16 красавiка 2024, aўторак, 7:53
Падтрымайце
сайт
Сім сім,
Хартыя 97!
Рубрыкі

Любовный треугольник под Витебском обернулся драмой

12
Любовный треугольник под Витебском обернулся драмой
Иллюстративное фото

Жена поймала мужа с любовницей и избила ее железной трубой.

Семейный раздор у одной из витебских пар обернулся драмой и уголовным делом: жена застукала мужа с любовницей на даче и избила ту металлическим предметом. Нападавшая все отрицала, но ей пришлось предстать перед судом. Ее супруг сначала был на стороне своей новой возлюбленной, но впоследствии дело получило неожиданный поворот. Какой приговор получила ревнивая жена и с кем остался мужчина? Подробности «Зеркало» узнало из опубликованного решения суда.

Житель Витебска Павел (имена вымышлены) уже давно был в натянутых отношениях с женой, кладовщицей Полиной, но не разводился. В какой-то момент он решил, что лучше жить отдельно, и уехал на дачу: у семьи был домик в деревне Бешенковичского района. С января 2023 года Павел жил там постоянно. И, как оказалось, не совсем один, вот только жена об этом ничего не знала.

Как-то, в конце апреля, беседуя с мужем по телефону, Полина услышала женский голос и заподозрила, что у нее появилась соперница. Ревнивая женщина тут же позвонила сыну и попросила свозить ее на машине на дачу. Приехали они туда около 23.00. Полина вошла в дом и…

Что было дальше, доподлинно неизвестно: посторонних свидетелей у случившегося не было. Около двух часов ночи в дом приехали милиционеры, обнаружили окровавленную постороннюю женщину и вызвали скорую помощь. В дальнейшем против Полины по заявлению пострадавшей, Татьяны, было возбуждено уголовное дело по статье 153 УК об умышленном причинении легких телесных повреждений.

«На почве внезапно возникшего неприязненного отношения П. умышленно нанесла Т. не менее четырех ударов неустановленным твердым тупым предметом (предметами) в область головы и тела, причинив тем самым закрытую черепно-мозговую травму с сотрясением головного мозга с ссадиной теменно-височной области слева, с кровоподтеком лобной области справа и верхнего века правого глаза, лобно-теменной области справа, кровоподтек левой молочной железы, ссадину грудной клетки, которые относятся к категории легких телесных повреждений по признаку кратковременного расстройства здоровья», — говорится в обвинении.

Суд состоялся в ноябре 2023 года. На нем каждая из сторон этого «любовного треугольника» представила свою версию событий. Поскольку каждый из них мог исказить историю в свою пользу, суду пришлось внимательно слушать каждого, вызывать много свидетелей и внимательно сопоставлять доказательства, чтобы не оказаться в ситуации «слово против слова».

Версия супруги

Приехав на дачу и подойдя к дому, Полина услышала доносящийся оттуда женский голос. Постучала в дверь — вышел муж, впустил их с сыном и вошел следом. По словам Полины, она чувствовала себя плохо, поэтому с собой принесла лекарства в небольшом пакете, никаких других предметов у нее в руках не было.

Войдя внутрь, Полина увидела на диване в зале незнакомую, пьяную с виду женщину. Та была голой и пыталась одеться.

Далее показания женщины были противоречивы. Сначала она заявила суду, что лишь спросила у незнакомки, что та здесь делает, и вообще ее не трогала, ничем не била. Откуда тогда синяки и ссадины? Тут Полина сказала, что, увидев голую гостью, подошла, схватила ее за руку и стянула с дивана, а та упала спиной на кресло. Еще через минуту женщина добавила, что Татьяна сама, вставая с дивана и пытаясь одеться, пошатнулась и упала на кресло, а еще опиралась на кирпичную печь, которая была в комнате, и могла удариться о нее. А еще — что два-три раза упала на пол, пока шла из комнаты в кухню. Наконец, говорила Полина, она допускает, что, возможно, несколько раз оттолкнула Татьяну, потому что та начала толкаться первой. При этом женщина уверяла, что от ее толчков соперница точно не падала. Может ли кто-то это подтвердить? Полина уверяла, что не помнит, был ли в комнате еще кто-то, кроме них двоих.

