17 снежня 2018, панядзелак, 21:09
Дзякую вам
Рубрыкі

Крик души ИП: За две недели наторгуешь на $100 – и все

35

Почему и куда белорусские предприниматели уходят из торговли.

В Беларуси в этом году растет число индивидуальных предпринимателей. В предыдущие два года их число сокращалось. При этом есть отрасли, которые по-прежнему в минусе по количеству ипэшников. Среди них — розничная торговля, пишет tut.by.

«В 2028 году президент пожмет руку последнему предпринимателю, занимающемуся розничной торговлей, если негативная динамика сохранится», — прогнозировали ИП на одном из последних форумов. «Поняла, что не вытягиваю. За аренду и все налоги нужно отдавать государству 500−600 долларов в месяц», — рассказывает предпринимательница Алла, которая 11 лет торговала обувью, но в мае 2015 года закрыла ИП.

«Получаю зарплату и не думаю, как оплатить налоги и аренду»

Минчанка Елена Пудеева стала предпринимателем в 2001 году — открыла вместе с мужем точку с мясными продуктами.

До того как открыть ИП, женщина 15 лет была домохозяйкой. Но после того как часть, где служил ее муж, сократили, а он остался без работы и пенсии, семья стала думать, как заработать деньги на жизнь.

— Мы были еще молоды и решили открыть свой бизнес. Надо было около пяти тысяч долларов отдать, чтобы одно место получить. Муж попросил средства у друга, и тот стал нашим инвестором. Сами бы не справились. Прибыль делилась в соотношении 70 на 30.

В итоге семья открыла 4 колбасных места и 6 точек с мясными продуктами. «Муж проработал буквально два года и сказал: „Это не моё“. Мы ушли от мяса, и в 2004 году остались только с колбасой», — вспоминает Елена. Еще через год женщина развелась и начала обеспечивать себя самостоятельно.

Через пять лет Елене пришлось перебраться на Комаровку — на предыдущем месте работы с предпринимателями начали расторгать договоры и «выгонять на улицу». Сначала она открыла на центральном рынке одну точку, потом их число доросло до четырех. Однако, по словам женщины, этого количества все равно было недостаточно для бизнеса.

— Зарабатывают люди, которые держат по 10 мест, — даже если с места по сто долларов прибыли, в месяц уже тысяча долларов выходит. А три точки в убыток работают. Кроме того, в условном 2001 году еще не было гипермаркетов, люди гораздо больше покупали, и работать было проще. Сейчас очень много магазинов со скидками, акциями, распродажами.

В 2013 году Елена попробовала открыть небольшой магазин с мясными продуктами в Уручье. Однако с этого момента начались ее предпринимательские неудачи.

— Мне просто не дали работать. Как бы вы поступили, если каждый день в магазин приходит проверка? Хотя первые полгода они не имеют такого права. Или когда из-за одного отсутствующего коврика дают штраф в тысячу долларов и закрывают магазин на сутки. Можно было просто замечание сделать, и я бы через полчаса его положила на место.

Параллельно с неудачами в магазине торговые точки на рынке стали приносить все меньше денег, поэтому в итоге женщина решила закрыть бизнес. «Бизнес пришлось закрыть, когда стала на аренду выносить деньги из квартиры», — говорит Елена. Сейчас она трудится администратором в салоне красоты и о своем выборе не жалеет. С торговлей она уже никак не связана.

— Сейчас я зарабатываю больше, чем во времена, когда держала эти точки. К тому же получаю свою зарплату и не думаю о том, как мне оплатить налоги и аренду или встретить проверку. Может быть, и осталась бы работать, но когда деньги на оплату бизнеса пришлось искать в других местах, поняла, что надо уходить.

Женщина говорит, что возвращаться в бизнес не хочет.

— Считаю, что в нашем государстве бизнес нельзя строить. Есть люди, которые оказались в моей ситуации и продолжают работать. Просто куда уйти в 50 лет — сейчас даже молодым негде устроиться, — поясняет свою позицию Елена.

Сейчас женщине 55 лет, и через полтора года она должна выйти на пенсию. Однако уходить на заслуженный отдых так скоро женщина не собирается. Если она перестанет трудиться, ее доход упадет примерно на 500 рублей.

— Я так думаю, что у меня будет минимальная пенсия. Еще не узнавала, но мои знакомые предприниматели, которые уходили, получали примерно по 200 рублей. Поэтому буду работать, пока будут силы. Накоплений у меня нет — что получили, то и проели.

Нынешний доход Елены — 500−700 рублей. Она работает администратором в салоне красоты, и доход зависит от количества клиентов. Во времена предпринимательства могла зарабатывать до двух тысяч долларов ежемесячно, перед закрытием зарплата была минимальной — около 300 рублей.

«Продаешь товар, отдаешь долги. И так по кругу»

50-летняя витеблянка Алла прекратила работать предпринимателем в мае 2015 года. До этого она 11 лет торговала женской обувью. Женщина признается, что мысли о закрытии появились после того, как «выручка стала почти неощутимой, а количество покупателей уменьшилось в разы.» Сейчас она нигде не работает.

— Поняла, что не вытягиваю. За аренду и все налоги нужно отдавать государству 500−600 долларов в месяц. Для меня это большие деньги.

