29 июля 2021, четверг, 14:36
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Экономист: У властей остался только один выход — включить печатный станок

17
Экономист: У властей остался только один выход — включить печатный станок

Последствия санкций будут заметны в самое ближайшее время.

ЕС ввел секторальные санкции против белорусских властей, где под запрет попадает покупка, ввоз или вывоз белорусских нефтепродуктов, а также оказание технической и финансовой помощи. Сайт Charter97 поговорил с экономистом и публицистом Львом Марголиным о санкциях и их последствиях.

– Начать надо с того, что санкции носят слегка отложенный характер, потому что позволяют закончить существующие контракты. Однако нельзя сказать, что санкции не будут действовать до тех пор, пока они действительно не вступят в силу, потому что есть физическое осуществление, а есть моральное влияние. Даже те компании, которые могли бы какое-то время продолжать еще сотрудничать, будут стараться постепенно сворачивать свою деятельность. Любое взаимодействие с режимом Лукашенко становится для них токсичными. Те фирмы, которые работают в сфере нефти, а также те, кто поставляет оборудование, постараются постепенно свернуть сотрудничество. Следовательно, последствия санкций будут заметны в самое ближайшее время.

Можно еще добавить, что это касается не только европейских компаний, но и многих российских, которые связаны с Европой. Они стараются каким-то образом воздержаться от контактов с Беларусью. Во всяком случае, несмотря на такие бравые заявления белорусских властей, ситуация с «Нафтаном» в третьем квартале остается непонятной. Пока конкретных контрактов на поставку нефти для переработки нет.

– В Беларуси бензин довольно дешевый, однако наша страна находится на предпоследнем месте в Европе по количеству литров бензина, которые белорус может позволить на свою среднюю зарплату. Могут ли санкции повысить стоимость бензина в Беларуси?

– Если бы стоимость бензина в Беларуси была рыночной величиной, то можно было бы говорить о том, как скажутся санкции на цене – понизят, повысят или не затронут их. Однако в Беларуси цена на бензин абсолютно политическая, то есть независимо от того, какая складывается ситуация на мировых рынках.

Государство, которое является в этой сфере монополистом, повышает цены, не оглядываясь на покупательную способность белорусов. Единственное, что может сдерживать власть в этом отношение – реакция людей, белорусских автомобилистов.

Последние пару лет подорожание бензина идет по копейке, потому что белорусская власть боится какого-то возникновения протестного настроения. Я считаю, что все будет продолжаться таким же образом до тех пор, пока власть не будет чувствовать какой-то угрозы на этом спектре. Она будет постепенно поднимать цены на бензин по копеечке независимо от санкций.

Дефицит республиканского бюджета за май вырос до 1 миллиарда рублей. Как вы считаете, продолжился ли эта тенденция из-за того, что санкции затруднят передвижение нефти и снизят доходы бюджета? Сколько может потерять бюджет из-за санкций против «нефтянки»?

– Опять же, реальных больших потерь и финансового влияния до того момента, когда закончатся действующие контракты, санкции не оказывают. Другое дело, что первые 5 месяцев 2021 года показали, что без санкций состояние экономики плачевное. Уложится в запланированный бюджет, даже с учетом того, что он был достаточно солидным, явно не удастся.

Мировые финансовые рынки для нас фактически закрыты из-за части санкций, которые уже действуют сейчас. Конечно, власть сейчас возлагает большие надежды на то, что удастся разместить облигации на российском рынке. Однако российские компании тоже остерегаются вкладывать деньги в белорусские активы, а также вряд ли правительство России будет в этом смысле оказывать содействие.

Скорее всего, это размещение облигаций окажется неуспешным, и тогда остается только один путь, который хорошо известен белорусским властям, – накачка экономики деньгами, путь печатания денег для того, чтобы как-то компенсировать бюджетный дефицит. Нужно выплачивать зарплаты и бюджетникам, не только врачам и учителям, но и тем же ОМОНовцам, армии, внутренним войскам. Пенсии также нужно выплачивать, поэтому другого выхода, я думаю, у нас не останется.

Российская «Транснефть» заявила, что у нее нет заявок на поставки на «Нафтан». Казахстан то же заявил, что не будет поставлять нефть все лето. Насколько это критично для белорусских НПЗ, на которых еще не завершилась модернизация?

– Это критично прежде всего для «Нафтана», куда именно не собирается поставлять «Транснефть», а также чьи объемы пока не удается заменить казахскими. Казахстан сказал, что не будет поставлять летом, но этот вопрос пока еще открытый, потому что поставки страны зависят прежде всего от России. Разрешит ли России транзит казахской нефти в Беларусь? Я почему-то очень сомневаюсь, что Россия такое разрешение даст, потому что если они сами не хотят поставлять нефть, то есть на это какие-то причины. Нет никакого смысла наступить на те же грабли только с казахской нефтью.

Какую роль это может сыграть? Что касается внутреннего белорусского рынка, то для него вполне хватает и мощностей Мозырского НПЗ. Я уже не говорю, что нефтепродукты сейчас не дефицит и их можно привезти из России при необходимости.

Дело в том, что нефть и нефтепродукты – это один из основных наших экспортных товаров. Даже если санкции начнут действовать с 2022 года, но у «Нафтана» не будет объемов для переработки, то он не сможет поставлять нефтепродукты даже сейчас, по существующим контрактам. То есть, сейчас есть какой-то контракт на поставку «Нафтаном» на европейский рынок нефтепродуктов. Он мог бы поставлять эти нефтепродукты несмотря на санкции, но поскольку физических объемов не будет, то переработки, скорее всего, не будет до конца года. Де-факто санкции начнут действовать на полгода раньше.

– Анализируя стратегию подорожания автомобильного топлива на «копейку» эксперты отмечают, что главные издержки власти Беларуси стараются переложить на АЗС. Как санкции и вызванные ими дополнительные трудности отразятся на работе АЗС?

– Я бы не согласился с тем, что они перекладывают на АЗС. Они перекладывают на нас с вами, на конечных покупателей, причем дважды. С одной стороны, больше платят те люди, которые пользуются автомобильным транспортом, частным или общественным. С другой стороны, это ложится на стоимость других товаров, потому что автомобили, которые развозят продукцию по магазинам, тоже заправляются бензином или дизельным топливом. Соответственно, для них условия тоже дорожают.

Что касается АЗС, то, да, им особо не дают разогнаться на стоимости топлива. Она у нас унифицированная, везде одинаковая, маржа минимальная. Им предлагают зарабатывать на сопутствующих услугах, чем они достаточно успешно пользуются. Если вы хотите попробовать экзотические блюда, то езжайте на автозаправку, и вы увидите там что-нибудь новенькое. Поэтому автозаправки как-то выживут, если выживем мы с вами, а у нас останутся еще деньги для того, чтобы покупать автомобильное топливо.

– Что будет, если к санкциям ЕС против белорусской «нефтянки» присоединится и наша соседка – Украина?

– Сложно будет, потому что Украина была одним из основным покупателем нефтепродуктов наряду с Европейским Союзом. Собственно говоря, я думаю, что Украина рано или поздно присоединится к эти санкциям, потому что она хочет следовать в русле политики ЕС. Более того, Лукашенко сам делает все для того, чтобы Украина к этим санкциям присоединилась. Чего стоит приказ полностью перекрыть белорусско-украинскую границу, а также абсолютно беспочвенные обвинения в том, что через эту границу идет поток оружия. Беларусь сама подталкивает своих соседей, чтобы они принимали решения не в белорусскую сторону. Это тяжелый удар, которые может в будущем году по разным подсчетам вызвать сокращение валового продукта от 10% до 15%.