19 апреля 2019, пятница, 8:17
За нашу и вашу свободу!
Рубрики

Беларусь откажется от «зеленой» энергетики?

10
Архивное фото AFP

Законопроект «повис» в воздухе.

В Беларуси подготовлен новый проект указа «О возобновляемых источниках энергии». Он призван более жестко регулировать развитие альтернативной энергетики в стране, а для этого из законодательства предлагают убрать ключевые стимулы для «зеленых» инвесторов. Документ подготовило Минэнерго с учетом скорого ввода в эксплуатацию БелАЭС, пишет «Белрынок».

Разработчики документа обращают внимание, что в Беларуси ни один вид электрической генерации так интенсивно не развивается, как генерация на базе возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Мощность всех установок, использующих ВИЭ и подключенных к госсетям, составила на 1 ноября 2018 года 386,8 МВт. К 2020 году – сроку запуска в эксплуатацию БелАЭС — их мощность (без учета установок «Белэнерго») возрастет, по прогнозам министерства, до 665 МВт, а отпуск «зеленой» электроэнергии в энергосистему — до 1,35 млрд. кВт/ч в год…

При этом цена покупки 1 кВт/ч «зеленой» энергии, в среднем, более чем в 5 раз превышает затраты на производство электроэнергии на традиционных энергоисточниках. Как следствие, затраты энергетиков на покупку «зеленой» электроэнергии растут, а это может привести к росту тарифов для потребителей.

Кроме того, отмечает разработчик законопроекта, быстрый рост альтернативной энергии с вводом в эксплуатацию БелАЭС станет угрозой для работы всей энергосистемы страны, ибо для ее сбалансированного функционирования придется останавливать конденсационные энергоблоки, в том числе ограничивать базовый режим работы БелАЭС. А это недопустимо.

Необходимо сбалансировать развитие всех видов генерации, отмечает Минэнерго. И единственно правильное решение этой ситуации — ограничить создание установок по использованию ВИЭ. Тем более, что доля ВИЭ в потреблении электроэнергии в Беларуси уже достигла запланированного концепцией энергобезопасности к 2020 году показателя 6% (в 2017 году она составляла 6,17%).

Поэтому проектом нового закона предлагается покупать электроэнергию от установок ВИЭ, строительство которых осуществлено на основании квот, распределенных после 1 марта 2019 года, с применением стимулирующих коэффициентов к тарифу, а не повышающих, как было ранее. Создавать новые установки ВИЭ, а также модернизировать и реконструировать действующие в пределах квот, распределенных после 1 марта 2019 года, можно будет с использованием только нового оборудования (сейчас в Беларусь поставляются преимущественно бэушные установки).

Минэнерго также отмечает, что с вводом в эксплуатацию БелАЭС электроэнергия от установок ВИЭ потребует учета. Поэтому собственников «зеленых» установок мощностью от 1 МВт и более обяжут предоставлять почасовые графики объемов выработки электроэнергии на предстоящие сутки и ее отпуска в электрическую сеть.

В начале года сообщалось, что законопроект «О возобновляемых источниках энергии» находится на рассмотрении в администрации Лукашенко. Ожидалось, что документ вот-вот будет принят, — неслучайно в нем есть отсылка на дату после 1 марта 2019 года. Однако пока он не увидел свет.

Обозреватель «Белрынка» Татьяна Маненок поинтересовалась у исполнительного директора Ассоциации «Возобновляемая энергетика» Владимира Нистюка, с чем может быть связана заминка с подписанием нового законопроекта.

— Думаю, администрация Лукашенко внимательно изучила этот проект изменений в указ, соответствующие изменения в постановления правительства, а также учла и наши аргументы против этого проекта.

— Что вы имеете в виду?

— Например, проект указа предусматривает регулирование объема энергии, которую Минэнерго готово принять в сеть. Закон говорит, что все 100% выработанной установками ВИЭ электроэнергии, должны быть приняты в сеть и оплачены по соответствующим коэффициентам. Второе. Там есть также достаточно серьезная проблема, связанная с разграничением полномочий государственных и негосударственных структур. Между тем, Конституция страны предусматривает равенство всех видов собственности.

Еще одна ключевая вещь. В обосновании к законопроекту дана абсолютно необъективная цифровая аналитика. В частности, говорится, что к 2020 году за «зеленую энергетику» придется платить 230 млн. долларов в год, поскольку госсети покупают ее по повышенному тарифу.

Мы пытаемся доказать, что эти угрожающие цифры не соответствуют действительности. Поясню, почему. Закон о возобновляемых источниках энергии вступил в силу в Беларуси в июле 2011 года. Он предусматривает применение повышающих коэффициентов в течение 10 лет со времени пуска того или иного источника энергии. Для многих инвесторов 10 лет закончатся в 2021 году. А некоторые, кстати, в этой сфере работают по 15 лет, для них льготный период уже завершился, поэтому они уже перешли или перейдут от повышающего коэффициента 3,0, 2,5, 1,3 к так называемому стимулирующему – 0,75.

