах, как Скрудж!

Но не сразу. На полную и неспешную регистрацию в системе у меня ушло шесть дней. Нет, зарегистрироваться на самой площадке — здесь проблем не возникло. Внутренний миллионер во мне требовал не обращать внимания на инструкции и действовать стремительно. Дело в том, что, зарегистрировавшись в системе, вы уже вроде как можете (на самом деле нет) зарабатывать миллиарды. Видны предложения, даже кнопка «Хочу купить» есть. Однако клик на нее приводит к появлению непонятной для простого смертного ошибки.

Благо на Finstore есть чат с помощником Борисом. Он-то и объяснил дураку, что без виртуального кошелька делать здесь нечего. Перед тем как открыть кошелек, нужно пройти тест, почти экзамен, где вас проверят на знание основ инвестирования. Вопросов шесть. Не так много, но я, позор на мои седины, правильно ответил только раза с десятого. Главное — не забывать, что покупка токена — дело рискованное, а сами цифровые знаки не являются средством платежа и не обеспечиваются государством.

Сфоткать паспорт, свое помятое лицо, помятое лицо с паспортом — все это отослать на проверку. И вот наконец-то можно богатеть! Сломя голову бегу к компьютеру, трясущимися (от волнения) руками беру банковскую карту. Хочу скорее купить Stable Coin, а там и «белвестовский» токен.

Да что ж такое! «Транзакция отклонена банком или торговым агентом». Еще полдня попыток выяснить, что же или кто не пускает меня к миллионам, приводит к неожиданному результату. Оказывается, «стабильную монету» нельзя купить по карточке Mastercard, нужна Visa. Справедливости ради, отмечу: среди размещенных на площадке документов этот нюанс упоминается. Да и на биржах покрупнее встречается куда больше неприятностей. Тот случай, когда сломя голову в дело лучше не бросаться, надо заранее все прочитать, изучить.

Но вот все позади. Я начинающий, но амбициозный инвестор с пылающим взором и пачкой Stable Coin — целых 5000, эквивалентных 5000 российских рублей. Именно столько нужно, чтобы купить один самый дешевый токен «Белвеста». Наконец-то он у меня в виртуальном кармане. Аккурат к 7 ноября. Обвел дату красным фломастером, чтобы было проще отслеживать путь миллиардера.

На работе сказал, чтобы меня не ждали: у меня как инвестора и воротилы появились дела поважнее. Нужно только ничего не делать и ждать.

Вот вам доллар, не волнуйтесь

Для продажи на Finstore выставлено 50 тыс. токенов «Белвеста» в евро и 13 тыс. в российских рублях. Значит, всего через платформу обувное предприятие намерено привлечь в общей сложности около $6,5 млн.

Взамен за каждый токен в рублях обещают 9% годовых, а в евро — 5,15%. В моем случае имеем один «российский» токен с ежеквартальной выплатой дохода. Первые шальные деньги мне пообещали начислить 1 января 2020 года. И потом начислять каждые три месяца до ноября 2022-го.

Почти два месяца прошли в тягостном и крайне томительном ожидании. Ни тебе Нового года, ни оливье, даже икра в горло не лезет — скорей бы 1 января и потяжелевший от прибыли задний карман. Очередной «непростой год», праздничная мишура, смех и веселье, все проходит где-то в стороне, будто в полудреме — и вот оно, 1 января: первая прибыль, по-настоящему новая жизнь с нового года…

Сердце екнуло: Finstore не работал ни 1-го, ни 2 января. Пустая страница обещала скоро вернуться, но… Как так — серьезный проект, биржа, все дела? Выходные, как у всех, закончились только 3-го. Наверное, на работу пришел бухгалтер и таки насчитал положенное, а сисадмин вернул сайт в строй. Вот они — 69 нефтяных российских рублей и 4 российских же копейки. Машину, что ли, наконец обновить? Или шубу жене купить?

Снова трясутся руки (опять от волнения). В личном кабинете пробую перевести барыши на свою зарплатную карту. Окей? Да! Нажимаю кнопки, ввожу подтверждающий код из SMS, снова жму. И вижу, как моментально мне приходит SMS с сообщением о зачислении. Сумма в сотни раз превышает тот доллар с небольшим, на который я рассчитывал.

