15 июня 2021, вторник, 1:13
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

«Младший сын подходил к кровати и спрашивал, где мама»

10
«Младший сын подходил к кровати и спрашивал, где мама»

Один из крупнейших женских журналов Польши рассказал историю активистки «Европейской Беларуси» Полины Шарендо-Панасюк.

Один из крупнейших польских женских журналов «Wysokie obcasy» (приложение к «Gazecie Wyborczej» — прим.) написал об активистке гражданской кампании «Европейская Беларусь» из Бреста Полине Шарендо-Панасюк. Сайт Charter97.org публикует перевод статьи с польского языка.

Более полусотни белорусок находятся сейчас в тюрьмах по политическим мотивам. Однако не все из них были признаны политзаключенными. Этот статус не получила также активистка «Европейской Беларуси» Полина Шарендо-Панасюк.

— Я всегда знал, что Полину не получится так легко сломать. Она настоящий боец, — говорит о своей жене брестский активист «Европейской Беларуси» Андрей Шарендо.

Полину Шарендо-Панасюк, мать двух несовершеннолетних мальчиков, задержали 3 января. С этого времени ни дети, ни муж, ее не видели. В тюрьме Полину уже несколько месяцев пытают. Однако в своих очень редких письмах активистка дает понять, что несмотря ни на что, она не собирается сдаваться. Полина благодарит за моральную и духовную поддержку всех переживающих за нее.

Брестская Жанна Д'арк

В Беларуси Полина Шарендо-Панасюк известна как брестская Жанна Д'арк. Вместе с мужем Андреем она участвовала в общественной и политической жизни страны. Очень давно семейная пара протестует против диктаторского режима. Из-за этого активисты непрерывно преследуются властями. Полину и Андрея многократно задерживали, против них возбуждали административные и уголовные дела.

В 2019 году Полина объявила участие в парламентской кампании. Однако вскоре ее лишили регистрации из-за смелого выступления на телевидении. В нем активистка обвинила Лукашенко в экономических и политических проблемах в стране, а также смело назвала его диктатором.

В 2020 году репрессии против семьи Шарендо значительно усилились. Андрей с начала избирательной кампании провел в тюрьме более 70 суток, а Полина все еще находится за решеткой.

— 29 декабря, когда я вышел с младшим сыном на прогулку, ко мне подбежали два милиционера. Не показав своих документов, они заставили меня ехать с ними. Разрешили только позвонить жене по домофону, чтобы она забрала младшего сына, — рассказывал Андрей о том моменте, когда в последний раз видел Полину.

После задержания Андрей несколько дней находился в изоляторе. Пока он находился в тюрьме, против Полины было возбуждено административное дело, а уже 3 января в квартире активистов был проведен обыск. Андрей считает, что это была заранее спланированная провокация.

— Когда милиционеры начали стучать в дверь, Полина была дома с младшим сыном. Ради безопасности она не хотела открывать незнакомым мужчинам. Однако через три минуты приехали сотрудники ОМОНа и начали ломать двери, хотя у них на это не было полномочий. Сейчас в нашей стране творится беззаконие, поэтому силовики могут делать все, что захотят, — говорил Андрей в интервью «Радыё Свабода».

Полина Шарендо-Панасюк старалась не впускать силовиков в коридор. Она требовала, чтобы они сняли маски. Милиционеры пытались оттолкнуть ее, но в итоге Полину обвинили в насилии. После инцидента ей были предъявлены обвинения в «применении насилия или угрозе применения насилия в отношении сотрудника милиции». После этого активистка попала под арест.

23 февраля Полину Шарендо-Панасюк отправили из Брестской тюрьмы в психиатрическую больницу в Минске, якобы на медицинское обследование. Андрей утверждает, что причиной стало то, что Полина не сотрудничает со следователями. Активист считает, что подобные действия против его жены — это пытки и месть со стороны режима.

Несмотря на то, что дорога из Бреста в Минск обычно занимает максимум сутки, Полину везли в столицу девять дней! Это также повлияло на физическое и эмоциональное состояние активистки.

Корреспонденция с Полиной крайне затруднительна Андрей получает информацию о жене только от адвоката, но после подписания договора о неразглашении информации тот не может рассказать всего.

И все же одно важное письмо от Полины попало на свободу. Во время пребывания в брестской тюрьме активистке удалось передать письменное обращение, в котором она рассказала о пытках. Она написала, что заключенные вынуждены оставаться в сидячем положении в течение 16 часов (с 6 до 22). За попытку сесть им грозит карцер. Она также добавила, что даже у здоровых людей в течение нескольких дней возникают проблемы с желудком, боли в спине и проблемы с давлением. Медицинская помощь практически недоступна. По словам Полины, еда заключенных почти на 100 процентов состоит из углеводов, что негативно сказывается на здоровье.

Хотя письмо Полины Шарендо-Панасюк было датировано 24 февраля, Андрей получил его только в конце марта. В это время активистка уже находилась в карцере минской тюрьмы на Володарского, где она встретила свой день рождения и День Воли.

Сам Андрей так прокомментировал письмо от жены:

— От своего имени она передала коллективное обращение всем заключенным. Это очень серьезный шаг. И можно ожидать определенных последствий. Очевидно, что психологическое и физическое давление утроится. Система обязательно отомстит.

И это произошло. Полину снова привезли в Брест и дважды поместили в карцер.

— Карцер — это такой подвал, холодный и без света. Сейчас, когда отопление выключено, там очень холодно, — подчеркивает муж Полины.

Андрей также узнал, что его жена уже больше месяца не получает своих лекарств и витаминов.

— Он пишет заявления с просьбой, а медицинский пункт просто отказывается, утверждая, что «нет необходимости в этих лекарствах». Как муж могу сказать, что Полину пытают. Сейчас существует реальная угроза не только ее здоровью, но и жизни.

4 мая Полине предъявили обвинения. Против нее одновременно возбуждены три уголовных дела: «за оскорбление Лукашенко», «за оскорбление государственного служащего» и «за угрозу применения насилия в отношении сотрудника милиции».

Несломленная

Полина Шарендо-Панасюк пока не признана политзаключенной. Чтобы получить этот статус, правозащитники нуждаются в официальных обвинительных актах. Полина отказывается давать показания, что усложняет процесс их получения.

— Документы мы получим только после окончательного приговора, а поскольку Полина не сотрудничает со следователями, можно ждать бумаг месяцами, — подчеркивает Андрей.

Ранее, 17 апреля, в их квартире снова был проведен обыск. Милиционеры конфисковали технику — мобильные телефоны Андрея и его 5-летнего сына Станислава, а также компьютер 11-летнего сына Славомира. 29 апреля против Андрея было возбуждено уголовное дело за «публичное оскорбление Лукашенко».

Сегодня знакомые Андрея все чаще советуют ему уехать с детьми за границу. На что Андрей категорически отвечает: «жену не брошу». Сыновья тоже очень скучают по маме.

— Самой трудной была первая неделя разлуки. Тогда младший сын подходил к кровати и спрашивал, где мама, — рассказывает Андрей. — Сегодня знают, что она в тюрьме, что ее схватили «дядьки в черном».

Андрей уверяет, что, несмотря на давление, не планирует покидать страну.

— Покинуть Беларусь сейчас — это значит признать поражение, — говорит он. — Режим хрупок, как никогда. Мы будем здесь до победы. Ради будущего наших детей, — заявляет Андрей не теряя веры в смысл борьбы.

Скачивайте и устанавливайте мессенджер Telegram на свой смартфон или компьютер, подписывайтесь (кнопка «Присоединиться») на канал «Хартия-97».