«Сначала шутят — потом просят приехать»

Работающий ассенизатором белорус рассказал, почему деньги не пахнут.

Работа ассенизатора — одна из тех, о которых принято шутить гораздо чаще, чем пытаться разобраться, как она устроена. Между тем за каждым вызовом стоят десятки километров поездок, постоянный ремонт старого МАЗа, шланги, которые стираются за несколько месяцев, и септики, в которых можно найти все что угодно — от строительного мусора до мобильных телефонов. Сегодняшний герой «Онлайнера» — Николай, который уже одиннадцать лет откачивает канализацию в Минске и окрестностях. Журналисты поговорили с ним о том, как приходят в эту профессию, сколько можно заработать и как однажды он едва не остался без главной детали своей машины.

Отдельной строчки «ассенизатор» в дипломах нет, специальной школы с учебными бочками и выпускным экзаменом тоже не существует. Как рассказывает Николай, в эту профессию обычно заходят через водительскую карьеру: сначала садятся рядом с более опытным человеком, смотрят, как обращаться с машиной и шлангом, а затем пробуют сами.

— До этого я несколько лет работал водителем, просто ездил на других автомобилях. Потом мне предложили попробовать здесь. Ну, я попробовал — так и остался. Никаких сомнений или дурных мыслей по поводу данной работы у меня вообще не было. Для меня главное — это сама работа водителем, ведь бо́льшую часть времени я нахожусь за рулем, а все остальное идет уже как приложение к этой профессии.

— А чтобы начать свое дело, сколько денег может понадобится на старте?

— Я работаю наемным водителем, и мне за мою работу платят зарплату. А если вы хотите зайти на рынок как ИП, например, то понадобится неплохой такой стартовый капитал. Тут надо понимать, какую машину ты хочешь покупать и какую цель преследуешь. Одни покупают авто для того, чтобы просто работать на себя, другие берут сразу несколько машин, нанимают водителей и так раскручиваются.

Как по мне, если начинать с маленьких объемов, то есть с одной машины, то, может быть, хватит и $10 тыс. Но здесь сложно говорить, потому что надо смотреть состояние машины.

МАЗ, которому больше 30 лет, и бочка

Рабочий инструмент Николая — МАЗ-5337 1991 года выпуска с 12-кубовой цистерной и вакуумным насосом. Грузовик давно не новый, поэтому мелкий ремонт для него — обычное дело. Водитель регулярно меняет прокладки и уплотнители, чтобы машина не подсасывала воздух, следит за насосом и шлангами.

— Самое главное в машине — удержать бочку. Все остальное можно купить, починить, а вот если бочку сложит, то это уже серьезная проблема. У меня такое один раз было, когда качал глубокий колодец. Тут бац — слышу хлопок. Сначала вообще не понял, что случилось. Потом вылез из кабины, смотрю, а заднюю часть бочки просто втянуло внутрь. Мы потом водой ее заливали, подавали воздух компрессором, чтобы обратно выгнуть. Но ничего не помогло, она уже уставшая от жизни была, пришлось менять. Хорошо, что тогда из нее ничего не потекло.

Еще один постоянный расходник — шланги. Их Николай таскает по дворам, через заборы и между деревьями, поэтому служат они по-разному: где-то хватает на полтора года, а бывает, что рвутся уже через несколько месяцев.

— Тут как повезет. Если по травке тягаешь, то шланг дольше живет. По асфальту или по гравию стирается быстро. Зимой в морозы может треснуть. Бывает, в глубоком колодце он перегибается, внутри собирается жидкость, и кольца начинают ломаться. Поэтому шланги в нашей профессии — постоянный расходник.

«Первый день? Посмотрел, оценил обстановку и пошел работать»

Кажется, первый рабочий день ассенизатора должен запомниться на всю жизнь. Николай после небольшой паузы только пожимает плечами и уверяет, что ничего такого у него не было.

— В первый рабочий день, как и в любой работе, сначала проходишь стажировку. Мне показали, как все устроено, что нужно делать, а дальше я уже самостоятельно приступил к работе. Я понимал, куда иду, понимал, чем придется заниматься, поэтому никаких неожиданностей для меня здесь не было.

Жена и друзья к моей работе относятся нормально. Как по мне, самое главное, как говорится, чтобы был доход.

Первые заказы, вспоминает Николай, выполнялсь не так быстро, как сейчас.

— В первые дни все получалось медленно. Хотелось сделать работу качественно, поэтому я и не торопился. Сейчас уже все получается гораздо быстрее. Каких-то серьезных «косяков» у меня не было. Если и случалась какая-то мелочь, я всегда старался решить ее на месте, чтобы и заказчик не обижался, и у самого потом на душе было спокойно. Один раз в узком заезде немного «подровнял» человеку ворота. Вот, наверное, это самый большой мой «косяк».

— С чего начинается день ассенизатора?

— С чашки кофе, — смеется Николай. — А дальше завел машину — и поехал, как говорится, до победы. Бывает такое, что, допустим, с вечера поленился устранить воздух в бочке или какую-нибудь прокладку поменять, тогда еще утром что-то где-то подкручиваешь. Сам рабочий день выглядит так: приезжаешь на объект, откачиваешь канализацию, потом едешь на сливной пункт, сливаешь бочку и отправляешься к следующему заказчику. Меняются только маршрут и количество заказчиков.

