16 октября 2021, суббота, 7:04
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Борис Тарасюк: Дипломаты первыми поддержали революцию

22
Борис Тарасюк: Дипломаты первыми поддержали революцию

Нельзя идти на компромиссы с авторитарными режимами, уверен бывший глава МИД Украины.

Сегодня белорусским и украинским демократам нужно бороться за свободу вместе, считает бывший глава Министерства иностранных дел Украины, член Комитета Верховной Рады по вопросам европейской интеграции Борис Тарасюк. Дипломат с почти 40-летним стажем, который сейчас также является сопредседателем Парламентской ассамблеи Евронест, дал интервью главному редактору сайта charter97.org Наталье Радиной.

- Борис Иванович, вы дважды были министром иностранных дел. Оцените нынешнее состояние белорусско-украинских отношений.

- Не могу сказать, что в последнее время мы являемся свидетелями каких-то драматических событий в белорусско-украинских отношениях. Но эти отношения, как и в предыдущие годы, осложнены нерешенными проблемами. Среди них - проблема делимитации государственной границы. Это осложняет наши отношения, но, тем не менее, не влияет на общий фон торгово-экономических отношений между Украиной и Беларусью.

Проблема заключается в белорусском руководстве. Лукашенко лично давно мог бы закрыть эту тему. Но он продолжает держать ее в подвешенном состоянии, очевидно, по двум причинам. Одна из них – это требование Москвы, которая заинтересована в том, чтобы у Украины были, пусть и маленькие, но проблемы. А вторая причина, видимо, в том, что президент Беларуси ожидает, что Украина заплатит несуществующий долг.

- Почему руководство Украины всегда делало ставку на отношения с Лукашенко? После победы «оранжевой» революции, белорусские демократы надеялись на поддержку. Но вместо этого Виктор Ющенко предпочел выстраивать отношения с диктатором.

- Это зависит от того, кого считать руководством Украины, а кого - украинскими демократами. Да, белорусский режим является авторитарным, но торговые отношения должны сохраняться. Этим я объясняю тот факт, что Ющенко встречался с Лукашенко.

Лично я никогда не прерывал контактов с белорусской оппозицией и как представитель оппозиции, и как министр иностранных дел. Но, прежде всего, белорусская оппозиция должна работать над расширением базы своей поддержки среди населения Беларуси. Любой режим делает то, что ему позволяет общество. Хотя, конечно же, нельзя сравнить авторитарные режимы Кучмы или Януковича с режимом Лукашенко.

С другой стороны, я частично принимаю претензии к украинским демократам и готов выслушать и обсудить то, что мы можем сделать вместе с вами сейчас, когда сами находимся в оппозиции.

Поверьте мне, за многие годы деятельности и в качестве дипломата, и в качестве политика я пришел к заключению, что никто из-за рубежа нам не поможет. Мы сами должны делать всю работу.

- Почему, на ваш вгляд, не оправдались надежды Збигнева Бжезинского на то, что независимая Украина станет «освободителем» региона? Напомню, что, по его словам, Украина – это новая важная «клетка», возникшая на евразийской шахматной доске, геополитическая ось. Само ее существование в качестве независимого государства способствует трансформации России.

- Конечно же, Украина по своим масштабам и традициям имеет все основания, чтобы быть лидером региона. И она такое качество демонстрировала после победы демократии в 2004 году. С нынешней властью Украина не может быть лидером в регионе в силу известных обстоятельств и из-за того, как сегодня воспринимают страну в Европейском союзе, США, во всем демократическом мире.

- Вы активный сторонник и последователь евроинтеграции, хотя работали еще в Министерстве иностранных дел Украинской ССР. Откуда у советского дипломата появилась убежденность, что Украина должна быть только в Европе?

- Во-первых, нельзя дипломату полагаться только на инструкции и указания. Дипломат должен сам проводить умственную работу и наметить для себя какие-то ориентиры. Я для себя их наметил, работая в МИД УССР с 1975 года. Конечно же, это произошло не сразу, постепенно, но то, что дипломаты имели возможность видеть жизнь за пределами «железного занавеса», во многом способствовало расширению нашего кругозора и восприятию внешнего мира.

Когда в 1990 году возникло новое окно возможностей для получения независимости, украинцы с готовностью им воспользовались. Уже в августе 1990 года я был в группе дипломатов во главе с тогдашним министром иностранных дел, которые начали непосредственные двусторонние международные контакты. Сначала была Венгрия, потом Польша, потом Германия. Вопрос независимости был для меня недискуссионным. Я и другие украинские дипломаты еще в УССР работали на независимую Украину, несмотря на то, что независимость формально была провозглашена только через год.

Кстати, после путча 1991 года в МИД состоялось импровизированное собрание дипломатов, во время которого мы однозначно стали против руководителей путча, в том числе, и в Украине. В 2004 году во время «оранжевой» революции, когда миллионы украинских граждан восстали против недемократического режима, против фальсификаций выборов, именно дипломаты в центральном аппарате и в зарубежных дипломатических учреждениях подписали декларацию о поддержке демократии и народа.

Это был смелый шаг, никто из представителей других профессий этого не сделал. Более 500 украинских дипломатов поддержали «оранжевую» революцию. Это говорит о чувстве патриотизма, которое присуще украинским дипломатам. Все это в комплексе и привело меня однозначно и безальтернативно к осознанию того, что Украина должна быть частью объединенной демократической Европы - и членом Европейского союза, и членом НАТО. К сожалению, нынешняя власть исключила цель присоединения Украины к НАТО, но я считаю, что когда мы вернемся к власти, мы восстановим этот государственный курс.