После столкновения женщине стало плохо, поэтому она с сыном вышла на улицу. Вернувшись, увидела мужа с любовницей на кухне. Полина уверяла, что та была в полном порядке — никакой крови якобы не было и соперница лишь «поправляла волосы на голове и что-то вытирала на лице». Вот только Татьяна почему-то вызвала милицию. Полина с сыном ждали наряд на улице в машине.

Женщина заявила суду, что она невиновна и Татьяна ее оговорила, чтобы упечь ее за решетку, увести ее мужа и самой жить вместе с ним.

Сын Полины, Андрей, в целом подтвердил версию матери. С его слов, на даче ни у него, ни у нее с собой никаких предметов не было. Мама, войдя в дом, сразу направилась в зал, а через короткое время он прошел за ней. Там увидел незнакомую голую женщину, которая пыталась одеваться. Мать стояла перед ней, они махали друг на друга руками и ругались. Андрей попытался их разнять, от незнакомки пахло алкоголем.

Затем они с матерью вышли на улицу. Пока ждали милицию, снова заходили в дом — отец с любовницей пили кофе на кухне. По словам Андрея, в тот момент он не заметил у Татьяны крови и узнал, что у нее есть какие-то повреждения, узнал, только когда прибыли медики и стали накладывать ей на голову повязку. Парень якобы не знал, что произошло, в то же время не видел, чтобы Татьяна падала или о что-то ударялась.

Версия пострадавшей

По словам Татьяны, они с Павлом познакомились осенью 2022 года. Вскоре их отношения стали особенно близкими и были такими до апрельского происшествия. По ее словам, мужчина не раз привозил ее вечерами на дачу, где жил один. Павел говорил ей, что с женой уже давно не поддерживает отношения. Предлагал Тане жить с ним и даже звал замуж — но только не сейчас, а попозже.

В тот апрельский вечер они снова были на даче, жарили шашлыки, Татьяна употребляла алкоголь (пил ли мужчина, в деле не уточняется), все шло отлично. Позже пара переместилась в дом. В 23.20 в дверь постучали. Павел пошел открывать, а Татьяна одевалась, сидя на кресле.

Внезапно в комнату вбежала незнакомая женщина (потом стало ясно, что это Пашина жена), подскочила к Тане спереди и стала молотить ее чем-то вроде биты длиной 50−60 см, завернутой в пакет. Предмет был металлическим: при каждом ударе Татьяна чувствовала гул металла. Так женщина получила больше четырех ударов по голове с правой и левой стороны, а один из ударов пришелся по левой части груди.

По словам Татьяны, когда Полина ее избивала, в зале больше никого не было. Только когда та перестала бить, зашел Пашин сын, забрал у матери биту и вышел, сказав, что это надо спрятать. Полина отправилась за ним следом.

Избитая женщина пошла на кухню, по лицу у нее текла кровь. Она вызвала милицию. Приехав, милиционеры вызвали скорую, а пока ждали, Татьяна рассказала, что произошло, и настаивала на том, чтобы отыскали биту. Медики промыли рану на голове и наложили повязку.

Еще спустя пару часов, закончив процедуры на месте, милиционеры завезли Татьяну в районную больницу, где ей снова перевязали голову (рана кровоточила), а затем в РОВД. Там ей выдали направление на судмедэкспертизу. Все это время Павел был с ней.

Назавтра он подвез ее к остановке, и Татьяна на маршрутке доехала домой в Витебск, сняла побои у экспертов и пошла в поликлинику к хирургу. Тот обнаружил у нее овальную гематому размером 6 на 3 см в лобно-теменной области головы, правая половина лица была опухшей. На приеме женщине стало плохо, приехала скорая помощь и увезла ее в больницу. По дороге, как потом подтвердили медики, пациентка жаловалась на головную боль, тошноту и рвоту, но вела себя спокойно, говорила внятно и рассказала, что бывшая жена ее любовника несколько раз ударила ее металлической трубой.

Диагноз врачи поставили такой: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушибы лобно-теменной области. От госпитализации женщина отказалась, лечилась в поликлинике у невролога, принимала прописанные препараты и долго была на больничном (судя по материалам дела, около пары недель).

Позже Павел приезжал к ней на работу и передал конверт с деньгами — видимо, материальную помощь на лечение. В конверте было 100 рублей.

По настоянию Татьяны в суде в качестве свидетеля выступила ее подруга Марина. Она рассказала, что в феврале два раза по приглашению Тани и Паши была у них на даче в гостях вместе с мужем. На дружеских посиделках Павел говорил, что женат, но давно не живет с супругой, и звал Таню замуж. По словам Марины, ее подруга чувствовала себя в доме совершенно свободно.

