Путин на грани капитуляции или ресурс России бесконечен?

Главное нам сейчас — не впасть в две крайности.

Последние дни дали важное изменение в самом характере войны. Украина больше не просто обороняется от российского нашествия, а системно переносит войну в оперативный тыл противника, бьет по логистике, топливу, мостам, складам, железной дороге, нефтебазам, радиолокационным станциям и маршрутам снабжения. Это еще не «победа до зимы» и не повод для эйфории. Но это уже совсем другая ситуация, чем год назад.

Ключевое изменение заключается в том, что российский тыл перестает быть безопасным. Дроны средней дальности, удары по трассам снабжения, атаки по объектам в Крыму, Краснодарском крае, Волгоградской области, Белгородской области и вокруг крупных российских городов создают для России новую реальность. Война, которую Кремль годами пытался продавать собственному населению как нечто далекое, телевизионное и контролируемое, все чаще приходит в виде взрывов, пожаров, дефицита топлива, сбоев транспорта и страха перед небом.

Нынешняя украинская стратегия не является повторением контрнаступления 2023 года. Тогда ставка была на физический прорыв и разрезание сухопутного коридора в Крым. Сегодня ставка другая: удары по мостам, железнодорожной инфраструктуре, нефтебазам и маршрутам через Чонгар, Джанкой, Керчь и южный коридор не означают автоматической изоляции полуострова. Россия будет искать обходные маршруты, перебрасывать ПВО, усиливать маскировку, строить сетки, запускать перехватчики, копировать украинские решения. Поэтому говорить, что Крым уже «отрезан», неправильно. Однако он снова становится для России не тыловой базой, а проблемой. И это очень существенно.

На этом фоне Европа начинает формулировать более целостную политическую рамку. Лондонская встреча Зеленского, Стармера, Макрона и Мерца дала пять базовых принципов:

1. Немедленное и полное прекращение огня;

2. Линия соприкосновения как стартовая точка переговоров, но без признания изменения международных границ силой;

3. Право Украины самостоятельно выбирать союзы по безопасности;

4. Юридически обязывающие гарантии безопасности;

5. Сохранение замороженных российских активов до прекращения агрессии и компенсации убытков.

Это не мирный план в финальном виде. Это политический каркас. Но он важен, потому что впервые за долгое время военная динамика Украины и дипломатическая позиция Европы начинают выглядеть взаимосвязанными. То есть Украина создает давление на поле боя, а Европа создает рамку, в которой это давление может быть конвертировано в переговорную позицию.

Параллельно ЕС продолжает финансовую поддержку: очередной транш Ukraine Facility почти на 2,8 млрд евро, дискуссия о средствах на дроны, подготовка нового санкционного пакета, давление на теневой флот, попытки усилить оборонно-промышленное сотрудничество.

Но надо честно видеть и риски.

Первое. Россия еще не сломана. Она адаптируется, ищет контрмеры и имеет большой запас жестокости.

Второе. Удары по логистике могут стабилизировать фронт и снизить наступательный потенциал противника, но сами по себе они не гарантируют политического решения в Москве.

Третье. Усталость российского общества не равна автоматическому антивоенному взрыву. В диктатуре недовольство долго может оставаться частным страхом, а не публичным действием.

Четвертое. Путин может ответить не миром, а новой мобилизацией, усилением террора против украинских городов, атаками по энергетике, диверсиями в Европе или попыткой политической дестабилизации Украины.

Поэтому Украина еще не получила гарантии завершения войны. Самое важное сейчас — не впасть в две крайности. Первая крайность — пессимизм, будто ничего не меняется и Россия всегда имеет бесконечный ресурс. Это неправда. Меняется очень многое. Российская логистика становится уязвимой, украинские технологические решения масштабируются, Европа постепенно переходит от сочувствия к промышленному участию, а война начинает бить по внутреннему ощущению безопасности самих россиян.

Вторая крайность — эйфория, будто Путин уже стоит на грани капитуляции. Это также неправда. Кремль еще имеет ресурсы для продолжения войны и может выбрать самый опасный вариант — не остановку, а эскалацию.

Реальность — между этими крайностями.

Украина сегодня не просто держится. Она нащупывает новую модель войны: технологическую, асимметричную, логистическую, экономически рациональную. Ее суть проста: не обязательно уничтожить все российское войско на фронте, если можно лишить его горючего, боеприпасов, дорог, складов, ремонтов и ощущения безопасного тыла. Именно это и есть главное изменение начала лета 2026 года.

Россия хотела войны, которая никогда не придет к россиянам. Украина постепенно разрушает эту иллюзию.

И теперь вопрос для Кремля звучит иначе: не — может ли Россия еще воевать, а сколько еще она сможет платить за продолжение этой войны — военно, экономически, политически и психологически.

Виктор Ягун, «Фейсбук»

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу charter97@gmail.com