Вот это финансовый гений! Вот это хватка! Головокружение от успехов, желание вложить все в «Белвест», приблизившаяся на расстояние вытянутой руки мечта о луна-парке с блек-джеком и всем остальным. Призыв «Все в Finstore!» при таком раскладе выглядел логично и филантропно. Если бы не одно «но». То пришли не дивиденды, а зарплата. Чистое совпадение. Секунда в секунду.

А страница с переводом 69 российских рублей зависла и висела все это время. Через несколько минут на почту пришло письмо о выполненной транзакции. Подождав еще полчаса, закрыл подвисшую страницу. Проверил: из виртуального кошелька 69 российских рублей пропали. Вот только на карту так ничего и не пришло.

Впрочем, гневно потрясать кулаками и смотреть в небо влажными от обиды глазами было рано. Деньги все-таки пришли. Пусть через три часа, но пришли, по дороге конвертировавшиеся в полновесные 2,26 белорусского рубля. Начало положено!

Не без шероховатостей, но по крайней мере в краткосрочной перспективе платформа Finstore вроде бы доказала свою состоятельность. Деньги отдал, прибыль получил. Но все-таки по ходу всех этих финансовых приключений возникло несколько сомнений, которые не позволяют однозначно рекомендовать криптобиржу в качестве надежного источника доходов.

Криптовалюта, но не совсем

Что вообще за Stable Coin? Если это криптовалюта, то почему она нигде, кроме Finstore, не торгуется и никогда не меняет курс? А как же полная свобода и независимость, которые в качестве достоинств ставят в заслугу криптовалюте?

Концепция Stable Coin давно известна и предполагает создание токена, стоимость которого, в отличие от того же биткоина и прочих других известных криптовалют, намертво привязана с стабильному фиатному инструменту. Это может быть доллар или рубль, золото или платина, а также другие блокчейн-активы и протоколы токеномики. Смысл в том, что, в отличие от «классической» крипты, «стейблкоины» не подвержены значительным колебаниям курса и зависят только от курса той валюты (или другого актива), к которой они привязаны.

Считается, что Stable Coin, обеспеченные «живыми» деньгами, наименее безопасные и надежные. Юридически обладатели таких токенов мало защищены. Если выпустившая их компания разорится, то деньги можно будет вернуть только через суд, причем владельцы токенов будут в 4-й очереди кредиторов. То есть, скорее всего, просто-напросто никогда не увидят своих денег.

Кто представлен на Finstore

А вопрос с банкротством не такой уж невероятный, как можно было бы надеяться. Мы верим в сильное и процветающее будущее белорусских предприятий, но их настоящее нельзя назвать безоблачным.

Так, у СООО «Белвест» за первое полугодие 2019 года чистая прибыль упала почти в семь раз — с 7 млн рублей до 1,1 млн. Еще более настораживающее обстоятельство: по состоянию на 30 сентября 2019 года на обувной фабрике «висит» кредитов на 85 млн рублей, что на 24 млн больше, чем годом ранее. Любопытно, что, судя по новостной сводке, одним из основных кредиторов «Белвеста» является как раз «Банк БелВЭБ» — учреждение, запустившее Finstore. Последний кредит был выдан в сентябре, незадолго до запуска криптоплатформы.

У «Чистого берега», токены которого также размещены на площадке, ситуация получше. Чистая прибыль за три квартала составила около 2 млн рублей, но и кредитов хватает — почти на 19 млн. Причем долги растут.

Последняя отчетность о МАЗе имеется только за 2018 год. Тогда предприятие отчиталось об убытке в 80 млн рублей (вдвое выше, чем годом ранее), а долгосрочных обязательств накопилось аж на 488 млн.

Никто никому ничего не должен

В Finstore не скрывают, что риски при работе с платформой есть. Немалая часть фактически каждого документа, который размещен на сайте биржи, посвящена многочисленным рискам и отказам от ответственности. Есть даже отдельный документ, который так и называется: «Уведомление о рисках».

Там указано, что токены не являются законным платежным средством, не обеспечиваются государством, а их приобретение может привести к полной потере фиатных (настоящих) денег.

Если этого мало, то в правилах оказания услуг добавлено:

«Stable Coin и токены заказчиков ICO могут размещаться и обращаться только на площадке и не имеют экономического смысла за ее пределами».

