20 траўня 2019, панядзелак, 20:58
За нашу і вашу свабоду!
Рубрыкі

Обратный отсчет

70

Сегодня можно констатировать: Лукашенко проиграл, независимо от того, как будут разворачиваться события.

Кавалькада разоблачительных материалов о белорусском президенте галопом несется по соседней России, оставляя в нерассеявшейся пыли вопрос – «проскакала ли она точку невозврата?». Шлейф «внезапно осознанной правды» накрывает стоящих вдоль обочины белорусов, с надеждой шепчущих себе под нос: «Может, уже и проскакала».

Однажды, на случайной кулуарной встрече в 2002 году, российский политик, близкий к Кремлю, сказал: «У Путина идиосинкразия на двух политиков – Шеварднадзе и Лукашенко». Фраза, показавшаяся проходной, не вызвала тогда особых эмоций: Шеварднадзе активно спал на президентском посту в разворованном Тбилиси, а белорусская трубопроводная сеть активно конвертировала российские рубли в американские доллары, позволяя белорусскому лидеру заниматься геополитическим строительством паранормальной оси Венесуэла-Беларусь-Иран.

Осознание, что сказанная в разговоре вскользь фраза, имеет под собой глубинный смысл, пришло чуть позже, когда приехавший в уже растревоженный революцией Тбилиси министр иностранных дел России Иванов разбудил Шеварднадзе, и настойчиво порекомендовал ему освободить пост главы государства в пользу Михаила Саакашвили. В тот момент Путин даже не догадывался, что фигура нового грузинского президента у него вызовет не просто идиосинкразию, а лишит сна и аппетита на долгие годы. Но, тем не менее, имя Шеварднадзе с мировой политической карты оказалось стертым.

Полагая, что истоки конфликта Путина и Шеварднадзе надо искать где-то в неразгадываемом гэбэшном прошлом, понять, чем же ему так не угодил Лукашенко, было и вовсе невозможно. Но однажды заданный самому себе вопрос «а где вообще могут встретиться офицер ФСБ и директор совхоза?», подсказал ответ, который все объясняет – «на допросе».

Точка невозврата

На вопрос «пройдена ли точка невозврата?» ответ очевиден – пройдена. Только люди, уж совсем далекие от политики, сегодня могут предположить, что Кремль готов прислушаться к белорусскому президенту, и исполнить маневр, описанный в старом анекдоте: «Избушка-избушка, встань к лесу передом, а ко мне задом, и чуть-чуть пригнись!». Кремль так долго стоял перед белорусским «Иванушкой» в этой нелепой позе, что даже у физически крепкого Путина затекли ноги.

Набрав в поисковой системе Google слова «Лукашенко» и «Россия», обнаружил, что сегодня имя нелигитимного белорусского президента склоняется уже не только на сайте газеты «Ведомости» или портале Lenta.ru, не только на интернет-ресурсах, предлагающих несвежие анекдоты, но и на сайтах типа Пупсик.ру, где заголовки «С кем живет Лукашенко» соседствуют с «Боря Моисеев показал свои прелести». Так российская медиа-кавалькада, напоминающая конницу из «Дикой охоты Короля Стаха» Короткевича, подконтрольная не только Кремлю, но и самоцензуре, делает «отбивную котлету» из того, кто долго и настойчиво проверял нынешнюю российскую власть на прочность.

Эту «скачку смерти» можно было остановить еще в начале года, когда уже было понятно, что механизм политического уничтожения белорусского лидера запущен. Российские власти, наученные прошлой российско-белорусской газовой войной, после которой рейтинг Лукашенко вырос, начали готовить атаку загодя, раз за разом вбрасывая в медийное поле информацию о том, что «славянский брат оказался шулером». Постоянные посетители интернет-пространства знают, что уже полтора года назад сомнительные сайты пестрели портретами Лукашенко и компрометирующими заголовками. Кремлевские обитатели смогли избежать прошлых ошибок, в течение новой информационной войны не уронив свой рейтинг в России, и обрушив рейтинг оппонента. Правда, ситуацию подпортили лесные пожары, и связанные с этим скандалы, на фоне которых разворачивалось противостояние Путина-Медведева с Лукашенко. Но российские президенты хорошо усвоили народную мудрость: пожары когда-то гаснут, а репутацию не вернешь.

Нынешняя российская власть, в силу своей профессиональной подготовки, имеет «операционистское мышление». Здесь мало эмоций и спонтанных действий, вместо которых работают совсем другие инструменты: постановка задачи, определение слабых мест, планирование, проведение операции, получение результата. Под этот механизм отбираются кадры, выстраиваются структуры, комплектуются ресурсы.