Сейчас по Минску сливной пункт фактически один. Поэтому бывает, что от объекта до него ехать 10 километров, а бывает, что и все 50. Раньше, когда точек слива в городе было больше, удавалось делать восемь заказов за день. Сегодня в день примерно реально выполнить три-пять заказов, но понятное дело, что все зависит от расстояний.

— Тяжелая у вас работа?

— На самом деле, больше всего устаешь от дороги. За день можно намотать 300—400 километров. Машин много, постоянно нужно следить и за дорогой, и за другими водителями, и за собой. Вот это действительно выматывает. А откачать саму канализацию — дело нескольких минут.

При этом есть вещи, которые раздражают даже опытного водителя: например, когда в септик летят строительный мусор, тряпки, доски или влажные салфетки.

— Самое сложное в нашей работе — это когда в колодцах мусор. И речь тут не только про салфетки. Бывает, в канализации строительный мусор, доски плавают. Встречалось даже такое, что и одежда, и тряпки плавали. Все это приходится отгонять, чтобы не присасывалось к шлангу при откачке канализации. Если шланг засорится, может сжать бочку, то есть ты сразу останешься без работы.

Впрочем, иногда канализация преподносит приятные сюрпризы.

— Я всегда говорю: что попало в канализацию, то пропало. Когда чистится бочка, находились телефоны, кольца и сережки — золотые они или нет, не знаю. Мы себе ничего не оставляем, все сразу выкидываем, потому что найти владельца проблематично: тот же телефон мог месяца три в бочке кататься. Бывает, приезжаешь к клиенту, а он говорит: «Я тут телефон уронил, помогите». Но искать его, конечно, никто не будет.

«Люди думают, что мы воняем на весь свет»

Разговор о профессии ассенизатора рано или поздно все равно сводится к запахам. Мы тоже не стали делать вид, что этот вопрос нам не интересен.

— Я никогда не работал в респираторе. Просто пришел на стажировку, понял, что с этими запахами справлюсь, и все. За одиннадцать лет работы канализационный запах я уже, как говорится, не чувствую. Единственное, что пробивает, — это когда надо откачивать биотуалеты, но, слава богу, с ними мы работаем редко.

Да, бывают странности. Помню, был у меня один заказчик, который, как только я приезжал, сразу прятал со двора всех детей и закрывал окна в доме. Пока не закроешь люки, он никого на улицу не выпускал. Еще некоторые клиенты думают, что мы воняем на весь свет и к машине лучше не подходить, а то сознание потеряешь. Но это все бред. Люди просто из-за самой специфики профессии придумывают лишнее, потому что ну нет там такого сильного запаха.

— А какой запах для вас неприятнее всего?

— К любым запахам привыкаешь. Я вот машину сам крашу — там ацетоном воняет, но и к нему привык. Конечно, если запах совсем резкий, ты его почувствуешь, и это, наверное, даже хорошо: значит, еще живой. А так, чтобы был нелюбимый запах или любимый — такого у меня нет.

— Для вас деньги не пахнут?

— Да, деньги не пахнут. Но в то же время это самая грязная вещь в мире.

Сколько зарабатывает ассенизатор

Раз уж деньги все-таки всплыли в разговоре, самое время выяснить, сколько стоит один заказ и какую сумму в итоге получает сам водитель.

— Если брать стоимость самого заказа, то тут все зависит от многих факторов. В первую очередь — от расстояния до объекта, удаленности от сливного пункта, сложности работы, от того, сколько шланга надо размотать. Если брать самый простой вариант, когда объект находится рядом со сливом, то цены начинаются примерно от 80 рублей.

Когда разговор заходит о собственном заработке, Николай отвечает заметно осторожнее. Говорит, громкие цифры звучат красиво только со стороны, но люди редко задумываются, сколько денег уходит на топливо, обслуживание машины и расходники.

— Про какой-то колоссальный доход говорить сложно. Конкуренция выросла, расстояния стали больше. Если брать средний заработок за день, то бывает от 200 рублей и выше. Можно и 500 рублей заработать, если очень постараться. Тут все зависит от того, как сложится день, какие будут заказы.

Но надо учитывать, что из этих денег нужно сразу вычесть на топливо, на обслуживание машины, на расходники. В летний период работаем практически каждый день, суббота и воскресенье у нас выходные, потому что станция не работает. Не скажу, что я миллионер. Нет, но моего заработка мне на жизнь хватает.

«Сначала шутят. Потом просят приехать»

Стоит человеку узнать, кем работает Николай, и разговор почти всегда идет по одному сценарию. Сначала звучит пару шуток — без них, признается мужчина, не обходится почти никогда. Однако за годы работы Николай привык к такому отношению и давно не обижается.

— Ни на какие песенки, анекдоты, шутки я не обижаюсь. Пошутили и пошутили, я всегда положительно отношусь к юмору. У нас в коллективе нет такого, чтобы друг друга унижать или обзывать целенаправленно. Мы если между собой и шутим, то по-доброму.

Я считаю, что наша работа действительно важна, потому как мы оказываем услугу, которая жизненно необходима людям. Очень много населенных пунктов не подключены к центральной канализации, и без ассенизаторов им не обойтись.

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу charter97@gmail.com