Аналогичные показания дал и Маринин муж. Правда, он пришел на суд нетрезвым, и обвиняемая попыталась использовать этот повод, чтобы «снять» свидетеля. Но суд решил, что 0,68 промилле, которые выявили у мужчины, это не та степень опьянения, чтобы считать его показания недопустимыми, к тому же он на заседании был в нормальном состоянии и четко отвечал на вопросы.

Версия мужа

Павел на суде дал очень интересные показания. Он сказал, что с Татьяной они «поддерживали дружеские, в том числе близкие отношения», та несколько раз навещала его в больнице, приезжала по его приглашению на дачу, два раза привозила подругу с мужем и неоднократно оставалась у него «ночевать». По словам мужчины, Татьяна знала, что он официально женат. А вот своей супруге он ничего о новых отношениях не говорил.

В вечер инцидента они с Таней на даче жарили шашлыки, дама выпила пива и поллитра водки. Потом они вдвоем сидели в зале, смотрели телевизор.

В 23.20 приехала Полина, он открыл двери — та пошла в зал, их сын следом, а сам Павел остался в прихожей. По его словам, через открытую дверь зала он видел, как Полина стала стягивать голую соперницу с дивана, кричала на нее, та пыталась одеться и падала на пол. Вслед за этим Полина с сыном вышли из дома, а он остался с Таней, та оделась, и они пошли на кухню. Никаких окровавленных предметов, о которые могла бы удариться женщина, он не видел.

По словам Павла, непосредственно при нем ни Полина, ни сын ничего плохого Татьяне не делали. Но он-то оказался в зале позже остальных и мог пропустить момент. Когда он зашел туда после ухода жены и сына, то увидел на лице Тани кровь. Что касается биты, то, утверждал мужчина, он не видел ничего в руках жены, выходящей из комнаты, кроме небольшого пакета, с которым она и приехала, но что в нем было, ему неизвестно.

Павел слышал, как Татьяна говорила с милиционерами и объясняла им, что Полина избила ее какой-то металлической битой. При этом он не стал опровергать слова женщины и ничего милиции по этому поводу не сказал. Когда приехали медики, отметил мужчина, им пришлось оказывать медпомощь не только Татьяне, но и Полине, так как у той поднялось давление. Затем Павел вместе с Татьяной и милиционерами отправился в РОВД.

Что же не так в этой версии, которую Павел озвучил на заседании суда? Дело в том, что раньше его показания были совсем другими.

Милиционеры сначала решили оформить дело как административное правонарушение по статье 10.1 КоАП (нанесение легких телесных повреждений) и опросили Павла под протокол. Тот сказал следующее. Открыв дверь дома, он увидел жену. В руках она держала предмет, похожий на палку, завернутый в целлофан. Полина оттолкнула мужа и побежала в зал. Когда он дошел до зала и открыл дверь, он увидел свою любовницу Татьяну с окровавленной головой. При виде его жена убежала на улицу, следом за ней и сын, который тоже только что зашел в зал. Павел не заметил, кто и в какой момент забрал ту «палку в целлофане» из зала.

Когда судья спросил Павла, почему те его показания так расходятся с нынешними, тот заявил: да, я подписал тот протокол опроса, но в нем все неправда и я все это сказал по Таниной просьбе. Мужчина подчеркнул, что настаивает на тех показаниях, которые дал теперь, на заседании.

Что рассказали сотрудники РОВД

По словам двух милиционеров, приехавших в деревню на вызов, Татьяна рассказала им, что Полина несколько раз ударила ее палкой по голове и телу. Они провели «визуальный осмотр» дома и прилегающей территории, но никакого похожего предмета не нашли. Следов крови в доме не было. Но у Татьяны голова и лицо были в крови, поэтому вызвали медиков.

Чуть позже пострадавшую опросили под протокол. Она была пьяна, но не сильно, вела себя адекватно, нормально отвечала на вопросы. Милиционеры обратили внимание, что Павел, который был рядом, никак не оспаривал слова Татьяны, что его жена ее избила металлической битой. И позже на опросе он прямо подтвердил слова любовницы.

А вот Полина все отрицала, говорила, что совсем не била соперницу — та якобы сама падала и ударялась о печь. Но ни она, ни ее сын не смогли описать конкретного механизма этих падений и ударов.