Прохождение «точки невозврата» было окончательно спланировано в тот момент, когда было принято решение начать показ цикла «Крестный батька», а само преодоление критического рубежа – в день показа третьей части фильма. Из ситуации с показом материалов о насильственном устранении политических оппонентов еще можно было «вырулить» – во-первых, тема для Беларуси не нова, и у населения есть «эффект привыкания»; во-вторых – российские власти и сами постоянно находятся под давлением «Дела Политковской» или «Дела Литвиненко»; и, в-третьих, при желании еще можно было отыграть все назад, сняв продолжение фильма в духе «э-э, нет, похоже это все-таки не белорусские власти». Но третья часть изменила для Лукашенко ситуацию кардинально – именно в третьей части Кремль обнародовал информацию о «диагнозе Щигельского», доступным языком объяснив мировому сообществу, что «Царь душевно болен». После обнародования этого факта, даже влюбленные в белорусского вождя российские коммунисты перестали подавать ему руку, задумавшись: «Может оно... это... ну... как его... заразно...».

Точка бифуркации

Преодоление «точки невозврата» спровоцировало появление следующего этапа в развитии молодой белорусской демократии – «точки бифуркации». Растревоженное «галопом правды» белорусское общество, впервые всерьез задумалось о грядущих переменах. И первыми задумались отнюдь не рядовые граждане, которые за 16 лет разучились ждать от своей родины чего-нибудь позитивного, – заволновалось чиновничество и представители бизнеса, чьи структуры находятся в непосредственной близости от власти.

Ранней весной пробудились люди-катализаторы, по которым можно сверять часы наступления новых времен: представители спецслужб, откомандированные в оппозиционные структуры, и представители истеблишмента, в течение всей жизни менявшие свою позицию, в зависимости от ветра, дующего во властные паруса. Причем, действия двух этих «подклассов» общества противоположно направленны: сотрудники спецслужб, получившие последний приказ к наступлению, начинают активно сжигать собственные репутации в костре властного тщеславия, а представители истеблишмента – искать отверстие, в которое можно было бы слиться с наименьшими потерями.

В поисках отверстия, первым в эфире заметался бывший любимец Лукашенко Александр Зимовский. Телевизионный деятель, всегда имевший склонность к поиску крепкой спины, за которой можно было бы тихо пересчитывать деньги, вдруг разразился вначале критикой в адрес информационной политики, проводимой властями, а потом и вовсе планом переворота в стране, сквозь путаный текст которого легко можно было углядеть желание «подстелить» себе на будущее тощий тюфяк предателя диктатуры.

Нынешняя белорусская власть прекрасно понимает, откуда сегодня нужно ждать беды. Не зря ведь, по одному из последних указаний МВД, в пунктах обмена валюты требуется предъявление паспорта в случае, если сдаешь свыше 5 000... российских рублей.

У белорусских чиновников, за 16 лет отвыкших от «руководящей роли Москвы», вдруг пробудилась генетическая память – они, еще недавно лишь мечтающие о том, чтобы не угодить за решетку по милости власти белорусской, вдруг запальчиво заговорили о том, что будет дальше, и как поведет себя власть российская. Лики Путина и Медведева, в образах былинных богатырей, перестали быть условными, и проявились вдруг отчетливо и выпукло. Пришла пора определиться, кого выбрать в том случае, когда «за одного битого двух небитых дают». Причем, сегодня очевидно, что Кремль не требует от них примкнуть к «пятой колонне» – он пока лишь проводит «операцию по ликвидации лидера боевиков». Не факт, что вообще разговор о «пятой колонне» пойдет, особенно в русле новой кремлевской внешнеполитической стратегии, но белорусские чиновники, уже, на всякий случай, завидуют Титенкову, Латыпову, Ермошину и Наумову, перебравшимся на хлебные места в Москву.

Сегодня, в преддверии президентских выборов, в чиновничьих кабинетах самый задаваемый вопрос: «Так на кого ставит Москва?». Задается он все чаще и все громче. Зондаж ситуации, происходящей в чиновничьих кабинетах и в оппозиции, впервые в новейшей истории страны стал обоюдным. Пройти мимо знакомого чиновника сложно – он крепко придерживает тебя за рукав, начиная разговор не с традиционного «как дела?», а с «как думаешь?». Разговор, словно лента Мебиуса, перетекает по трем фамилиям: Санников-Сидорский-Некляев, завершаясь тихим «уж лучше кто-то из них».

Судя по тому, что представители правоохранительных органов во время оппозиционных акций стали активнее вступать в разговоры с митингующими, тревожный топот «конницы правды» растревожил и их казармы. Состав белорусского милицейского корпуса всегда был неоднородным: одни – соколы – в чьих глазах читалась персональная благодарность президенту за освобождение от сельскохозяйственных работ, не хотели ничего слышать о том, что жизнь может когда-то измениться; другие – голуби – сомневающиеся перед каждым взмахом дубинкой, всегда любили поговорить о том, что неплохо было бы поехать на стажировку в Германию. Сегодня они постепенно начинают сбиваться в общую стаю, на вопрос журналистки «третью часть смотрели?», по-военному четко отвечая «еще не смотрели, но на флешке уже есть».

