Путин дает старт новой мобилизации?

Что будет, если и она провалится.

Путин хочет призвать еще до 500 тысяч человек. Это может предвещать новое крупное наступление России

Путин стремительно исчерпывает возможности добиться даже своих минимальных целей в Украине — прежде всего полного захвата Донбасса. И надеется, что несколько сотен тысяч дополнительных военнослужащих позволят ему переломить ситуацию, — однако с учетом того, насколько заметно выросла эффективность украинских сил в 2026 году, рассчитывать на это становится все сложнее.

Так что, если новые войска не помогут Путину захватить Донбасс в течение ближайшего года? Какие варианты у него останутся?

Во-первых, он может немедленно объявить о прекращении огня и рассчитывать, что администрация Трампа оценит его как инициатора мирного процесса и поддержит его территориальные требования на переговорах с Украиной.

Такой сценарий возможен, но он не позволит Путину добиться ни одной из его давних целей в отношении Украины, а отказываться от них он, скорее всего, не захочет. Кроме того, это создало бы проблемы для Путина внутри страны: к тому времени на его счету будет более 1,5 млн потерь, а предъявить в качестве результата практически нечего. Попробуйте после этого убедительно представить происходящее как победу — в России или где-либо еще.

Во-вторых, Путин может пойти на дальнейшее ужесточение войны: усилить мобилизацию, расширить применение химического оружия или даже продемонстрировать готовность использовать ядерное.

Однако прежние попытки ядерного шантажа не заставили Украину отказаться от защиты своей территории. Да и НАТО уже в значительной степени перестало поддаваться подобным угрозам Путина. Если же появятся убедительные разведданные о том, что Путин отдал приказ подготовить возможные ядерные удары по Украине, позиция США и НАТО может измениться. Возможно, это также заставит вмешаться Китай, — как, судя по всему, уже было в прошлом.

Путин вряд ли хотел бы такого развития событий. Поэтому и этот сценарий выглядит маловероятным в случае, если мобилизация не поможет ему добиться желаемых военных целей.

Наконец, Путин может выбрать стратегию «удерживать позиции в Украине, наносить удары в других местах» — чтобы получить хотя бы подобие победы и одновременно продолжить проверять НАТО на прочность. Я не утверждаю, что этот сценарий вероятен, однако в случае провала мобилизации он может оказаться для Путина наиболее привлекательным.

Россия, возможно, способна добиться военного успеха в короткой и интенсивной кампании против одной из стран Балтии, одновременно спровоцировав кризис внутри НАТО. Это позволило бы Путину попытаться оправдать перед российским обществом катастрофическую стратегию последних пяти лет.

Ключевой вопрос здесь — решатся ли такие страны, как Испания или США, прийти на помощь «небольшой стране в Восточной Европе», рискуя ядерной войной? Путин может увидеть немало преимуществ в подобном расколе внутри НАТО.

Мобилизация еще даже не началась, поэтому все это пока лишь предположения. Но стоит задуматься о том, какую роль она может сыграть в российской военной кампании — и как Путин может попытаться использовать ситуацию, если новая мобилизация так и не изменит положение России на поле боя.

Южное наступление Украины

На прошлой неделе украинская сторона сообщила, что с января по август 2026 года украинским силам на юге страны удалось освободить 745 квадратных километров территории, находившейся под российской оккупацией. В ходе этих операций были освобождены 26 украинских населенных пунктов.

Украинское продвижение пришлось на районы действий российских группировок Южная и Днепр — и, по всей видимости, потребовало переброски оперативных резервов с другого направления, которые планировалось задействовать в другой операции ближе к северу.

С этим, скорее всего, связан и резкий рост российских потерь в июле. По оценке Министерства обороны Украины, за этот месяц российские войска потеряли почти 43 тысячи военнослужащих. Это один из самых высоких месячных показателей за всю войну и максимальный с января.

Пока этот результат не достигает отметки в 50 тысяч человек ежемесячных российских потерь, которую в начале года обозначил президент Украины, однако он значительно превышает средний показатель за последний год — около 30 тысяч россиян, ежемесячно выводимых из строя.

Судя по всему, южное наступление преследовало сразу две цели: освобождение территории и нанесение российским сухопутным войскам максимально возможного ущерба.

Этому, безусловно, способствовала и многомесячная кампания ударов средней дальности, которую проводят Силы беспилотных систем Украины. Эти операции нарушили российскую тактическую и оперативную логистику, ограничив возможности снабжения как передовых, так и резервных подразделений сухопутных войск.

Главный вопрос заключается в том, было ли южное наступление изначально задумано как тестирование новых украинских методов ведения наземного наступления или же оно выросло из серии локальных атак, которые удачно использовали уязвимые места российской обороны, и лишь затем превратилось в более широкую кампанию, о которой на этой неделе заявил Зеленский. Вполне вероятно, что имело место и то и другое.

Это важно потому, что на протяжении всей войны Украина демонстрировала готовность испытывать и совершенствовать тактику общевойскового боя, используя сочетание воздушных и наземных беспилотных систем. Они позволяют получать преимущество в тактической разведке, повышать эффективность украинской артиллерии при нанесении ударов по скоплениям российских войск, создавать условия для продвижения наземных подразделений — как на технике, так и пешком, — а также выполнять целый ряд вспомогательных задач: от радиоэлектронной борьбы и снабжения до ПВО, эвакуации раненых, минирования и разминирования и психологического воздействия на российские войска.

