11 красавiка 2021, Нядзеля, 7:06
Сім сім, Хартыя 97!
Рубрыкі

Внуки Трампа

3
Внуки Трампа
Дональд Трамп

Какое будущее ждет трампизма и Республиканскую партию в США.

Когда самолет ВВС-1 поднялся в воздух, унося Дональда Трампа и его семью из Вашингтона в поместье Мар-а-Лаго во Флориде, на борту играла мелодия Фрэнка Синатры «My Way» — я все сделал по-своему… Таким президентом Трамп и был — все делал по-своему. Позади осталась столица, в центре которой были развернуты 25 000 солдат Национальной гвардии — на случай возможных беспорядков, летное поле авиабазы Эндрюс с небольшой группой провожающих, но многие ключевые члены команды Трампа приглашение на эту церемонию не приняли, включая вице-президента Майкла Пенса — он собирался на инаугурацию Джо Байдена.

Ответственность Трампа за предельную поляризацию политики и общественных настроений действительно велика. Поляризация эта началась еще до его избрания в 2016 году, длилась все четыре года, но апогея достигла после выборов-2020: отказ Трампа признать себя побежденным привел в конечном итоге к погрому Капитолия, второму импичменту и — что упоминают реже — расколу в Республиканской партии. Не одномоментно, но Трамп сумел добиться ее сплочения вокруг собственной фигуры: в таком лидере и традиционные республиканцы (как политическая элита, так и простые избиратели) видели и многие черты традиционные для американской консервативной политики, и яркую харизму, позволяющую мобилизовать избирателя. От бурного потока твитов, оскорблений в адрес и оппонентов, и СМИ однопартийцы морщились, но пока Трамп был на коне, шли за ним. Другого лидера у партии просто быть не могло. В итоге же за вторую попытку импичмента в нижней палате Конгресса проголосовали 10 республиканцев (за первую — ни одного), включая и председательствующую в конференции конгрессменов от партии Лиз Чейни дочь бывшего вице-президента США. Три члена кабинета Трампа после штурма Капитолия досрочно ушли в отставку.

А ведь Трампа никак не назовешь неудачливым президентом. В его активе — подъем экономики и создание миллионов рабочих мест, масштабная налоговая реформа. Во внешней политике — и новое соглашение о североамериканской зоне свободной торговли, и «соглашения Авраама», которые придадут новый импульс развитию ближневосточной политики, и, как напомнил Трамп в своем прощальном обращении к нации, первое за многие десятилетия президентство, когда США не начали ни одной новой войны. Многие из его начинаний новый президент отменит, но немалое наследие все равно останется.

А вот чего Трампу всегда не хватало, так это того, что классик изучения американского президентства Ричард Нойштадт называл «силой убеждать» — умения добиться своего не столько приказом, сколько обеспечением слаженной работы всей команды на общую цель. Он предпочитал «нахрап» и давление, демонизацию оппонентов. Кадровая чехарда в кабинете и администрации Белого дома, неспособность преодолеть противоречия внутри собственной партии при попытке отменить Obamacare — систему страховой медицины — только наиболее заметные следствия этого стиля. В прощальном слове Трамп упомянул, что стал первым американским президентом, никогда ранее не занимавшимся политикой. В этом оказались немалые плюсы, но нехватка политической повадки тоже сказалась.

Итак, с чем уходит Трамп и что будет с самим Трампом и трампизмом после его ухода?

Начнем с дел криминальных. Накануне ухода в отставку Трамп — это обычная практика уходящих президентов — даровал помилование или смягчение наказания 143 гражданам. Менее обычно, что еще в декабре он помиловал — в два приема — еще немалую группу правонарушителей. Люди в этих списках, естественно, разные, но среди них — целое сообщество его собственных бывших соратников и помощников. Среди них — ультраконсерватор Стив Бэннон (бывший «главный стратег» администрации), обвиненный в растрате средств, собранных на строительство стены на границе с Мексикой (говорят, Трамп долго колебался, даровать ли ему помилование), его советники и помощники и консультанты Майкл Флинн, Пол Манафорт, Роджер Стоун (обвинения разные, но все связаны с работой на кампанию и/или администрацию Трампа), его сват Чарльз Кушнер (отец зятя Трампа Джареда), осужденный еще в 2005 году за нарушение правил спонсирования избирательных кампаний и уклонение от налогов. Вот одно из следствий «новичка в политике» — личную команду он собирал во многом из людей в политике случайных. Наверное, мало кто в этой сфере белый и пушистый, но столь откровенных нарушителей закона в таких количествах Белый дом пока не видел. Зато не вошли в списки помилованных ни Джулиан Ассанж, ни Эдвард Сноуден (хотя об этом говорили).

