17 жнiўня 2019, Субота, 16:51
Мы ў адной лодцы
Рубрыкі

Прерванный полет Игоря Сечина

2
Прерванный полет Игоря Сечина
Игорь Сечин
Фото: Mikhail Svetlov/Getty Images

«Корзинка с колбасками» прочно вошла в постсоветскую политическую историю.

Агентство «Рейтер» опубликовало текст о предположительном использовании Игорем Сечиным и членами его семьи, ну и, разумеется, «окружением» корпоративных самолетов в личных целях: «Используя общедоступные данные, «Рейтер» отследил 290 рейсов «Роснефти» в период с января 2015 года по май 2019-го. Из всех этих рейсов туда и обратно 96 пришлись на государственные праздники в РФ или на период с середины дня пятницы в Москве до утра понедельника.

С начала 2015 года корпоративные самолеты «Роснефти» восемь раз летали в аэропорт Ольбия на Сардинии, 15 раз — на Мальдивы и семь раз — в испанскую Пальма-де-Майорку, показали данные отслеживания полетов».

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК

«Роснефть» выпустила аж два заявления по этому поводу, в которых угадывается выдающееся перо Михаила Леонтьева, который почти 30 лет назад, будучи ультралиберальным журналистом, отчаянно боролся с консерваторами Лобовым, Скоковым и другими товарищами, а нынче направил свое перо в виде штыка в сторону «иностранных спецслужб», на которые работает агентство, «утратившее признаки СМИ». Агрессивная манера письма Михаила Владимировича, которую можно было использовать и в мирных целях, на стороне добра, и в немирных, на стороне сил совершенно темных, соответствует агрессивной манере ведения бизнеса и дворцово-административного лоббизма его босса Игоря Сечина, человека весьма воинственного и ничего не прощающего своим обидчикам.

Стандартное заявление «Роснефти», как правило, начинается такими оборотами: «Крайне удивлены заявлениями главы Государственного департамента», «в связи с опубликованным заявлением «Транснефти», ну и так далее. Война с окружающим миром, и особенно супостатами в лице, например, США, а также борьба за гуманизм и дело мира в лице, к примеру, Венесуэлы и Ирана — это такой спорт для компании, персонализированной в «настоящем Игоре Ивановиче», опасном в том числе для нахождения на свободе ряда высших государственных чиновников. «Корзинка с колбасками» прочно вошла в российской постсоветскую политическую историю и вряд ли из нее когда-нибудь выйдет.

Неформальный статус Игоря Сечина гораздо шире его и без того гипервлиятельной официальной должности. Позиция серого кардинала естественным образом вытекает из многочисленных примеров превращения охранников, протоколистов, «портфеленосцев» в тяжеловесные политические фигуры. Пожалуй, никого из своего ближнего и дальнего круга Владимир Путин столь пламенно не оборонял от нападок, в частности, медиа, как Сечина. И никому не дозволялось больше, в том числе в бизнес-практиках (если, конечно, то, что происходит в системе государственного капитализма и дворцового олигархата можно в принципе назвать бизнесом), чем главе «Роснефти». Разве что в этом с ним может всерьез посоревноваться Рамзан Кадыров. Хотя в его случае всегда есть дежурное объяснение: он сохраняет мир в Чечне, и пока альтернативной модели нет. А в случае Сечина никаких других причин для того, чтобы выдать бывшему начальнику канцелярии автократа невидимую даже агентству «Рейтер» охранную грамоту, кроме личной химии с главой государства, не просматривается.

Если бы агентство «Рейтер», оно же, в терминах «Роснефти», «информационная диверсионная группа, обслуживающая задачи спецслужб заинтересованных государств» (честное слово, лучше бы даже Александр Андреевич Проханов не сказал бы) следило по открытым источникам за частным лицом, претензии к медиа-ресурсу по поводу вмешательства в личную жизнь и служебную деятельность были бы вполне обоснованными. Но Сечин И.И. — не частное лицо. Это государственный человек, чьи слова и действия поднимают из пепла целые государства вроде Венесуэлы, отправляют на 8 лет в исправительно-трудовое учреждение министров и влияют на настроения участников рынка (а они, наверное, сильно окислились после его могучего выступления на Петербургском форме, риторически и в самом деле безупречного — и снова А.А. Проханову оставалось бы нервно курить в коридоре, хотя он вроде не курит).

А значит, столь частые посещения ряда курортных мест на корпоративных самолетах являются информацией общественно важной. В данном случае, это не «слежка», как выразился Леонть… тьфу, автор заявлений «Роснефти», а выполнение средством массовой информации своей важнейшей функции общественного контроля.

СЕКРЕТНЫМ СТАНОВИТСЯ ЛЮБОЙ

Нехорошо это — пользоваться корпоративным транспортом так часто в праздники, выходные и отпускное время, летая в одни и те же места вроде Пальмы-де-Майорки и Сардинии (это угрожает безопасности России, ибо Испания и Италия — страны НАТО, а значит, наш, точнее, их, ближнего круга Путина, вероятные противники). Транспортом не обычной частной компании, а публичного АО, контрольный пакет которого принадлежит государству. Источник власти в котором, как утверждается в Конституции РФ, — народ. То есть — налогоплательщик. Использование такого транспорта никакими корпоративными стандартами компании не оправдаешь — мало ли какие корпоративные стандарты, обыкновения и обычаи существуют в разнообразных специфических сообществах, это же не значит, что они соответствуют нормам поведения в приличном обществе. Так что государственный человек должен быть готов к тому, что за ним будут «следить».

Доступность информации в современном прозрачном мире становится естественным препятствиям к жизни на широкую ногу — уж очень широкую, я бы сузил, как сказал бы Достоевский. Ровно поэтому представители той государственно-олигархической авторитарной власти, которая сейчас управляет Россией, секретят все, что только можно. В целях безопасности — своей. И суверенности — то есть независимости от правил, институтов, ценностей нормальных обществ и общепризнанных в мире норм права.

У нас и государственный бюджет становится секретным в существенной своей доле. Что уж говорить обо всем остальном. Если набрать в чуждом нам Гугле слово «засекретить», то немедленно выпрыгнут замечательные образцы: «Росгвардия хочет засекретить свои закупки» (привет Навальному); «Минфин России не будет раскрывать данные о платежах правительства Венесуэлы по долгу перед Россией» (привет от Игоря Ивановича?); «Правительство РФ разрешило компаниям и банкам секретить 18 видов данных из-за санкций» (догадайтесь с одного раза, что это за данные: правильно — о структуре владения компаниями, о партнерах, акционерах и т.п.); «ФСО решила засекретить свои закупки» (мотивация: «из-за увеличения количества угроз, в том числе террористического характера»). Угрозы у нас — самый ходовой товар, круче нефти с газом…

И вот так — обороняя Родину от не без усилий выдуманных угроз, брезгливо отводя ее протянутую руку, в которой подрагивает граненый стакан со свежеотжатым березовым соком, сильные мира сего в соответствии со своими навязчивыми снами из песни известного шансонье М.З. Шуфутинского, отправляются в Пальму-де-Майорку. А потом говорят, что за ними ведется «слежка» и это результат «целенаправленного заказа».

Могу поделиться тайным знанием. Я знаю, кто заказчик — общество.

Андрей Колесников, newtimes.ru