Ответственности за «а вдруг?» никто не несет. Читаем пункт 43: «Республика Беларусь, ее административно-территориальные единицы, Наблюдательный совет ПВТ, государственное учреждение „Администрация Парка высоких технологий“, иные государственные организации и органы не несут ответственности перед клиентами в отношении и (или) в связи с токенами, созданными и размещаемыми организацией как самостоятельно, так и по заданию заказчика ICO».

А вот организаторы Finstore готовы нести ответственность, но только «за умышленное неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей по договору». В случае чего доказывать умышленность или неумышленность, естественно, придется вам самим.

Ну, и чтобы уж совсем не было никаких вопросов:

«Организация вправе в любое время в одностороннем внесудебном порядке вносить изменения в договор…»

Забавно, что при этом в документе (пункт 49) прописана обязанность клиента «незамедлительно сообщить» об обнаруженном техническом сбое или ошибке. Получается, я не выполнил обязательства перед Finstore. Печаль.

Какие ваши доказательства?

Мы отправили в Finstore несколько вопросов, ответов на которые не нашли.

1. В «белой бумаге» платформы сказано, что на банковских счетах организации постоянно будет находиться сумма денег, «достаточная для своевременного и полного удовлетворения требований всех владельцев Stable Coin». Фактически это необходимость для любого «стейблкоина». Однако есть ли у организаторов платформы какие-то доказательства наличия необходимых резервов в виде фиатных денег?

Комментарий Finstore:

«Данное обязательство предусмотрено правилами оказания услуг, связанных с созданием, размещением и обменом токенов, утвержденными приказом директора ООО „ДФС“».

2. Также нам было интересно, кто обеспечивает этот резерв — сами организаторы Finstore или компании, которые размещают на платформе свои токены? Если первое, то за счет чего пополняется резерв?

Комментарий Finstore:

«Обеспечивают эмитенты токенов».

3. Чем обеспечены токены? Проверяет ли Finstore каким-то образом возможности предприятий по обеспечению своих обязательств?

Комментарий Finstore:

«Гарантией возврата денежных средств является декрет президента Республики Беларусь от 21.12.2017 №8 „О развитии цифровой экономики“, пункт 4.4: „Юридическое лицо, создавшее и разместившее собственный токен через резидента Парка высоких технологий, обязано удовлетворять требования владельца токена, обусловленные при его создании и размещении. Отказ от удовлетворения требований владельца токена со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо на его недействительность не допускается“.

Finstore проводит дополнительные меры контроля заказчика ICO, предусмотренные главой 7 („Порядок взаимодействия ООО «ДФС» с заказчиком ICO“)».

4. В «белой бумаге» среди прочего упоминается риск ликвидности, то есть «вероятность возникновения у общества потерь (убытков), неполучения запланированных доходов вследствие неспособности обеспечить исполнение своих обязательств своевременно и в полном объеме». В этом случае у инвесторов только один путь для возвращения своих денег — обращаться в суд?

Комментарий Finstore:

«При любых обстоятельствах, если инвестор не получил своевременно доход, у него есть право требовать компенсацию. Этот вопрос может быть урегулирован как в судебном, так и в досудебном порядке.

Мы рекомендуем начать с отправки официальной претензии лицу, не выполнившему обязательства. Подробнее прописано в главе 12 („Правила использования инвестиционной онлайн-платформы“)».

5. Наконец, нам реально стало интересно: неужели за клиентом действительно закреплена обязанность сообщать о неполадках на сайте? Как меня могут наказать, если я не сообщил о не работающей 1—2 января платформе?

Комментарий Finstore:

«Согласно пункту 49 приложения 1 Правил создания, размещения и обмена токенов, санкции не предусмотрены».

Вместо выводов

Токены — это не ценная бумага, да и вообще, они ничем и никем не обеспечены. По сути, воздух. Но воздух, который продается и который потенциально способен принести немного дивидендов. А может, и не способен. В сущности, предприятия теперь берут кредит у граждан, а не в банках. А кредиты, как известно, легко могут стать проблемными и даже невозвратными.

Если говорить субъективно, столь низкий процент плохо коррелирует со столь высоким риском. С другой стороны, высокие проценты еще больше заставили бы насторожиться, ведь пока речь идет о, мягко говоря, не самых успешных предприятиях.

P. S. 4 января пришел главный редактор.

— Как инвестиции? Осталось что-нибудь?

— А как же. Вот, пока все 5000 «России» на месте.

— Уже неплохо!