24 мая 2017, среда, 3:26

Гибридная система имени Шарикова

4

В фигуре Путина уживаются его «собачье» чекистское прошлое и настоящее долларового миллиардера.

Политический режим президента РФ Владимира Путина, а также социально-экономическая система России и все основные общественные институты являются гибридными. Такое мнение высказал российский социолог и политолог Игорь Эйдман в своем Facebook.

"Путинский режим можно назвать гибридным, но появился он в результате скрещивания не авторитаризма и демократии, а советского бюрократического "реального социализма" и "дикого", бандитского капитализма", – отметил он.

По мнению политолога, государственная система России приобрела худшие черты "дикого капитализма" периода первоначального накопления, сохранив и основные советские пороки.

"Господство госбюрократии в экономике не мешает процветанию хищнической финансово-промышленной олигархии. Низкопробная рыночная массовая культура, ориентированная на пошлые обывательские вкусы, соседствует с почти советским идеологическим контролем над основными СМИ. Коммерциализация и дороговизна здравоохранения, образования, коммунальных услуг не меняет их низкого "совкового" качества", – подчеркнул он.

По мнению социолога, матерью этой системы является "совок", а отцом — "дикий капитализм" из советских пропагандистских страшилок.

"Все 1990-е годы шел мучительный процесс рождения монстра. А потом появился на свет путинский уродец-гибрид, взявший у родителей все самое худшее. Можно применить и другую метафору. Профессор Преображенский, пересадив дворовому псу гипофиз Клима Чугункина, создал монстра-Шарикова. А номенклатура, пересадив в советское тело некое извращенное подобие институтов "дикого капитализма", создала монстра путинской системы. Эта гибридная система "имени Шарикова" персонализирована в фигуре Путина, в которой мирно уживаются его "собачье" чекистское советское прошлое и настоящее долларового миллиардера", – заявил Эйдман.

Он отметил, что отцы-основатели постсоветской России и примкнувшие к ним экономисты-"реформаторы", судили о капитализме по советской пропаганде.

"Проводя реформы", они ориентировались именно на этот образ. Советская номенклатура, думаю, люто завидовала буржуям с картинок "Крокодила", с толстыми сигарами в зубах, сидящим на денежных мешках, к услугам которых собственные яхты, самолеты и очаровательные красотки. Представляете, читает советский министр сыну стихи Маршака и думает: "Вот везет же этому мистеру Твистеру – бывший министр, а "владелец заводов, газет, пароходов". А я настоящий министр, но нет ничего собственного, даже дача и машина государственные. Снимут, вообще без штанов останусь, передать тебе сыночек, кроме связей, ничего не смогу". Так в коллективном бессознательном номенклатурщиков и зародилась мечта о лубочном карикатурном капитализме, в котором они смогли бы стать настоящими "мистерами Твистерами". И, надо сказать, мечта большинства из них сбылась", – подчеркнул политолог.

По его мнению, правящая элита России отказалась только от того советского наследия, которое мешало ей обогащаться, создавать и передавать по наследству собственные бизнес-империи.

"Многое в советском опыте оказалось ей полезно для контроля над населением и финансовыми потоками. Прежде всего, это относится к тотальной пропаганде, карательной системе, направленной на подавление как политической, так и экономической несанкционированной активности населения. Путин скорректировал гибридную систему, возвратив в нее многие, уже казалось бы, ушедшие советские элементы. Началось все с безобидного вроде бы возвращения новой версии михалковского гимна. А потом Путин уничтожил всякую конкуренцию на выборах, восстановил политические репрессии против инакомыслящих, насадил государственную урапатриотическую идеологию, усилил бюрократический диктат в экономике", – продолжил Эйдман.

Он добавил, что параллельно при Путине резко усилились и пороки "дикого капитализма": коррупция, неравенство, социальное и трудовое бесправие и так далее.

"Трудно сказать, сколько еще проживет уродливый гибрид путинской системы. Однако в долгосрочной перспективе он обречен. Ведь, как показывает практика, гибриды не могут давать потомства, а гибридные системы — развиваться и отвечать на вызовы времени", – подытожил социолог.