20 апреля 2024, суббота, 1:34
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Захвачена силой

7
Захвачена силой
Полина Шарендо-Панасюк

История сопротивления белорусской героини Полины Шарендо-Панасюк.

Популярный чешский журнал heroine.cz опубликовал статью белорусской журналистки Ирины Халип о политзаключенной и активистке «Европейской Беларуси» Полине Шарендо-Панасюк.

Сайт Charter97.org приводит перевод статьи на русский язык:

— Таких, как Полина Шарендо-Панасюк, я никогда не встречала. Когда я сидела в тюрьме КГБ, я думала о том, как выжить. Полина об этом не думает: она отчаянно сопротивляется, несмотря на пытки, издевательства и перспективу не выйти из тюрьмы еще долго.

Храбрость белорусских женщин увидел весь мир в августе 2020 года, когда на мирные протесты выходили сотни тысяч человек. Их сажали в тюрьмы, избивали, вынуждали бежать из страны. Протесты продолжались несколько месяцев. Мучения тысяч белорусов продолжаются до сих пор.

Полина Шарендо-Панасюк – одна из них, но в то же время совершенно иная. Потому что она вышла на протесты не в 2020 году, а значительно раньше. Ее жизнь – это многолетний опыт сопротивления, борьбы с диктатурой и безоглядной отваги.

Полина стала активисткой оппозиции еще совсем юной. Сейчас ей 47 лет, и ее взросление совпало с началом истории независимой Беларуси. В этом юном государстве она окончила школу, затем университет в Бресте, магистратуру в Польше. Полина – историк и политолог. Пока она училась в университете, в Беларуси прошли первые президентские выборы (к сожалению, они же оказались и последними – с тех пор честных выборов с подсчетом голосов в нашей стране не было), и к власти пришел Александр Лукашенко. Когда Полина получила университетский диплом, в Беларуси уже разгоняли митинги оппозиции и закрывали независимые газеты, а Лукашенко подписывал соглашение о союзном государстве с Россией. Свой выбор Полина сделала немедленно – возглавила брестское отделение молодежной оппозиционной организации «Малады фронт», потом участвовала в создании движения «Зубр», а в 2009 году стала координатором гражданской кампании «Европейская Беларусь» по Брестской области.

В 2005 году в «Малады фронт» пришел юный бунтарь Андрей Шарендо. Вскоре Андрей и Полина поженились, родили двух сыновей – Славомира и Стаха. Оба мечтали о свободной Беларуси, которая вступит в Европейский Союз и НАТО. Вместе боролись, вместе организовывали акции протеста в Бресте. В 2019 году Полина выдвинулась в депутаты. Она прекрасно знала, что в Беларуси нет свободных выборов, а депутатов не избирают граждане, а утверждают кандидатуры в администрации Лукашенко. Но решила использовать легальные возможности, которые дает избирательная кампания, для того, чтобы говорить правду в эфире государственного телевидения, свободно встречаться с людьми, доносить до них информацию и убеждать тех, кто боится, присоединиться к сопротивлению.

Нужное количество подписей для выдвижения Полина собрала за несколько дней: в Бресте ее хорошо знают, уважают и называют брестской Жанной д’Арк. Ее зарегистрировали кандидатом в депутаты, и один раз она даже смогла прорваться в телеэфир. Она взяла в студию бело-красно-белый флажок (национальный флаг Беларуси, который Лукашенко еще в начале своего правления заменил на советский красно-зеленый) и публично назвала Лукашенко диктатором. Конечно, ее немедленно исключили из кандидатов. Но правдивые слова о диктаторе уже прозвучали и распространились по независимым сайтам и социальным сетям. Так что ареста Полина ждала. Лукашенко мстителен, это знают все. Он не прощает тех, кто бросил ему вызов. На каждого выдвигается армия: милиция, КГБ, следователи, прокуроры, судьи. За Полиной пришли 3 января 2021 года.

В тот день она была дома с младшим сыном, четырехлетним Стахом. Муж Андрей сидел в тюрьме – его арестовали в конце декабря 2020 года и отправили отбывать административный арест. Открывать двери Полина отказалась – на вопрос «кто там?» они не ответили, а просто в грубой форме потребовали немедленно открыть. Маленький Стах испугался. И тогда милиционеры просто сломали дверь. Это были сотрудники спецподразделения – в черной форме без опознавательных знаков, в балаклавах с полностью закрытыми лицами. Это мог быть кто угодно – силовики, грабители, убийцы, КГБ. Ребенок заплакал. Полина сорвала балаклаву с одного из ворвавшихся. Ее увезли силой. Домой она с тех пор не возвращалась.