Это означает, что государству будет выгодно покупать энергию по коэффициенту 0,75 от тарифа, ведь продавать ее оно будет по тарифу 1. То есть возобновляемая энергетика будет стоить не дороже, а дешевле. И с каждым годом все меньше компаний будут пользоваться повышающим коэффициентом, а все больше будут переходить на стимулирующий. К примеру, для солнечной электроэнергии в начале был коэффициент 3, а теперь будет 0,75. Можно представить, насколько владельцам электростанций будет невыгодно ее производить, но зато государству будет выгодно ее покупать.

— Как эти регуляторные новации в сфере возобновляемой энергетики воспринимают инвесторы?

— Некоторые говорят: мы готовы первые 10 лет отработать по ранее принятому закону, окупить инвестиции, заработать какие-то деньги, а затем передать свои установки в собственность государству. Понятно, что они не собираются всю жизнь работать с коэффициентом 0,75.

— А если государство не захочет купить их установки?

— Они их демонтируют и вывезут, например в Россию, или сдадут в утиль.

— Когда-то инвесторы стояли в очереди, чтобы реализовать в Беларуси проекты по «зеленой энергетике». Теперь они к ним охладели?

— Нет, инвесторы приходят. Дело в том, что сейчас нет квот на производство «зеленой» энергии, — не во что вкладывать деньги.

Поясню. С 2015 года квоты на установки ВИЭ распределяет межведомственная правительственная комиссия. В эту комиссию наша Ассоциация, владеющая этой темой лучше всех в стране, просится вот уже три года, но нас не хотят туда включать. Мне непонятно, почему. Хотя могу догадываться. Нам хорошо известно, что есть фирмы, которые создаются именно под получение квоты. Такая фирма при распределении квоты соглашается на самый минимальный коэффициент, чуть ли не на единицу. А потом она перепродает свою квоту зарубежному инвестору (отмечу, на законных основаниях). Это достаточно распространенная практика. Мы ставили в известность Минэнерго, что знаем эти фирмы, и можем помочь исключить подобную практику Тем не менее, нас не хотят включать в межведомственную комиссию.

При этом межведомственная комиссия взяла за основу своей работы не указ Лукашенко, не закон о ВИЭ и не соответствующие постановления правительства, а протокол прошлогоднего заседания президиума Совмина, на котором экс-вице-премьер Владимир Семашко сказал примерно следующее: все, временно приостанавливаем выдачу квот до внесения изменений в указ. Изменения пока не внесены. Между тем, в постановлении правительства четко прописано: до ноября каждого года комиссия обязана распределить квоты. Но в 2018 году квоты вообще не распределяли.

Когда мы задаем вопросы, почему, чиновники ссылаются на протокол. Мы обратились с запросом в силовые и другие структуры. Все дают однозначный ответ: не может протокол заседания президиума Совмина быть нормативно-правовым актом. Однако квоты до сих пор не распределены. Мы говорим чиновникам: совершается государственное преступление — инвесторы стоят в очереди, готовы работать без повышающего коэффициента, дайте нам квоты. Тем более, что вы же пообещали, что к 2020 году мощности возобновляемой энергетики в Беларуси составят около 900 МВт. На сегодня они – меньше 400 МВт. И этот процесс начисто остановлен.

Мы готовим письмо генпрокурору с требованием возбудить уголовное дело в отношении виновных, потому что их действия попадают под определенные статьи Уголовного кодекса: они саботируют государственные решения и наносят государству серьезный экономический ущерб. К примеру, сегодня инвесторы готовы поставить нам среди прочего биогазовые комплексы. При этом у нас растет животноводство, растениеводство, а отходы – куда? Чтобы их перерабатывать, нужно привлекать инвесторов. Но сделать сегодня это невозможно из-за отсутствия квот.

Нам, тем более, непонятно, почему инвесторам не позволяют работать на условиях, которые определяет Минэнерго?

В чем прелесть квоты? Приходит инвестор и, к примеру, говорит: хочу поставить солнечную станцию на 3 МВт. У него спрашивают: на какой коэффициент ты согласен? Квоту отдают тому, кто согласен на меньший коэффициент. Получается, что аукцион всегда идет с понижением. И сегодня тех повышающих коэффициентов, о которых говорили раньше, давно нет. А тарифы на электроэнергию определяет МАРТ. То есть государство дирижирует этим процессом, а нас обвиняют в том, что мы позволяем инвесторам зарабатывать. Говорят: вы лоббируете интересы бизнеса. Но ведь для этого и создана Ассоциация. Мы занимаемся делом, которое важно для страны с точки зрения экономической и экологической безопасности. Но получается, что будущее промышленной возобновляемой энергетики у нас закрыли

— На ваш взгляд, подготовка изменений в законодательство о ВИЭ обусловлена скорым вводом в эксплуатацию АЭС?

— Некоторые связывают это с будущей АЭС. Может быть — да, а может – нет. Год назад мы проводили в парламенте слушания по этой проблеме. Все в один голос говорили: надо диверсифицировать источники энергоресурсов. Мы свои экономические выкладки подготовили. Например, у нас южные районы страны хорошо подходят под развитие солнечной энергетики. Это значит, что электроэнергия от солнечной станции, расположенной, к примеру, в Чериковском районе, должна сразу идти на предприятие, а не в сети (в сетях сегодня потери до 10%, к сожалению). Но этого нет. У нас, например, в Новогрудке есть ветрогенератор, а через забор стоит предприятие. Инвестор готов продавать ему электроэнергию ниже промышленного тарифа, но нельзя.

— Предложения Ассоциации не слышат?

— За нас заступились две профильные комиссии «палаты представителей». Они написали письмо в Совмин с просьбой включить представителя Ассоциации в состав межведомственной комиссии по квотам. Минэнерго схитрило: включили меня в состав общественного-консультативного совета (ОКС), что совершенно не равнозначно.

Думаю, что когда-то эта ситуация «взорвется». Потому что такие осложненные взаимоотношения с Россией могут привести к тому, что возникнет угроза своевременного полного качественного ввода в эксплуатацию БелАЭС. Тем более, что сегодня в воздухе также висит одна из ключевых проблем: Россия пока не подписала с нами соглашение об утилизации ядерных отходов.

— Сообщалось, что белорусская сторона рассчитывает подписать с Россией соглашение о переработке отработавшего ядерного топлива не позднее 2020 года.

— Можно, конечно, на это рассчитывать. Но если будет продолжаться перепалка между послом и нашей властью, это подписание может затянуться. А чтобы нам создать соответствующую свою инфраструктуру, потребуется около 1 млрд. долларов. У нас таких денег нет.

И возникает много других проблем. В частности, России становится невыгодно отпустить нас с газового крючка.

В целом хочу заметить, что геополитика очень серьезно изменила ситуацию с АЭС. Когда в Беларуси начинался атомный проект, идея была такая: давайте быстро и красиво построим станцию и будем продавать избыток энергии зарубежным партнерам и зарабатывать на этом деньги. Сегодня этот коммерческий проект отпал. В частности, Польша уже практически демонтировала линию, по которой наша электроэнергии могла бы поступать в эту страну. Теперь к этому готовится Литва.

— На ваш взгляд, будет ли принят новый нормативно-правовой акт о ВИЭ в предложенном варианте?

— По нашим данным, администрация Лукашенко не готова преподнести ему документ, который может негативно повлиять на политический и инвестиционный имидж Беларуси. Как можно вступать в диалог с государством, которое каждые два года коренным образом меняет законодательство в такой сложной теме, как энергетика?

Но даже если указ будет подписан, могу сказать, что мы сделали все, что смогли: рассказали всем госструктурам, чем это может закончиться.

Есть другая особенность. Резко возрос интерес к нашей работе со стороны государственных и частных компаний, которые хотели бы поставить в страну автономные источники электроэнергии. Потому что никто не верит, что после запуска БелАЭС у нас будет дешевая электроэнергия.

Хотел бы также обратить внимание вот на что. Сейчас Беларусь одновременно входит в несколько энергетических процессов. Первый – ликвидация перекрестного субсидирования в энергетической сфере в стране. Второй – создание единого рынка ЕАЭС. А как на этот рынок можно войти, если в Беларуси нет энергетического рынка? Кто будет на рынке ЕАЭС представлять белорусскую энергетику?

Государственные структуры? Вряд ли с ними кто-то захочет иметь дело. Ведь суть реформ в энергетике – дать возможность компаниям конкурировать на рынке за право продать электроэнергию. Пока же у нас есть один монополист, который производит, распределяет, транспортирует и продает электроэнергию Как мы пойдет в рынок, пока непонятно.

— Чиновники говорят, что белорусская энергосистема готова с 1 июля 2019 года работать на общем рынке электроэнергии ЕАЭС, — эта работа будет выстроена в виде трансграничных перетоков.

— Поверьте, торговля перетоками – очень дорогое удовольствие для одной и другой стороны. Тот, кто собирается торговать перетоками, должен понимать, что электроэнергию надо транспортировать по сетям на большие расстояния. А потери в сетях – от 9 до 10%.

Энергетический комплекс ждут серьезные потрясения – это очевидно.