- А какой внешнеполитический курс у Виктора Януковича? Новая модель сотрудничества между Украиной и Евразийским экономическим союзом противоречит членству в ВТО и стратегическому курсу на евроинтеграцию.

- Если коротко, то я бы охарактеризовал внешнеполитический курс Януковича как реактивную политику. Есть реакция на внешние факторы, но нет конструирования внешней политики.

Я понимаю, почему это происходит. Украина фактически перестала быть субъектом внешней политики, с 2010 года она стремительно превратилась в объект политики. Причем факторы влияния на объект - внешние. Это, в основном, Россия, ЕС и США. Конечно же, такая ситуация не могла не сказаться негативно на реализации внешнеполитических интересов Украины.

Сегодня Украина находится в состоянии международной изоляции. Не в такой, в какой находится Беларусь. Очень часто можно услышать, дескать, Украина - не Беларусь. Да, это так. Но если сравнить с предыдущими периодами, то сейчас мы в состоянии внешнеполитической изоляции. Для того чтобы не быть голословным, я приведу некоторые факты.

В прошлом году президента Януковича не приняли ни в одной стране ЕС и в США. Саммит Центральной Европы, на который он пригласил лидеров 20 стран ЦЕ в Ялте в мае прошлого года, закончился бойкотом со стороны 16 президентов, и таким образом, саммит не состоялся.

Сегодня в кулуарах европейских структур очень серьезно обсуждаются, в в Конгрессе США даже принята резолюция о санкциях против тех представителей режима, которые нарушают права человека, которые совершают репрессии против лидеров оппозиции, которые «крышуют» так называемые правоохранительные органы в их борьбе с политическими оппонентами. Такого еще не было в истории независимой Украины. Я могу припомнить лишь один случай, когда Украина находилась в международной изоляции, и это было связано с внутренней дискуссией относительно судьбы ядерного оружия в 1992-93 годах.

- Вы несколько месяцев были министром иностранных дел вопреки воле Януковича. Почему он вас так не взлюбил и требовал вашей отставки?

- Его правительство начало свою деятельность в августе 2006 года. Я подал в отставку в конце января 2007 года. Он выразил мне недоверие в 2006 году, с чем не согласился тогдашний президент Ющенко. По Конституции я подчинялся президенту, который дал мне указания продолжать выполнять свои функции. Но в конце концов, когда ситуация оказалась, на мой взгляд, абсолютно недопустимой с точки зрения морали и отношения к дипломатам (а тогда МИД стоял фактически перед угрозой прекращения финансирования со стороны правительства Януковича) я решил, что лучше уйду в отставку, чтобы не страдали мой коллеги.

Я не был человеком Януковича. Более того, принадлежал к противоположному политическому лагерю. В то время я, в том числе, возглавлял легендарный Народный Рух Украины, и, конечно, был политическим оппонентом правительства. Это было одним из элементов конфронтации между тогдашним премьером Януковичем и президентом Ющенко. Чем она закончилась, вы знаете – досрочными парламентскими выборами.

- Кого вы поддержите на президентских выборах 2015 года?

- Это зависит от нескольких факторов. Если Юлия Тимошенко нашими усилиями и усилиями зарубежных партнеров выйдет на свободу, то я не вижу альтернативы. Тем более, объединение оппозиции «Батьківщина» приняло решение, что единственный кандидат, которого мы будем поддерживать – это Юлия Тимошенко. Если же этого не произойдет в силу тех или иных причин, то я сейчас не вижу оснований для того, чтобы априори определяться со своими симпатиями. Это будет результатом наших внутренних дискуссий.

В конце концов, я принадлежу к политическому руководству объединенной оппозиции «Батьківщина». Вместе с УДАРом Виталия Кличко и «Свободой» Олега Тягнибока мы определимся ближе к выборам. Наша цель состоит в том, чтобы выдвинуть единого кандидата. Говорить о том, кто будет этим кандидатом, пока рано. Но, тем не менее, социология не оставляет шансов Януковичу быть избранным. Социологи говорят, что кто бы ни был единым кандидатом от оппозиции, Янукович ему проиграет.

- Ожидается, что на саммите «Восточного партнерства» в Вильнюсе будет подписано соглашение об ассоциации с Украиной. Нужно ли подписывать данное соглашение с нынешним руководством страны?

- Как последовательный евроинтегратор, которого называют евроромантиком, я выступаю за подписание соглашения об ассоциации. И, кстати, начало работы по этому соглашению было положено именно нами, демократами, в 2006-2007 годах. В то же время я поддерживаю те условия, которые выдвинул ЕС в решении Совета министров иностранных дел 10 декабря прошлого года.

Напомню, это три группы условий. Первое – это прекращение избирательного правосудия, персонификацией которого был Юрий Луценко, а сейчас остается Юлия Тимошенко. Второе – это приведение нашего избирательного законодательства в соответствие с рекомендациями Венецианской комиссии и Бюро демократических институтов и прав человека. И третье – это проведение реформ, которые Украина обязалась провести в соответствии с повесткой дня ассоциации. Вот, собственно говоря, те минимальные требования, которые мы, представители демократической оппозиции, выдвигаем к подписанию этого соглашения.

Есть страны-члены ЕС, которые готовы подписать данное соглашение без этих условий. Я считаю это неправильной позицией.

Это компромисс с фундаментальными ценностями и принципами ЕС, чего нельзя делать ни по отношению к Януковичу, ни к любому другому авторитарному режиму.