17 августа 2017, Thursday, 6:32

Инвестиционная печалька

3

Предприятия в Беларуси не продаются до тех пор, пока от них не останутся одни руины.

Иностранные инвесторы не разделяют оптимизма белорусских властей по поводу инвестиционного климата. Личные гарантии президента, персональная ответственность губернаторов, многочисленные контрольные органы и жесткая вертикаль власти есть, а прямых иностранных инвестиций - кот наплакал. Ценовые причуды при определении условий вхождения на рынок, навязывание условий при приватизации, дискриминационные практики по доступу к ресурсам внутри страны - иностранные инвесторы не хотят рисковать своими деньгами ради гипотетического удовольствия стать владельцем части белорусского номенклатурного хозяйства. Об этом «БелГазете» рассказал председатель клуба финансовых директоров Андрей Карпунин:

Деловая атмосфера в Беларуси, особенно последние десятилетия, напоминает то ли жаровню, то ли адский котел, в котором вынуждены вариться белорусские предприятия и бизнес. Слава богу, что в такой ситуации еще есть курочки, способные хоть по зернышку, но привлекать ПИИ. Поэтому я бы сказал, что размер инвестиций в Беларусь соответствует ее инвестиционному климату. Государство настолько зашугало бизнес повальными арестами, что вслух об этой проблеме говорила теперь уже бывший директор Национального агентства инвестиций и приватизации Наталья Никандрова, отмечая, что аресты по экономическим делам убивают инвестиционный климат в стране.

Замечательный термин - «отрицательная селекция». Именно она способствует бегству капитала из страны. Руководство страны еще в первых числах весны пообещало, что в кратчайшие сроки примет меры по декриминализации экономических рисков. Середина июня - и откат во мнении, правда, на уровне руководителей ведомств, таких как КГК и МВД.

При закрытых дверях - власти понимают и соглашаются с позицией бизнеса, даже предлагают пункты-изюминки в разрабатываемые проекты. Но заканчивается совещание, проходит неделя, получаем итоговый проект на руки, а там - ложка дегтя в виде пары строчек, которые перечеркнули одновременно несколько положительных страниц проекта. В результате документ становится не только не рабочим, но даже вредоносным для бизнеса.

У бизнеса к власти было только одно требование: не ухудшать налоговую нагрузку, не вводить новые налоги и не увеличивать ставки, не перераспределять налоговую базу, не хитрить внутри налогового администрирования. Реформаторы от власти перевернули его с ног на голову: коль мы пообещали вам не хитрить и не усугублять, то сейчас пока ничего для вас сделать не можем.

Что касается АПК. Сначала государство изнасиловало людей, работающих на земле, и саму белорусскую землю, а теперь готово подписать контракт о прямых инвестициях в сельское хозяйство с Китаем на $1 млрд. с хвостом. Фактически - это продажа земли китайцам. Нельзя этого делать - это совершенно точно. Иначе получим пустыню Сахара. Пусть китайцы сидят в «Великом камне», клепают высокие технологии и не отвлекаются на натурпродукт.

Что позволено быку, то не позволено Юпитеру. Зато позволено зарегистрированным СЭЗам выстраиваться в очередь на получение точно такого же пакета льгот, как у «Великого камня». Но ведь у СЭЗов и так льготы, почему же они не смогли бурно развиваться до сих пор? Неужели, чем больше льгот, тем лучше? Логично все эти очереди на получение льгот и преференций, в которые выстроились СЭЗы и номенклатурные любимчики, ликвидировать. А вместе с ними должны кануть в Лету документы с пометкой «совершенно секретно» или ДСП, где прописаны преференции, налоговые льготы и кредиты для провластных фаворитов, которыми нынче кишит наша административная система.

Инвестиционная жизнь вне СЭЗов и «Великого камня» есть, но мизерная. Чем больше льгот у первых, тем меньше шансов у МСБ. Белорус, вложившийся в какой-нибудь пуховичский инструментальный цех или завод, сильно рискует остаться без него.

А вот принцип оценочной деятельности в Беларуси можно охаректиризовать так: лучше утка под кроватью, чем синица в руках. Поэтому зачастую предприятия не продаются до тех пор, пока от них не останутся одни руины.