Сначала Полину держали в следственном изоляторе. Когда ей предъявили обвинение (по трем статьям уголовного кодекса – оскорбление Лукашенко, оскорбление представителя власти, насилие либо угроза насилия в отношении представителя власти), она вместо подписи «с обвинением ознакомлена. Полина Шарендо-Панасюк» написала на том листе: «Подтверждаю факт политических репрессий». Потом ее возили на психиатрическую экспертизу. Следователи не понимали: разве может нормальный человек сопротивляться в тюрьме? Он должен думать о выживании и создании хотя бы минимально комфортных условий. Но не такова Полина.

Ее диалог с судьей во время процесса когда-нибудь войдет в учебники истории новой Беларуси и наверняка станет основой для пьесы. Впрочем, уже сейчас этот диалог прозвучал в исполнении актеров Naivní divadlo v Liberci, Divadlo Na tahu a Nejhodnější medvídci. Divadlo X10 – в рамках чешской кампании солидарности #FreePalina. Вот часть этого диалога:

— Обвиняемая, встаньте!

— Перед бандитами не встаю.

— С какого дня под стражей?

— Захвачена в плен 3 января.

— Хотите заявить отвод составу суда?

— Вы не суд.

— Вы заявляете мне отвод?

— Заявляю всей системе.

— Вы признаете вину?

— А вы признаете, что участвуете в политических репрессиях?

— Вопросы суду не задают. Виноватой себя не признаете?

— Дать отпор бандиту — честь и обязанность гражданина.

— Обвиняемая, есть ли вопросы?

— Вам не стыдно?

— Вопрос снимается.

— Совесть есть?

— Вопрос снимается.

Полину приговорили к двум годам лишения свободы. В исправительной колонии ее сразу же поместили в карцер: Полина отказалась шить форму для милиции (именно этим занимаются заключенные женской колонии №4 в Гомеле). Осенью прошлого года прошел еще один суд, на котором Полине добавили к сроку еще год тюрьмы – за неподчинение администрации. Это статья уголовного кодекса, которая может применяться бесконечно. В случае с Полиной – несомненно. В октябре стало известно, что в отношении Полины возбуждено еще одно уголовное дело за неподчинение требованиям администрации. Значит, будет новый тюремный срок. В Беларуси у пенитенциарной системы одна задача: сломать человека, сделать его безвольным и послушным. К таким, как Полина Шарендо-Панасюк, они применяют все имеющиеся методы: пытки, угрозы, новые тюремные сроки.

Сейчас она в другой колонии, с худшими условиями. Полина находится в карцере уже несколько месяцев. Это маленькая, очень холодная и сырая камера без дневного света, с круглосуточно включенной лампой. С 5 утра до 10 вечера Полина должна сидеть на маленькой железной табуретке. Все остальное запрещено: книги, письма, посылки от родственников, звонки домой и свидания. Это полная изоляция. К ней не допускают даже адвоката – без объяснения причин. Выйти из этого ада легко: нужно только признать вину, подписать бумаги о сотрудничестве с администрацией колонии, начать шить форму для карателей и быть готовой выполнять приказы. Тогда будет относительно нормальный режим, возможность пользоваться библиотекой и ходить в душ, прогулки и посылки, и даже звонки домой.

Только звонить уже некуда. Вскоре после ареста Полины в отношении ее мужа Андрея возбудили уголовное дело и отправили его под домашний арест. Полина успела передать через адвоката просьбу – бежать из страны и увозить детей, иначе оба родителя окажутся в тюрьме, а детей отправят в сиротский приют, и это будет победа Лукашенко над их семьей. И Андрей исчез – он бежал из-под домашнего ареста, нелегально перешел границу с Литвой, куда родители смогли вывезти детей. Теперь дети и муж Полины в Литве, а арендную квартиру, которую семья снимала у местной администрации, отобрали. Теперь в Беларуси у Полины ни дома, ни семьи. Только бесконечное мужество и вера в победу добра.

Скоро два года, как Полина не видела своих детей. Маленькому Стаху уже 6. Сначала он бегал по квартире и искал маму. Теперь он все знает: мама вернется только тогда, когда уйдет Лукашенко. Дети белорусских политзаключенных взрослеют быстро, как на войне.

Написать комментарий 7

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях