10 июля 2020, пятница, 1:05
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Тренд развернулся на 180 градусов

17
Тренд развернулся на 180 градусов
Владимир Милов

Почему так популярна идея «налога на богатство»?

В России считают, что таким образом восстановится «социальная справедливость»: благодаря прогрессивному налогу «богатые» будут платить в бюджет более справедливую долю доходов. Опросы «Левада-центра» или ФОМ всегда показывали, что введение прогрессивного подоходного налога поддерживают более 50% россиян. В минувший четверг я провел опрос зрителей своей программы «Где Деньги?» на канале Навальный-live, выяснилось, что примерно 30% наших зрителей хотели бы введения прогрессивного налога на доходы. По идее, они должны быть рады решению Владимира Путина о введении 15-процентной ставки НДФЛ для годового дохода от 5 млн российских рублей.

Давайте подробно разберем, почему на самом деле прогрессивный налог не приводит ни к какой «социальной справедливости» и вообще НДФЛ лучше оставить в покое и не трогать, а заняться реформой других налогов.

Прежде всего — о той самой «социальной справедливости». Тут я рискну напомнить известный анекдот про обезьяну и подполковника ФСБ, которым предложили достать с дерева банан: обезьяна очень быстро поняла, что трясти дерево бессмысленно, оглянулась вокруг, взяла палку и успешно сбила ей банан. Подполковник оглядываться не хотел, и на все предложения «подумать» отвечал — что тут думать, трясти надо! Мораль: не все выглядит так линейно, как вам кажется, и социальная справедливость не достигается банальным повышением налога на высокие зарплаты. Лучший пример — США, где действует прогрессивный налог на доходы. Кстати, это очень частый аргумент сторонников прогрессивного НДФЛ — «ну ведь в Америке же он действует», говорят они.

Да, действует, и это лучшее доказательство того, что его эффективность в плане обеспечения социального равенства крайне сомнительна. Если вы взглянете на последний Доклад о человеческом развитии ООН, раздел о социальном неравенстве, то вы увидите, что по любым показателям — от общего уровня социального неравенства до коэффициентов дифференциации доходов — США выглядят хуже России. Америка это страна высокого неравенства, и прогрессивная шкала НДФЛ никак не помогает решить эту проблему. Более того, США подошли к тому моменту, когда ультрабогатые американцы, несмотря на прогрессивный НДФЛ, платят более низкую долю своих доходов в виде налогов, чем средний класс.

Происходит это потому, что собственно зарплатные доходы играют всё меньшую роль в кошельке богатых американцев, чем доходы другого рода — от недвижимости, капитала. По аналогии с анекдотом про обезьяну и подполковника это должно подтолкнуть к мысли о том, что вопрос социального неравенства лежит вовсе не в плоскости дифференциации НДФЛ.

Но если вы все еще настроены «трясти дальше» и не хотите посмотреть вокруг, то перейдем к следующим пунктам. Вот, например, зарплаты в 5 млн российских рублей в год (400 с небольшим тысяч в месяц), на которые предложил повысить налог Путин. По меркам среднестатистического жителя российской провинции, зарабатывающего 10–20 тысяч российских рублей в месяц, это невероятные, баснословные деньги, таких «богачей» надо немедленно раскулачивать, чтобы делились. И действительно, среди людей с такими высокими доходами есть и депутаты, и топ-менеджеры госкомпаний, зарплаты которых явно чрезмерны.

Однако есть важное «но»: если вы взглянете на высокотехнологичные отрасли экономики, то вы увидите, что такие зарплаты — норма. Например, пилоты «Аэрофлота» получают 650 тысяч российских рублей; высокие зарплаты в российском ИТ-секторе, здесь только средняя зарплата составляет 100 тысяч российских рублей в месяц. Россия сейчас активно развивает экспорт сжиженного природного газа: так вот, зарплата капитана судна — СПГ-газовоза — 600–700 тысяч российских рублей в месяц.

При этом все эти профессии — международно конкурентные и востребованные, если платить здесь меньше, то люди просто уедут в другие страны. Авиапилоты, например, так и делали — публикаций о дефиците летчиков в России (потому что в Китае платят втрое больше) в последние годы было много. А депутатам и менеджерам госкомпаний просто не надо столько платить — это вопрос политической воли, а не ставок налогов.

Вывод: мы много лет рассуждаем о необходимости построения в России высокотехнологичной экономики вместо нынешней «экономики сырьевого насоса», но высокотехнологичная экономика — это прежде всего очень, очень высокие зарплаты квалифицированных специалистов. И вот на такие зарплаты предлагается повысить налог. Отличное решение для развития высокотехнологичных отраслей, что и говорить.

Тут остается лишь горько сожалеть, до чего докатилась Россия к середине XXI века, что у нас люди с зарплатой в 6 тысяч долларов в месяц (те самые 400 с небольшим тысяч российских рублей) считаются «сверхбогачами». Пора еще раз вспомнить анекдот про дерево и банан, и понять, что проблема России не в том, что у нас есть люди, которые получают 6 тысяч долларов, а в том, что их доли процента, а большинство живет на нищенские доходы. Зарплаты надо повышать — Россия должна стать страной высоких зарплат, у нас официальный зарплатный фонд (около 25 трлн российских рублей) составляет всего лишь 25% ВВП (около 100 трлн российских рублей). Ну и высокотехнологичную экономику мы никогда не построим, если для квалифицированных кадров с высокими зарплатами будем повышать налог.

С этим напрямую связано вот что: Россия является одной из худших стран мира по совокупной налоговой нагрузке на фонд оплаты труда. При ставке НДФЛ 13% для работодателя налоги на труд составляют 35% с каждой трудовой выплаты (учитывая страховые взносы на ФОТ). Да, работник этих выплат не видит, но зато работодатель при принятии решения об увеличении зарплаты или создании нового рабочего места каждый раз думает: черт возьми, на каждый зарплатный рубль надо добавлять еще более трети сверху в виде налогового «довеска», и это служит огромным сдерживающим фактором для роста зарплат.

Как видно из ежегодного обзора PwC «Paying Taxes 2020», Россия на 11-м месте в мире по величине налогов на оплату труда («labor tax») — усредненная «модельная» компания, для которой PwC делает свой расчет, отдает в виде налогов на труд более трети своей валовой прибыли. Налогообложение труда у нас на уровне Франции или Бельгии (хотя качество институтов и публичных услуг далеко отстает), а конкурируем за инвестиции мы в лучшем случае с Польшей или Турцией, где таких высоких налогов на труд нет и в помине. Всё это ставит крест на создании в России высокотехнологичных рабочих мест. Из этого как минимум должен следовать простой вывод: налоги на труд нам надо снижать, а не повышать.

Тут мы возвращаемся к теме прогрессивного налога на доходы в развитых странах — да, в Западной Европе тоже прогрессивная шкала, но, как и в США, эта система там исторически сложилась, и возможно это не то, что стоит копировать. В Западной Европе вообще очень высокие налоги, и это одна из проблем, сдерживающих экономический рост. России нужно заимствовать у европейских стран развитые институты, защиту прав собственности, независимые суды, разделение властей — а не высокие налоги на людей со средним, по международным меркам, доходами (6 тысяч долларов в месяц, или «путинские» 5 млнроссийских рублей в год — это всего лишь чуть выше средней зарплаты в США).

Следующая проблема: объявленное повышение НДФЛ — это только начало, и публичный «одобрямс» налогу на «богатых» лишь развяжет руки повышению налога для куда более широкого круга россиян со средними доходами. Ну вы же одобрили дифференциацию налога по доходам, это вроде как «справедливо»? Не возмущайтесь тогда, когда повышенная ставка дойдет и до вас — ее в пиар-целях приправят каким-нибудь «обнулением» ставки для совсем небольших, нищих зарплат. Собственно, это уже озвучивалось в конце прошлого года, когда разговоры о предстоящем повышении НДФЛ усилились. Как «продать» обществу дальнейшее повышение налогов? Посильнее разжечь социальную рознь между совсем бедными россиянами и людьми со средними доходами («раскулачим богатеев»).

