23 февраля 2024, пятница, 0:16
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Мать Эдуарда Лобова: У моего сына было много планов

4
Мать Эдуарда Лобова: У моего сына было много планов
Фото: Влад Максименко / Белсат

Мать белорусского добровольца до последнего момента не верила в гибель сына.

4 февраля в Главном кафедральном соборе Киева простились с белорусским воином Эдуардом Лобовым. О гибели добровольца стало известно 27 января. После прощания в Киеве тело погибшего перевезут для захоронения в Варшаву, пишет «Белсат».

Марина Лобова, мать Эдуарда, в разговоре с Любовью Луневой говорит: «Даже не думала, что Эдик может умереть».

– Какова была первая реакция, когда узнали, что сын решил поехать в Украину?

– Я его, конечно, как только он начал вести такие разговоры, начала отговаривать. Перед ним же открывался весь мир. Он же мог поехать куда угодно. В ту же Польшу, в Литву, где он родился, куда угодно. Он мог получить статус беженца и учиться за границей или работать. Я же сама его вывезла. Надо было, чтобы только не через белорусскую границу. На него же уже завели новое дело уголовное за нарушение надзора. И мы уже понимали, что могут снова посадить. Он даже уже дома последние дни не жил. Милиционеры приходили, следователь звонил.

В Вильнюсе он мне сказал, что просто поедет в Украину посмотреть. Просто посмотрит. Я негативно к этому отнеслась, потому что знала, что там война, и я же знала своего сына. Долгое время не было связи, а потом он прислал видео, в котором сообщал, что пойдет воевать на Донбасс в составе «Правого сектора». Это был шок.

– Страшно было?

– Конечно. Правда, тогда на Донбассе была не такая война, как сейчас. В основном погибали из-за снайперов. А потом он сказал, что пойдет в ВСУ, так как прошел курсы, подготовку соответствующую, и тогда вышел указ, который позволял брать на службу иностранцев. Это было в 2017-м. Уже легче было. Он с полугода был на самых разных курсах. Жил в Хмельницком. Натовские курсы закончил. У него уже была хорошая подготовка. Они выезжали на 3-6 месяцев на Донбасс. Успокаивал и уверял, что он на второй линии. Ну и связь с ним была.

– И вот тут 24 февраля…

– Я волновалась еще до этой даты. Уже все было понятно. Я видела, что творилось. Он сначала меня успокаивал, мол, учения. Какие учения? Столько людей собрали… Он только закончил курсы на тех джевелинах. У него должен был быть отпуск. Я ему писала: «Скорее всего, будет война. Береги себя». Конечно, он знал. Первые дни он был под Киевом. Сначала был в Белой Церкви. Я потом уже узнала, когда связь появилась, что он был с морпехами и, скорее всего, под Гостомелем. Он мне фотографии присылал того моста разрушенного. А потом его перебросили под Чернобыль. Там уже связь была хорошая. Тогда мне было немного спокойнее. Я понимала, что он меня успокаивал. Но связь работала. Эдик потом написал, что его переводят в другое место. Я никогда не уточняла, потому что нельзя знать, и ему же нельзя говорить. Он мне даже как-то выслал фото пробитого паспорта. А у меня было и без того ощущение, что что-то случилось. Он сказал, что это просто рюкзак где-то стоял на улице, а он будто бы был в блиндаже, и это якобы внезапно попало. А я же чувствовала, что там что-то случилось.

– Тогда все следили за новостями.

– И у меня утро начиналось с чтения новостей. Что там в Украине? Он мне то смайлик присылал, то какую-то картинку. Или отвечал на мои вопросы. Пару раз даже мне удавалось позвонить ему.

– Была ли у него девушка?

– Насколько я знаю, у него не было времени на какую-то личную жизнь. Как только была свободная минута, он сразу ехал в Киев, чтобы решить там вопрос со своим статусом. Надо было брать какие-то документы, за разрешением на пребывание в Украине. Потом он решал вопрос гражданства украинского, в котором ему отказали. Ему сказали, что его паспорт – в Интерполе, и он уже недействителен. Ну, и отказали снова. Может, его в Беларуси лишили гражданства. Так и Васю Парфенкова, насколько я знаю, тоже лишили гражданства.

– Ожидали ли вы, что так скоро люди откликнутся, деньги соберут?

– Если честно, то не ожидала даже. Но я же и не думала, что Эдик может умереть. Объясняла ему, где что лежит, на тот случай, если я умру. Где адвоката искать. Как получить наследство. И даже разговоров никогда не было таких. Я боялась, чтобы его не ранили. У него были планы на жизнь. Он купил квартиру в Хмельницком. Присылал мне фото, какие обои приобрел, как там что покрасил… А теперь вот я наследница…

– Как узнали о смерти?

– Сначала мне его товарищ по службе прислал сообщение. Но я на незнакомые контакты не отвечаю, и поэтому даже не заметила. Оно пошло в спам. А потом мне Молчанов написал. Я пришла с собакой с улицы, села обедать и увидела сообщение. У меня сразу сердце будто оборвалось.

– Необходимо было сразу начать процедуру передачи тела?

– Да. Мне сказали ребята, что надо сразу, потому что могли же и похоронить где-то там. А как мне потом туда на могилку ездить? И, кроме того, была у меня надежда, что вдруг ошибка. До сегодняшнего дня. Ну, война же, всякое бывает. Хоть и готовились к похоронам, но все равно была надежда.

– Почему до сегодняшнего?

– Да вот фото прислали… Худой. С бородой. Я же потому и не хотела, чтобы его там кремировали. Я же хотела видеть, кого хороню. Но это он, мой Эдик… Боялась, что там, может, половины головы нет, а у него только в висок ранение. Осколок. Сказали ребята, что он быстро умер. Его начали выносить и все…

– Все время мысли о сыне. Что вспоминается?

– Да, все мысли о нем. Мы все здесь на таблетках. Если бы не они, то я бы ни спать, ни жить не смогла. Я ничего не ем, потому что не могу. Я все время смотрю на его фотографии. Вспоминаю, как он родился, какой был маленький. Он был резвым. Все игрушки разбирал, чтобы посмотреть, что там внутри. Даже потом и у своего брата. А затем он уже стал интересоваться историей, и особенно военной историей. Даже хотел быть военным. Потом уже во взрослом возрасте меня поразило, насколько он любил порядок. Я приезжала к нему и даже удивлялась чистоте. Все убрано, в шкафу все на полочках аккуратно разложено. Не у каждой девушки такой порядок может быть. Он стремился планировать свою жизнь. У него было много планов…

У них там на передовой были и собаки, и коты. Последний раз у него была маленькая кошка в части. Вот теперь я хочу ее найти и забрать сюда. Пока не удалось. Может, еще найду.

Написать комментарий 4

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях