ВСУ начали операцию по изоляции Крыма и юга

Это начало конца войны?

Сейчас Силы обороны Украины без привлечения особого внимания в информационном пространстве проводят операцию по изоляции Крыма и юго-западного фланга фронта. В случае успеха, это может привести к самоизоляции полуострова и превращению его из военного плацдарма, места «проекции силы» страны-агрессора России в неподъемную проблему для Кремля. Но это является лишь промежуточной целью. Конечная цель – военное поражение врага, из-за которого тот изменил бы ультимативные требования и был бы более склонен к компромиссам.

Если же говорить о завершении войны, а не о прекращении боевых действий, то очевидно, что российско-украинский конфликт может затянуться на десятилетия. Ведь Россия будет продолжать считать своими четыре области Украины плюс Крым, которые включила в свою конституцию. Поэтому в лучшем случае будет иметь место мирное сосуществование двух государств, а в худшем – периодические обострения конфликта.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказал содиректор программ внешней политики, координатор международных проектов Центра Разумкова, военный эксперт Алексей Мельник.

– Аналитики издания The Telegraph пришли к выводу, что Украина фактически вернулась к идее изоляции Крыма, которая была одной из ключевых целей контрнаступления 2023 года. В то же время, по информации движения «Атеш», оккупанты вынуждены сворачивать свои силы на Кинбурнской косе из-за нехватки топлива. Видите ли вы определенные признаки того, что ситуация может измениться кардинальным образом?

– Уважаемое издание, по сути, сообщает об определенных очевидных фактах. В данном случае, Украина не раскрывает детали или стратегические цели той операции, которая сейчас осуществляется, что, кстати, является ключевым отличием от коммуникации, которая была в 2023 году. Но тот массив информации, который появился в публичном пространстве, свидетельствует именно о такой стратегической цели. То есть, речь идет не только об изоляции Крымского полуострова, но и об изоляции юго-западного фланга театра военных действий.

– Как вы видите перспективы полной реализации этой цели, которую сегодня ставит высшее военно-политическое руководство Украины?

– Если говорить о том, как я понимаю эту конечную цель операции... Думаю, даже некорректно называть ее конечной целью, а скорее промежуточной целью, ведь все-таки конечной целью и целью должно быть нанесение России военного поражения. Я имею в виду на данный момент не освобождение территории Украины в пределах международно признанных границ – эта цель пока слишком максималистская и вряд ли реалистичная.

Но это нанесение военного поражения, которое побудило бы российское руководство к изменению ультимативных позиций, принятию компромиссов. Это то, что на сегодняшний день выглядит почти консенсусно – остановка конфликта по фактической линии соприкосновения. Это все мы говорим о конечной цели.

Если же говорить о промежуточной или вспомогательной цели, которая может привести к этому стратегическому результату,то это самоизоляция Крымского полуострова как российского военного плацдарма для поддержки южной группировки, для запуска с территории Крыма «Шахедов» или ракет по территории Украины, как пусть и менее функциональной, но все же базы Черноморского флота, то есть превращение Крыма уже не на военный плацдарм, не на плацдарм проекции силы, а на проблему, которая в определенный момент станет неподъемной.

Итак, это промежуточная цель, которая может приблизить нас к конечной стратегической цели.

– Вы сказали о самоизоляции Крыма как плацдарма. Если это случится, что это будет означать с точки зрения войны в целом и вектора, в котором она движется сегодня?

– Если мы оцениваем ту риторику, тот информационный фон, который сопровождает российско-украинскую войну, скажем, в течение последних полгода, то в мае практически единогласно начинают звучать такие заявления. Кто-то говорит о наступлении перелома, кто-то о приближении переломного момента. Президент Украины в своем интервью назвал это началом конца войны. Поскольку это уже звучит со всех сторон, создается впечатление, что это не просто надежды, определенные ощущения, а какие-то индикаторы того, что приближается переломный момент.

При этом надо отметить, что также и российский правитель говорит о том, что на его взгляд, по его оценкам, приближается конец войны. Правда, и та, и другая сторона утверждают, что их выводы базируются на оценке ситуации на поле боя.

Это является свидетельством разногласий скорее в оценках и в видении формата завершения войны, чем в единстве. Потому что Путин думает – или ему так докладывают, – что Россия, как он выражается, наступает каждый божий день, хотя объективные факты свидетельствуют об обратном.

Если все об этом говорят, наверное, для этого есть основания, но единственное, что российская сторона видит конец войны по-другому. Время от времени они намекают на то, что переговорный процесс на паузе, а армия пытается или будет пытаться и дальше добиться своих целей. Какие у них сейчас цели? По меньшей мере, захват четырех областей или принуждение Украины к сдаче этих областей – это для них определенный вариант победы.

– Действительно, очень часто мы забываем о том, что Россия записала в свою конституцию не только две области Украины – Донецкую и Луганскую – и Крым, но также Запорожскую и Херсонскую. Считаете ли вы, что они будут настаивать, по крайней мере, в нынешней ситуации, на том, чтобы война завершилась именно сдачей этих четырех областей, а не только части Донецкой области?

– Они, конечно, будут настаивать до последнего. Но что такое до последнего? Здесь могут быть разные варианты.

В свое время, Россия контролировала Херсон и почти всю Херсонскую область. Конечно, они первым делом везде повывешивали плакаты «Россия здесь навсегда». Возможно, кто-то в это и поверил, но оказалось, что пришлось делать «жест доброй воли».

Сейчас появляется определенная информация о борьбе «кремлевских башен» между собой, о том, что они рассматривают разные варианты. Как наиболее вероятные, наиболее достижимые требования, которые они могли бы продать собственному народу как победу, рассматривается захват остатков Донецкой области.

Они – или Путин лично – верят в то, что смогут сделать это военным путем. В идеале – заставить Украину через давление Трампа, чтобы она добровольно вышла из тех территорий. И это было бы значительно приятнее для них и легче продать как победу.

А дальше, если ссылаться на так называемую российскую конституцию, возникает уже новая реальность, когда Россия будет считать те территории оккупированными Украиной. Это парадокс, но это то, как они трактуют. И вот вам конфликт на десятилетия вперед. Есть территориальный спор, и кто бы там что россиянам не говорил, они уверены в собственной правоте. Этот конфликт, который в лучшем случае будет иметь форму мирного сосуществования, а в худшем случае будет вызывать периодические обострения.

Поэтому перспективы завершения войны на сегодня довольно туманны, несмотря на смелые заявления лидеров по обе стороны от линии фронта.

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу charter97@gmail.com