2 марта 2024, суббота, 11:55
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Валентин Стефанович: Власти опасаются акций протеста в год выборов

4
Валентин Стефанович: Власти опасаются акций протеста в год выборов

Николаю Дедку хотят продлить срок, так как считают, что он может организовать акции протеста.

Стало известно о новой провокации против политзаключенного. Срок заключения Николая Дедка могут увеличить еще на год. За неоднократное нарушение режима и злостное неповиновение администрации тюрьмы, против него заведено новое дело, которое рассмотрит выездной суд прямо в колонии. Что это означает и законны ли такие действия со стороны государства, charter97.org узнавал у заместителя председателя правозащитного центра «Весна» Валентина Стефановича.

– Что из себя представляет такой выездной суд?

— Про выездной суд как раз у нас и есть опасения. Мы не знаем, как он будет проходить. Но если брать во внимание опыт предыдущего аналогичного случая с Дмитрием Дашкевичем, когда его тоже привлекали к ответственности по 411 статье, то суд проходил на территории колонии. Было выездное заседание в закрытом режиме, на котором имели возможность присутствовать только непосредственно участники процесса, то есть, сам Дмитрий Дашкевич и его адвокат. Естественно, прокурор, свидетели и так далее. Никто другой не мог попасть на этот суд — ни общественность, ни правозащитники, ни представители дипмиссий. Поэтому мы опасаемся, что и в случае с Дедком, если дело дойдет до суда, а скорее всего так и будет, он будет происходить в таком же режиме.

— Чем такой формат суда может быть опасен?

— Тем, что мы не будем знать всех обстоятельств дела и не будем видеть, что реально за ним стоит. Хотя, в принципе, нужно отметить, что сама 411 статья — это ответственность за систематическое невыполнение требований администрации исправительного учреждения, то есть, фактически, это наказание за то, что уже было. То есть, суммируются все случаи дисциплинарной ответственности того или иного заключенного, которые были на протяжении какого-то периода времени — года или двух — и за это человека наказывают снова.

— Как вы оцениваете практику таких выездных судов с точки зрения законности в таких случаях, как с Николаем Дедком?

— Выездные заседания суда предусмотрены законом, и в некоторых случаях они происходят и на территории колонии, в том числе, они могут носить дисциплинарный эффект. В некоторых случаях это может быть связано с соображениями безопасности — можем вспомнить дело банды Морозова. Но дело тут не в этом. Ведь здесь мы имеем выразительно политическое дело с политическим контекстом. Конечно, мы требуем прекращения уголовного преследования Дедка, не говоря уже про открытые либо закрытые дополнительные процессы. Необходимо просто прекратить преследование, чтобы человек мог быть освобожден хотя бы по окончании своего срока заключения, который он уже в марте отбыл, то есть ему нужно выходить на свободу.

— За что к нему администрация так цепляется?

— Подробности неизвестны, но можно сделать вывод, что Дедок неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности и об этом регулярно сообщалось в СМИ. Он водворялся в ШИЗО за якобы нарушения режима. После 19-го декабря, мы видим такую тенденцию, когда на заключенных фактически организуют давление со стороны администрации исправительных организаций, причем давление может осуществляться как непосредственно со стороны администрации, так и через других заключенных. Это новые тенденции, которые появились после 2010 года. Раньше такие случаи бывали, но политзаключенные и раньше сидели в тюрьмах, а таких больших проблем тогда не было. А сейчас это уже система.

— Зачем власти усиливают таким образом давление на политзаключенных? Ведь они уже и так за решеткой, неужели нельзя оставить людей в покое?

— Это делается, чтобы сломать людей. Чтобы люди боялись попадать под репрессии, чтобы боялись уголовного преследования. Потому что, насколько мне известно, сейчас никто уже даже не заставляет писать никаких прошений о помиловании. То есть система работает сама по себе. А если рассматривать этот конкретный случай с Дедком, то мне кажется, что тут еще, конечно, фактор «выборов» следующего года. Просто власти решили перестраховаться и не освобождать его в год президентских «выборов», особенно потому что власти, судя по всему, считают его особо опасным элементом, который способен к организации акций протеста. Но в принципе, хотелось бы в очередной раз подчеркнуть, что 411 статья — это старое советское наследие, и ее нет в законодательстве ни Украины, ни России. Однако эта статья активно используется в Беларуси не только против политзаключенных, а в принципе. Она характерна тем, что ее всегда можно использовать против неугодных администрации того или иного исправительного учреждения заключенных.

— Можно ли на данном этапе как-то помочь Николаю Дедку, предотвратить это дополнительное наказание?

— Со стороны правозащитников на этом этапе ему помочь невозможно. Мы помогаем тем, чем можем помочь, но тут этого мало. Необходимо, чтобы международное общество давало оценку тому, что происходит у нас в стране и настойчиво требовало освобождения политических заключенных. В первую очередь я имею в виду организации Евросоюза. Мы-то про это говорим и пишем, но в последнее время также очень часто доводится слышать о «потеплении отношений» между режимом и ЕС, про то, что это «либерализация». Возможно, на уровне контактов наших дипломатов и представителей Евросоюза это потепление и есть, но внутри Беларуси мы наблюдаем обратный процесс. Выдворение Елены Тонкачевой из Беларуси по какому-то абсолютно смешному поводу, уголовное дело Юрия Рубцова, уголовное дело против Николая Дедка… Это никак не свидетельствует о каких-либо положительных изменениях, а скорее говорит нам об ухудшении общей ситуации с правами человека. Я уже не говорю про общую ситуацию с реализации общественных и политических прав в стране — это вообще никаким образом не меняется.

Напомним, Николай Дедок, а также проходившие с ним по одному делу Игорь Олиневич, Александр Францкевич были осуждены судом Заводского района Минска 27 мая 2011 года. Они были признаны виновными в преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 339 Уголовного кодекса Беларуси (злостное хулиганство) и ч. 2 и 3 ст. 218 УК (умышленное уничтожение либо повреждение имущества). Им инкриминировалcя ряд нападений на здания и поджоги, в частности проведение несанкционированной антивоенной акции возле здания Министерства обороны в 2009 году, забрасывание бутылками с зажигательной смесью территории посольства России в Минске и здания тюрьмы на улице Окрестина в 2010 году.

Правозащитники считают приговор Николаю Дедку и другим осужденным по этому делу политически мотивированным и считают Николая Дедка политическим заключенным.

Написать комментарий 4

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях