15 снежня 2018, Субота, 4:10
Дзякую вам
Рубрыкі

Три дороги для Британии

Почему на пути к Brexit нет выигрышной стратегии.

Правительство Великобритании утвердило соглашение о Brexit. Два министра и госсекретарь министерства по делам Северной Ирландии уже подали в отставку, по разным причинам считая соглашение неприемлемым. Консерваторы собирают письма недоверия премьер-министру.

Так выглядит на практике реализация сложнейшего задания, которое 17,4 миллиона британцев – почти 52% проголосовавших – поставили перед своим правительством, поддержав решение о выходе страны из Европейского Союза на референдуме 23 июня 2016 года.

Великобритания присоединилась к Европейским сообществам в 1973 году. Более сорока лет подряд углубление и распространение интеграционных процессов в Европе шло с участием Лондона. И хотя в свое время путь Британии к вступлению в ЕС был нелегким, выйти из союза сегодня не проще. Однако то, что когда-то казалось лишь гипотетической возможностью – реализация права выхода из ЕС одной из стран-членов, – в конце концов стало реальностью, и эта реальность неумолимо приближается, создавая новую расстановку сил в Европе.

Позиции правительства Терезы Мэй с самого начала были слабыми. У Лондона слишком мало козырей по сравнению с неожиданно единым фронтом, который формирует остальные 27 государств-членов ЕС.

Экономика Великобритании – это 15% экономики ЕС. Но это Лондону, а не остальным 27 участникам, нужно было заботиться об условиях выхода из Евросоюза, прилагать усилия и идти на уступки. Ведь даже если эти условия не будут согласованы до дедлайна, выход все равно состоится. А Brexit без соглашения больше всего ударит именно по Британии.

Уже сегодня потери экономики страны от последствий решения о предстоящем выходе из ЕС оцениваются в 2,5-3% ВВП ежегодно.

Процедура выхода создала идеальные условия для кризиса.

Срок на принятие решений жестко ограничен. После активации в марте 2017 года статьи 50 Договора о Европейском Союзе начался обратный отсчет времени, и завершится он 29 марта 2019-го.

Великобритания выйдет из ЕС, с соглашением или без него.

Поэтому Тереза Мэй, защищая в Лондоне согласованные с Брюсселем условия, абсолютно права: пространство возможных решений для Британии сузилось до трех.

1) Выход без соглашения

2) Выход с тем соглашением, которое удастся заключить на основе достигнутого на экспертном уровне варианта

3) Отказ от Brexit

При этом ни одно из этих решений не является простым.

Выйти без соглашения – значит потерять все преимущества интегрированности в европейское экономическое пространство, оставшись с тем уровнем, который дают условия ВТО, и базовым уровнем доступа к финансовым рынкам.

Улучшить условия текущего варианта соглашения, который представила Мэй и который спровоцировал столь острую реакцию в Лондоне, будет трудно – Британии недостает переговорных рычагов в диалоге с ЕС. Доказательством этого стало то, как быстро и единогласно летом отвергли план Чекерс.

Мягкий Brexit, если он вообще состоится, то на условиях ЕС, а не Британии. Это нерадостная новость для Лондона, но это – реальность.

Пока что по условиям соглашения Великобритания согласилась на переходный период продолжительностью 21 месяц, а также выплату в бюджет ЕС 39 млрд фунтов в качестве "счета за развод", что многие считают поражением.

Кроме того, остается далеким от оптимального урегулирование вопроса безопасности. Если с Гибралтаром ситуация проще, то вопрос Северной Ирландии стоит так же остро. Если Великобритания выйдет из ЕС без соглашения и восстановит контроль над границей, то эта граница физически появится между Северной Ирландией и Ирландией, чего не хотят ни в ЕС, ни в Британии. А если Лондон, как и обещает, оставит прозрачную границу – то это будет означать, что Северная Ирландия будет оторвана от британского таможенного пространства, что, опять же, неприемлемо для британских политиков.

Дополнительное политическое давление, связанное с сохранением территориальной целостности страны и предотвращением эскалации исторических конфликтов, не улучшает переговорные позиции британского правительства.

И, наконец, третий вариант с повторным референдумом несет слишком много рисков. Готовы ли консерваторы брать на себя ответственность за то, что не смогли воплотить в жизнь стремление большинства, высказанное прямым голосованием? Что тогда считать демократией?

И главное – согласится ли Евросоюз остановить процедуру выхода Британии?

Ведь Договор о ЕС такой возможности не дает. Согласно ему, процедура выхода должна завершиться 29 марта 2019 года, без вариантов. "Brexit означает Brexit", – не устает повторять на брифингах по этому поводу президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер.

К тому же евроскептические настроения, традиционно сильные в Британии, никуда не деваются, и если создать прецедент повторного референдума, это может заложить мину замедленного действия под политическую систему страны.

Права Тереза Мэй и в том, что дело касается национальных интересов. Хотя, как и большинство политиков, она спекулирует этим красивым понятием. Представления о том, что отвечает национальным интересам в сложившейся ситуации, существенно расходятся. Мягкий Brexit с сохранением членства в общем рынке ЕС и свободы передвижения оставляет больше экономических и торговых возможностей, в то время как жесткий – дает максимум свободы в мире, где, похоже, снова растет спрос на односторонние действия.

Перед ЕС тоже стоит непростая задача: сделать так, чтобы цена, которую заплатит Великобритания за выход, оказалась достаточно большой для предупреждения дальнейшего распада Союза, и одновременно – сохранить уровень сотрудничества, который соответствует степени реальной интеграции Единой Европы с Великобританией. Выход без соглашения, похоже, становится игрой с отрицательной суммой, где в итоге проигрывают все. Поэтому шансы на то, что позиционная, тяжелая борьба за условия соглашения продлится до последнего, остаются высокими.

Документы, сопровождающие Brexit, выглядят порой как привезенные из далекого прошлого. В них можно увидеть, с одной стороны, осторожные надежды на сотрудничество там, где еще вчера царил принцип наднациональности, а с другой – традиционное для веков европейской дипломатии взаимное недоверие.

Европа, к которой мы стремимся, становится другой.

Николай Капитоненко, "Европейская правда"