Позже пришли результаты судебно-медицинской экспертизы. Согласно им, у Татьяны была закрытая черепно-мозговая травма с сотрясением мозга, ссадины теменно-височной области слева и лобно-теменной области справа, кровоподтек лобной области справа и верхнего века правого глаза, ссадины грудной клетки, кровоподтек левой молочной железы. Данные повреждения могли образоваться от не менее чем четырех ударов твердым тупым предметом — руками, ногами или различными предметами. А вот от падения с высоты собственного роста такие повреждения быть получены не могли. Эксперты пришли к выводу, что картина не противоречит тем обстоятельствам, которые описала Татьяна.

После этого участковый начал проверку данного случая на предмет уголовного преступления. Он снова опросил Татьяну, Павла, Полину и их сына, они дали такие же показания, как раньше. В июне милиционер выезжал на место происшествия и проводил осмотр дома и участка в присутствии Полины. Ни биты, ни чего-то другого на территории уже не нашли. В доме Полина показывала на разные предметы, о которые якобы ударилась Татьяна (диван, кресло, печь), но снова не могла объяснить, как именно эти удары происходили.

В итоге участковый составил рапорт о том, что здесь имеет место не административное правонарушение, а состав преступления по статье 153 Уголовного кодекса о нанесении легких телесных повреждений. По данной статье дело возбуждается только при наличии заявления от пострадавшего с требованием привлечь виновного к ответственности. Татьяна такое заявление написала.

Выводы суда

Оценив все, что рассказали участники событий и свидетели каждой из сторон, суд решил, что слова Полины недостоверны и опровергаются доказательствами по делу. Подвело женщину и то, что ее показания были непоследовательными и противоречивыми. То говорила, что не подходила к Татьяне и не трогала ее, то — что стягивала ту с дивана, что они толкали друг друга, то утверждала, что Таня ударилась о печь.

Заявлению ее мужа, что его изначальные показания были ложными и он их дал лишь по просьбе Татьяны, суд тоже не поверил и решил, что таким образом Павел пытался помочь Полине избежать ответственности.

Зачем мужчине выставлять невиновной почти уже бывшую жену, ударившую женщину, которую он звал замуж? Тут на суде открылся неожиданный поворот. Оказалось, что Полина простила неверного супруга и приняла назад, они снова живут вместе и разводиться не собираются, поэтому Павел пытался спасти не бывшую, а самую что ни на есть настоящую жену.

В итоге слова Павла и их с Полиной сына были приняты в счет только частично, так как оба свидетеля являются близкими людьми обвиняемой и заинтересованы в исходе дела. А вот показания остальных свидетелей в пользу версии Татьяны, по мнению суда, вполне согласуются с фактами и являются достоверными.

При этом никаких оснований оговаривать обвиняемую у свидетелей не было. Как и у самой пострадавшей: ведь до инцидента женщины не были знакомы, а после случившегося Татьяна порвала все отношения с Павлом и не предлагала их возобновить.

Суд пришел к выводу, что Полина действовала умышленно, и совокупность доказательств по делу подтверждает ее виновность в полном объеме.

Наказание

При вынесении приговора суд учел то, что жительница Витебска раньше не была судима и имеет неплохие характеристики. Отягчающих обстоятельств у нее не было. В итоге наказание женщине определили совсем «щадящее», несмотря на непризнание вины и отсутствие раскаяния.

Сама статья 153 УК не предусматривает жестких мер — в ее санкции только арест, штраф, исправительные работы сроком до года или общественные работы. И для Полины выбрали самую мягкую меру — штраф, который составил всего 60 базовых величин (2220 рублей). К слову, за «несанкционированное пикетирование» в соцсетях или «экстремистские материалы» белорусские суды нередко назначают гораздо более высокие штрафы.

Кроме того, Татьяна требовала от своей обидчицы компенсацию морального вреда в сумме 4000 рублей и еще 83 рубля за материальный ущерб. Суд решил, что ее «степень физических и нравственных страданий» не настолько велика, и в «моральной» части снизил компенсацию до 1500 рублей. Кроме того, Полина должна оплатить 185 рублей госпошлины и возместить потерпевшей 1110 рублей, потраченных на юристов.

Напісаць каментар 12

Таксама сачыце за акаўнтамі Charter97.org у сацыяльных сетках