Совсем другие вопросы в среде провластных бизнесменов: «как?» и «куда?». И разговор пока в меньшей степени идет об отъезде, а в большей – о выведении активов. Если господину Пефтиеву, торгующему оружием, волноваться о выведении денег особо не стоит – он всегда работал на пополнение зарубежных счетов, то Чижу, второму фигуранту третьей серии фильма «Крестный Батька», задуматься есть о чем – количество его активов, находящихся внутри страны, сегодня однозначно занимает первое место в рейтинге частного белорусского капитала. Эта пара, внятно обозначенная Кремлем, является сегодня одним из главных раздражителей Лукашенко – он прекрасно понимает, что Пефтиеву и Чижу гораздо проще пойти на обоюдовыгодный контакт с новыми кандидатами в президенты, нежели «до последней капли крови» быть преданным нынешнему главе государства, чей Patek Philippe уже начал обратный отсчет. Отягощающим для нынешней власти фактором является то, что эти бизнесмены не понаслышке знают, что такое «последняя капля крови».

Накануне показа по телевидению «Крестного Батьки», проходя по столичному Комаровскому рынку, услышал, как торговка из рыбного ряда кричала своей коллеге из овощного: «Светка, сегодня третья часть, ты ж не забудь!». Общество постепенно, не так быстро, как чиновников, но все же засасывает в энергетическую воронку, где, словно в миксере, множество элементов начинают смешиваться в единую массу – «коктейль Молотова».

Точка кипения

Сегодня стратегия Кремля в отношении Беларуси для многих является загадкой, поскольку практически не проявлено его сколь-нибудь внятного отношения к кому бы то ни было из кандидатов на грядущих президентских выборах. Заметна лишь верхушка айсберга – деятельность Владимира Некляева, поддержанная некими частными инициативами, и работа, проводимая Андреем Санниковым, активно поддерживаемая российскими средствами массовой информации.

Похоже, Россия выбрала более долгосрочную стратегию, нежели ориентация на одного из кандидатов. Эта стратегия не исключает помощь наиболее очевидному фавориту выборов со стороны оппозиции, но сориентирована она скорее на «процедурный» пошаговый план отстранения Лукашенко от власти.

– Наблюдение за выборами совместно с ОБСЕ и другими демократическими международными структурами.

– Непризнание результатов выборов, и объявление Лукашенко нелигитимным главой государства.

– Экономическое и политическое давление, осуществляемое совместно с США и странами Евросоюза.

– Отстранение Лукашенко от власти через создание ситуации дефолта при включении механизма переговоров.

Подобный план действий позволит России продвинуть свою новую геополитическую стратегию, принятую под давлением экономических факторов, и сориентированную на расширение взаимодействия с Европой и США.

Евросоюз подобное развитие ситуации более чем устроит. Брюссель, стыдливо прячущийся и уставший от неразрешенного «белорусского вопроса», сможет чужими руками, не прилагая никаких усилий, решить проблему «последней диктатуры Европы». Россия попросит Кэтрин Эштон не мешать, и воспользуется имеющимся у нее (к слову, как и у Евросоюза) экономическим рычагом, одновременно придавив им промышленность, банковский сектор и социальную сферу. «На все про все» Кремлю понадобится не более трех месяцев, после чего в Минск на белых лошадях въедут российский министр иностранных дел Лавров и глава Еврокомиссии Баррозу, на этот раз высекая копытами из минских мостовых искры вечной дружбы России и Европы, продемонстрированной проведенной совместной операции «в буферной зоне». В результате, довольными останутся все: Евросоюз, очищенный от черного пятна последней диктатуры; США, единственные остававшиеся на жесткой позиции относительно белорусской диктатуры, смогут вернуть полный состав своего посольства в Минск, и продолжить полноценную работу; Россия, продемонстрировавшая миру свою волю в борьбе за освобождение «младшего брата», и установив свой протекторат над Беларусью; белорусский народ, снова обретший свободу, не затратив для этого никаких усилий.

Но события могут пойти и по другому, белорусскому, сценарию.

– Кандидаты в президенты находят общий язык с представителями белорусского бизнеса, и заручаются их поддержкой на стадии выборов;

– Руководители правоохранительных органов, желая избежать уголовной ответственности за превышение служебных полномочий, проводят сепаратные переговоры с кандидатами в президенты, и тихо саботируют приказы руководства страны, выполняя их лишь формально;

– Члены Центризбиркома, желая избежать уголовной ответственности за фальсификацию результатов выборов, начинают честно выполнять свои обязанности при подсчете голосов;

– Кандидаты в президенты проводят переговоры с руководителями министерств и ведущих ведомств, желающих сохранить рабочие места в будущем правительстве;

– Лукашенко с семьей бежит из страны на самолете, после чего Интерпол объявляет его и старших сыновей в розыск;

– В крупных городах Беларуси проходят трехдневные праздничные мероприятия, под общим девизом «Мы это сделали!»;

– Страна начинает жить новой, свободной жизнью.

Сегодня можно констатировать: Александр Лукашенко уже проиграл, независимо от того, как будут разворачиваться дальнейшие события. В шахматах такая позиция называется цухцвангом – королю некуда ходить.

Но остается один вопрос, на который ответа пока нет – кто победит?

Николай Халезин, kilgor-trautt.livejournal.com

Николай Халезин – известный белорусский журналист, драматург, художник, руководитель «Свободного театра»