Одновременно по мере развития войны Украина все активнее возвращается к старому искусству военной хитрости и введения противника в заблуждение. Именно оно сыграло важную роль в подготовке наступлений под Херсоном и Харьковом в 2022 году, а затем — Курской операции 2024 года. Вероятно, этот фактор имел большое значение и в ходе южной кампании последних семи месяцев.

Украина демонстрирует готовность испытывать новые подходы на поле боя, которое стало гораздо более наблюдаемым, но отнюдь не полностью прозрачным, — и против более многочисленного противника, способного адаптироваться к меняющимся условиям.

На поверхности цель очевидна: защищать свою территорию и освобождать земли, оккупированные противником. Но в более широком смысле Украине необходимо создавать все более эффективные военные инструменты, способные наносить России еще больший ущерб непосредственно на поле боя.

И хотя украинские силы уже наращивают ежемесячные потери российской армии, им необходимо и дальше повышать этот показатель — до 50 тысяч человек в месяц и, возможно, даже выше. Это может стать необходимым условием для того, чтобы сдержать переброску новых российских войск, если Москва решит провести очередную мобилизацию уже в следующем месяце.

Что еще важнее, несмотря на эффект от продолжавшихся последний год дальних ударов по территории России — по энергетическим объектам, оборонным предприятиям, системам ПВО и логистическим центрам двойного назначения, таким как склады Wildberries, — Путин пока не продемонстрировал готовности отказаться от максималистских целей своей войны против Украины.

Поэтому Украине необходимо усиливать стратегическое давление на Путина. Одним из способов добиться этого могут стать новые наступательные операции — силами одного или нескольких армейских корпусов. Их главная цель — в течение следующего года вернуть значительные территории. Это могло бы стать частью комбинации из двух взаимодополняющих ударов по Путину — наступательных операций и ударов средней и большой дальности.

Это не только могло бы изменить стратегические расчеты Путина, но и, вероятно, еще больше повысило бы готовность администрации Трампа поддерживать Украину (не становясь при этом ее полноценным союзником). — как «сторону, которая выигрывает войну».

Какими бы ни были дальнейшие планы Украины — а я не сомневаюсь, что в ближайшие месяцы у нее припасено немало сюрпризов для России, — западным военным структурам еще многое предстоит понять из происходящего на юге Украины в последние месяцы. Некоторые из этих уроков могут оказаться особенно полезными для создания новых структур войск, для разработки тактических решений и концепций проведения военных кампаний, например:

новые тактические и оперативные приемы применения ударных беспилотников;

обновленные методы интеграции беспилотных летательных аппаратов во все ключевые этапы подготовки, штурма и развития наступательных операций;

способы использования наземных беспилотных платформ в штурмовых, наступательных и обеспечивающих подразделениях;

тактические и оперативные приемы введения противника в заблуждение в условиях все более высокой прозрачности поля боя.

В недавнем докладе, опубликованном Lowy Institute, я писал, что западные военные институты слишком медленно учатся на опыте Украины и демонстрируют системный дефицит способности извлекать уроки из этой войны. Украина продолжает давать нам важнейшие представления о современной войне и о том, как меняется характер вооруженных конфликтов. Нам нужно гораздо внимательнее изучать украинский опыт и одновременно оказывать Украине необходимую поддержку.

Ее наступательные операции последних семи месяцев дают для этого немало ценных уроков. Вопрос лишь в том, готовы ли мы их усвоить.

Перестановки в российском командовании

Успех украинских войск на юге может быть связан и с недавно объявленными кадровыми перестановками в российском командовании. Согласно указу, опубликованному на сайте президента России, новые командующие назначены в следующих структурах:

силы беспилотных систем России — генерал-полковник Денис Лямин;

объединенное командование тылового обеспечения — генерал-полковник Валерий Солочук;

группировка войск Центр — генерал-полковник Андрей Иванаев;

группировка войск Восток — генерал-майор Петр Болгарев.

Так что, если мобилизация Путина провалится?

Конечно, аналитики, следящие за событиями в России и Украине, пытаются понять, действительно ли Путин дал старт новой мобилизации. На прошлой неделе появились сообщения, что российский президент может планировать призвать до 500 тысяч человек для участия в войне против Украины — действующие кампании по набору контрактников, по всей видимости, уже не обеспечивают достаточного притока новобранцев, чтобы компенсировать потери российской армии.

Потребуется некоторое время — вероятно, два-три месяца, — прежде чем эти новые военнослужащие смогут попасть на фронт. Однако их появление может предвещать новое крупное наступление России на востоке или севере Украины зимой. На фоне нехватки ракет-перехватчиков для борьбы с баллистическими ударами зима для Украины может оказаться чрезвычайно тяжелой.

В то же время Киев удваивает усилия по нанесению российским войскам максимальных потерь и, судя по всему, движется к показателю в 50 тысяч убитых и раненых российских военнослужащих в месяц. Поэтому даже столь значительное пополнение российской армии, вероятно, даст Москве лишь краткосрочный эффект.

А если приток новых войск все же не позволит России изменить стратегическую динамику войны в свою пользу, — что тогда останется Путину?

Мик Райн, New Voice

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу charter97@gmail.com