28 ноября 2020, суббота, 11:18
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Каменный и нефтяной век

1
Каменный и нефтяной век
Арье Готсданкер

Тот, кто сможет завладеть умами – завладеет миром.

"Каменный век закончился не потому, что кончились камни. Так и нефтяной век закончится не потому, что кончится нефть" – эту фразу приписывают бывшему министру нефтяной промышленности Саудовской Аравии шейху Ахмеду Заки Ямани. В 2016 году фразу эффектно повторил глава Сбербанка России Герман Греф на Гайдаровском форуме. Первобытный человек научился использовать камень для изготовления инструментов, орудий, чтобы добывать огонь, создавать скульптуры, строить дома. По всей видимости, камень (а точнее, изделия из камня) представлял для древнего человека большую ценность. Каменные артефакты хорошо сохранились и помогают воссоздать образ жизни древнего человека. Что еще имело значение для первобытного человека, выяснить сложнее. Можно сделать предположения, основанные на наблюдениях последних традиционных обществ, обнаруженных во время колонизации Новой Гвинеи, Австралии и Новой Зеландии: достаточно большой ценностью также обладали продукты питания, а также мифы и легенды, передаваемые из поколения в поколение.

Скорее всего, самыми бурными темпами развивались в доисторическую эпоху не технологии, а социальные механизмы. В отличие от каменных орудий труда, сложно найти какие-то доказательства прогресса в развитии социального взаимодействия между людьми. Косвенно мы можем судить об этом по размеру стоянок древнего человека, изображениям сцен охоты, развитию сельского хозяйства и животноводства.

Параллельно с технологическим и социальным развитием продолжала совершенствоваться и мифология. Традиционные культы древнего человека опирались на природные явления и феномены. Сила богов, доказательства их могущества следовали из страха перед непредсказуемыми природными явлениями. Боги Олимпа обладали большим набором символических свойств, их могущество определялась качествами и возможностями, которыми наделил их сам человек. Развитие современных монотеистических религий еще в большей степени опиралось на воображаемые свойства (и, скорее всего, воображаемые знамения), доказывавшие могущество единого Бога. При этом польза религии заключалась в способности объединить усилия больших групп людей, а ее ценность – количеством людей, разделяющих религиозные убеждения. Получается, что человек создал социальный конструкт (попросту говоря, миф), а ценность ему придало то, что этой идеологии (мифу, социальному конструкту) следовало множество людей.

Вслед за каменным веком последовал бронзовый, за ним железный. Развивались технологии, которые человек использовал для совершенствования инструментов и оружия. В какой-то момент ценность изделий смогла "оторваться" от их фактической утилитарной полезности. Человечество научилось использовать серебро и золото в качестве символичной ценности, для облегчения процесса натурального обмена и торговли. Во время испанской колонизации Америки индейцы не могли понять, почему золото для конкистадоров представляет такую ценность. В мире ацтеков золото считалось всего лишь красивым металлом, а для конкистадоров оно было наивысшей ценностью; без привязки к утилитарной функции его символика ограничивалась лишь человеческим воображением. Другими словами, в обществе сложилось убеждение, что несколько граммов золота стоит столько, сколько стоит тонна зерна или участок земли, на котором можно вырастить пшеницу. Ценность золота стала функцией ограниченности разведанных запасов драгоценных металлов и возможностей производства продуктов питания и товаров.

Изобретение бумажных денег, постепенный отказ от золотого обеспечения вынудили искать новую методологию обоснования ценности денег. Новые идеи, предложенные экономистами и математиками, привели к убеждению в том, что ценность денег может быть определена синтетическими показателями, такими как ВВП или объем денежной массы. Можно долго дискутировать о надежности данных показателей, но проблема в том, что их нельзя привести к какому-то выражению полезности. Развитие технологий привело к тому, что человечество все в большей степени стало нуждаться в источниках энергии. Если в Средние века в качестве меры универсальной ценности можно было взять тонну зерна или риса, то сейчас это место заняли баррель нефти и кубометр природного газа. Углеводороды стали в заметной степени определять ценность денег. Существенное развитие экономика получила с развитием механизмов кредитования. У предпринимателя, уверенного в успехе своего мероприятия, появилась возможность получить финансирование сейчас с обязательством выплатить большую сумму в будущем. Фактически можно стало занять деньги у своего успешного будущего.

С развитием экономических механизмов и механизмов кредитования общество все больше стало интересоваться не текущим положением дел, а прогнозируемым будущим. Пока предприниматель и кредитор разделяют убеждения в том, что в будущем будет только рост, то дела идут хорошо. Как только появляются сомнения – возникают проблемы, даже если сейчас дела обстоят прекрасно. Общество стало уделять все больше внимания не фактическим данным, а воображаемому будущему, стало искать убедительную информацию, которая позволит сделать прогноз. Ценность денег сегодня определяется не доступностью и полезностью ограниченного ресурса (например, нефти), а информацией о возможной потребности в этом виде топлива в будущем и о прогнозах добычи. Мировая экономика сейчас построена на крепости убеждений. Слово "религия" произошло от латинского religare, "связывать", "соединять", и вполне могло бы подойти в качестве характеристики современной экономической концепции. Как и в случае с религией, человек, сформировав абстрактную систему ценностей и убеждений, получил ощутимую пользу от того, что много людей в эту концепцию уверовали.

Нефтяной век закончился не потому, что человечество нашло альтернативные источники энергии, а потому, что мир стал опираться не на природные явления, а на синтетические, воображаемые концепции. Сейчас с уверенность можно назвать наш век информационным, ценность чего-либо определяется не условной пользой, а общими убеждениями о будущем. Если информация о новом вирусе и воображаемые (предполагаемые, прогнозируемые, если так удобнее) последствия будут массово расценены как "черный лебедь", обрушится вся мировая экономика. Будущее во многом определяется тем, как нами, наблюдателями, будет воспринята поступающая информация. Если большинство участников рынка сойдутся во мнении, что та или информация – знамение счастливого будущего, это во многом и определит развитие событий. Тот, кто сможет завладеть умами, – завладеем и миром. Контроль над территориями, торговыми путями, ставками рефинансирования все в большей степени нужен преимущественно для убеждения – это знамения, которые позволяют влиять на распространение убеждений.

Арье Готсданкер, «Радио Cвобода»