По словам женщины, главными причинами, по которым она закрыла ИП, были снизившаяся покупательная способность и высокая аренда. «Платишь за все, но не факт, что продашь товар», — объясняет предпринимательница. Чистую прибыль в последние годы она даже не высчитывала.

— Это был бесконечный процесс одалживания. Один короб с обувью стоит 500−600 долларов, и их нужно несколько. Когда долго работаешь, люди уже идут навстречу, разрешают взять вещи в рассрочку. Продаешь его, отдаешь долги. И так по кругу.

Изначально Алла занялась бизнесом после увольнения и развода с мужем. С первоначальным капиталом помогли знакомые — они одолжили деньги женщине, после чего та смогла в рассрочку купить место в новом торговом центре. «Начинала с двух моделей», — вспоминает предпринимательница.

— Сперва это была недорогая обувь, потом перешла на достойную кожаную. Это было очень затратно, брала кредиты. Но я такой человек, который не может накручивать сумасшедшие проценты. Хочется, чтобы покупатель был благодарен. Сарафанное радио срабатывало, и ко мне ходили люди.

Предпринимательница рассказывает, что «большой прибыли она никогда не видела». «Особо звезд с неба никогда не хватала», — объясняет она. Одно время Алла делила торговое место с подругой — вначале они привозили обувь «в складчину» и продавали ее по очереди, потом разделились и трудились в одном роллете. Так продолжалось семь лет, пока женщины окончательно не разошлись.

После закрытия ИП прошло уже несколько лет, но Алла до сих пор не может найти новую работу — все это время ее финансово поддерживают родственники. Женщина рассказывает, что пока она помогает маме и сестре с двумя детьми. «Теперь вместо няни и домработницы», — поясняет бывшая предпринимательница.

— Но скоро придется регистрироваться где-то. Я не хочу быть тунеядцем и платить коммуналку по повышенным тарифам. В данный момент я искала вакансии продавца, кладовщика или администратора. Но без нормального знания компьютера никуда не берут. Если бы голодала, может быть, и нашла что-то. Но вообще у нас такая низкооплачиваемая работа… Предлагают 300−400 рублей на руки.

Сестра Аллы тоже предприниматель, но у нее совершенно другая сфера — автомобильные запчасти. В бизнесе женщина более 15 лет и закрываться пока не планирует.

— Сразу были ларьки, но потом их продали. Потом она взяла в аренду помещение в многоквартирном доме и открыла свой магазин. Пойти работать конкретно к ней не предлагала, однако советовала заняться делом попроще — фильтры, масла. Но в этом не разбираюсь, иначе давно бы начала подобное дело, — объясняет Алла.

Алла сейчас нигде не работает, поэтому ее доход — 0 рублей. Помогают родные. Перед закрытием ИП получала 300−400 рублей ежемесячно, в пиковые месяцы зарабатывала до 1000 долларов.

«За две недели наторгуешь на сто долларов, и всё»

Минчанка Жанна Ларионова в торговле около десяти лет. Однако после нового года женщина планирует закрыть ИП — сейчас она распродает остатки. При этом она уже два года параллельно работает уборщицей. Муж, который трудился с ней в паре, уже ушел из бизнеса и стал таксистом.

— Кушать-то хочется, а в торговле смысла нет. Полная задница наступила два года назад. За две недели наторгуешь на сто долларов, и все. Тут не вытягивается даже аренда. В данный момент у меня задолженность 180 рублей, и я никак не могу с начала месяца их собрать. Поэтому у меня есть основная работа.

Первое и последнее место работы у женщины — Червенский рынок. «Я там всю жизнь. Была и на Тракторном была, и на Ждановичах, но в итоге возвращалась обратно», — вспоминает предпринимательница. Продавала мужской трикотаж — от рубашек и джемперов до футболок и курток. Несмотря на то что, по словам женщины, «мужчины менее привередливые», покупателей с каждым годом не прибавляется.

— Молодежь все реже и реже приходит. Сейчас с рынка покупатели ушли в большие торговые центры. В некоторых продают очень дешевые вещи, но я не знаю, как можно вывешивать такой товар. Лежат жеваные и страшные мужские рубашки, и с них свисают нитки. Бывает, что приходят люди и рассказывают: «Купил в таком-то известном магазине майку, она пошла пятнами». А у меня футболки качественные — человек отдает 35 рублей, говорит большое спасибо и приходит снова.

Женщина рассказывает, что к ней до сих пор приходят постоянные покупатели, но все реже и реже.

— Очень приятно, когда человек купил куртку или футболку и она за три-четыре года осталась в нормальном состоянии. Я люблю до сих пор, если есть возможность такая, прикупить что-то у своих предпринимателей. Иногда берешь вещи, которых нигде в городе и нет.

По словам Жанны, закрывающиеся ипэшники обычно уходят на государственную работу или кое-как дорабатывают до пенсии. «Тут возраст такой, что не везде берут», — объясняет она.

— Может быть, если бы люди имели достойную зарплату, наше положение как-то изменилось. Но они получают по 300 рублей, приходят и говорят, что куртка за 140 рублей — это очень дорого. К нам раньше все время ходил средний класс — работяги, заводчане. Сейчас он вымер, остались богатые и бедные.