Но в то же время ни себе, ни своим детям Трамп «превентивной амнистии» не дал. Дело не только в том, что импичмент, уже поддержанный в нижней палате Конгресса, не пройдет в Сенате (для этого нужно было бы как минимум 17 голосов «за» сенаторов-республиканцев, что заведомо невозможно). Просто после этого перспективы сохранения себя в политике оказались бы перечеркнутыми, потому что он бы тем самым фактически признал себя виновным (напомним: помилование — не есть оправдание).

Если уж говорить об импичменте, то, разумеется, затеявшие его демократы прекрасно знают все расклады. Их главные цели в этом процессе — нанесение Трампу на выходе максимального имиджевого ущерба и подстегивание расколов в Республиканской партии. Развитие ситуации — в том числе судьба раскола американского общества — зависит как от Трампа и республиканцев, так и от новой администрации и демократов.

Начнем с первых. Трамп своими действиями последних месяцев серьезно подорвал доверие умеренной и респектабельной части республиканцев, но сохраняет огромный авторитет среди массового избирателя. Иного лидера — не аппаратного, а публично-политического — у республиканцев нет. Да собственно бывший президент — если его преемник представляет другую партию — всегда и оставался таким лидером, пока не появлялся новый. Но никогда бывшим президентом не была такая противоречивая личность как Трамп (хотя и возможна частичная параллель с Никсоном). Майкл Пенс свой авторитет укрепил, но все же вряд ли выйдет в лидеры в ближайшей перспективе. А значит, будет конкуренция между трампистами и традиционными республиканцами, в том числе — за выдвижением кандидатов на выборах в 2022 и 2024 годах (с непредсказуемым результатом). Трамп же из президента превращается в лидера мнений — несравненного масштаба, но частное лицо.

И тут есть два важных следствия (в качестве гипотез, скорее).

Первое: политологи давно спорят о причинно-следственной связи между поляризацией в обществе и популярностью политиков-популистов. Но наиболее правдоподобно предположение, что первопричина — в обострении расколов, но если на этом процессе в политике поднялись популисты, то их публичная деятельность с высокой трибуны многократно эти расколы усиливает. А трибуна у Трампа с 20 января стала существенно ниже. Второе — напомним мудрое наблюдение Нойштадта: «сила убеждать» — мягко говоря, не достоинство Трампа, а именно она могла бы помочь ему «переизобрести себя» в новых условиях. Впрочем, не будем недооценивать его талантов публичного политика.

Казалось бы, перспективы Трампа и трампизма не очень радужны. Да, он оставил яркий след в публичной политике, его Make America Great Again сохранит популярность, абсурдное движение QAnon (утверждающее наличие заговора сатанистов-педофилов во главе с руководством Демократической партии, которому противостоит Трамп) тоже не исчезнет — логотип этого движения засветился и во время штурма Капитолия. Но тренд на ослабление практически неизбежен после поражения Трампа.

Единственное, что может наполнить его паруса новым ветром, это (мы переходим ко второму фактору) провал политики новой администрации. О ее перспективах нужен отдельный серьезный разговор. Ограничимся лишь общим рассуждением: немедленная повестка дня команды Байдена — борьба с коронавирусной пандемией и ее последствиями для экономики и рынка труда. Надежды на хороший результат есть — в положительной динамике экономики в последние месяцы, в запрошенных президентом $1,9 трлн (!) на борьбу с COVID и в общей «кейнсианской» линии стимулирования экономики деньгами (очевидно, безальтернативной в период пандемии). Но если этот курс не приведет к новому подъему Америки, глубокая затяжная фрустрация подавляющего большинства в американском обществе неизбежна, а это поле для новых противостояний и популистской волны. Оседлает ли эту волну Трамп или у нее будут новые лидеры — если позволите, «внуки Трампа» и «племянники QAnon’a» — вопрос будущего.

Борис Макаренко, The Insider

Спампоўвайце і ўсталёўвайце мэсэнджар Telegram на свой смартфон або кампутар, падпісвайцеся (кнопка «Далучыцца») на канал «Хартыя-97».