Кстати, отвечая на популярную идею освобождения мизерных зарплат от НДФЛ, замечу, что куда проще пойти по международным стопам установления достойного минимального размера оплаты труда, чтобы нищие зарплаты исчезли как класс, и дискуссия про «отмену для них налога» стала бы бессмысленной в принципе.

На то, что объявленным повышением НДФЛ дело не ограничится, указывают два фактора. Первое — ничтожный масштаб объявленных сборов, 60 млрд российских рублей. Это менее 0,2% доходов консолидированного бюджета, микроскопическая сумма для бюджетной системы. Такого масштаба деньги на «лечение больных детей», которыми прикрывается Путин с целью повысить налоги, находится в течение 15 минут простым перераспределением средств между различными госпроектами. Ради нее точно не стоит вводить гораздо более сложную систему администрирования сборов НДФЛ, которая неизбежно потребуется при уходе от плоского налога. Работодателю придется теперь контролировать доходы работника, а не просто начислять одинаковый налог на каждый зарплатный рубль — собственно, такой дополнительный рост нагрузки на бухгалтерию предприятий и является еще одной ключевой причиной, почему прогрессивный НДФЛ вреден.

Отсюда второй фактор — ровно поэтому в правительстве и обсуждались куда более широкие предложения по увеличению НДФЛ, которые коснулись бы зарплат от 2 млн российских рублей в год, или 167 тысяч в месяц — а это уже совсем средние зарплаты и по международным меркам, и уж тем более по меркам высокотехнологичных отраслей. И, скорее всего, в итоге решили просто не злить людей перед голосованием по поправкам и объявить о повышении налога лишь для узкого круга россиян, а после масштабы этого повышения расширить. Так думаю не один я — например, аналитики Альфа-банка уже предупредили клиентов, что объявленное Путиным увеличение НДФЛ — лишь начало «долгого процесса увеличения налоговой нагрузки на физических лиц». Само по себе увеличение налоговых сборов на 60 млрд рублей — экономически бессмысленно, бюджет не нуждается в новом налоге ради таких небольших денег. По иронии, поскольку НДФЛ — региональный налог, поступления от его роста пойдут в и без того перекормленный деньгами трехтриллионный бюджет Москвы, где живет большая часть россиян с доходами от 5 млн рублей в год, — смысла во всем этом вообще нет.

Можно привести еще много аргументов против повышения НДФЛ для обеспеченных россиян при полном отсутствии аргументов «за» (как уже показано выше, с социальным неравенством это бороться не поможет — еще раз напомню анекдот про обезьяну и подполковника), но не хочется дальше утяжелять и без того уже длинный текст. Общие выводы просты. Не надо трогать зарплатные налоги — они и так в России запредельно высоки и сильно сдерживают рост зарплат и создание новых рабочих мест. Резервов в бюджетной системе для мобилизации доходов полно — потрясите для начала те же госкомпании, которые не платят достаточных дивидендов государству. Повышение налогов на высокие зарплаты ударит не только по госменеджерам и депутатам, но и по высокооплачиваемым кадрам в высококвалифицированных отраслях, что снижает наши перспективы построить высокотехнологичную экономику. Как показывает опыт тех же США, ни к какой «социальной справедливости» прогрессивный НДФЛ не приводит.

В начале 2000-х Россия хоть в чем-то опередила остальной мир, введя у себя куда более передовую систему налогообложения доходов физлиц, чем даже в развитых странах. Это — как и в целом резкое снижение налоговой нагрузки — стало одной из причин нашего бурного экономического роста в 2000-е. Сейчас тренд развернулся на 180 градусов, и власти вошли в раж постоянного повышения налогов и введения новых. Нужно немедленно остановиться и эту вакханалию роста налогов остановить. И не следует потакать ей ложными посылами о «социальной справедливости», которая должна достигаться не ростом налогов, а совсем другими способами.

Владимир Милов, The Insider