Праздник ожидания праздника
14- Ирина Халип
- 8.08.2025, 13:29
- 18,700
Канун протестов – лучший день 2020 года
Завтра все будут вспоминать свое собственное 9 августа. Кто-то стоял в очереди на избирательный участок, кто-то уже сидел в СИЗО или ИВС, кто-то ждал вечера с заранее сшитым огромным флагом, чтобы идти в центр города. Эта дата стала такой же частью истории Беларуси, как битва под Оршей или провозглашение БНР. Завтра – пять лет. И все медиа уже заготовили воспоминания, фильмы, авторские колонки, подобрали иллюстрации, сверстали и смонтировали. Завтра все белорусы будут смотреть, читать, вспоминать — и горевать о тех, кто погиб на улице или в тюрьме.
А сегодня 8 августа. Канун. Последние часы перед началом. Одна календарная страница. И эта дата для меня – возможно, самый счастливый день того лета. Вдохновение у людей тогда было в высшей точке. Хотелось, чтобы часы шли быстрее. В ноги будто вмонтировали двигатели – хотелось приплясывать, бежать, прыгать, причем не дома, а на улицах, среди своих. Некоторые из нас уже сидели в тюрьме, но 8 августа казалось, что завтра мы всех освободим. Завтра начнется новая жизнь. Завтра наша страна станет свободной, и только запах дыма из Дроздов, где будут сжигать пачки документов, писем, расписок, напомнит о тех, кто превращал Беларусь в концлагерь на протяжении десятилетий.
Это как перед Новым годом: после боя часов все становится обычным, как заветренный оливье. А 31 декабря каждого из нас не покидает предчувствие, что после наступления полуночи случится чудо и все изменится к лучшему. Праздник ожидания праздника – так называл это Фазиль Искандер.
Листая собственные воспоминания, я всегда боюсь забыть что-то важное. И в последние четыре года у меня появилась привычка: накануне очередной годовщины я открываю архив новостей, читаю сообщения от 8 августа и заново переживаю тот восторг и ожидание праздника, когда еще никто не знал, что с нами произойдет.
Последняя новость на сайте «Хартии» за 8 августа 2020 года, 22.30: «В Минске снова гудели водители. Народ готов к последнему броску». И фотографии, и видео: едут по городу машины и сигналят. В некоторых пассажиры и водители держат бело-красно-белые флаги. А на тротуаре прохожие останавливаются и отвечают автомобилистам – тоже флагами, победными жестами или просто вскинутыми в приветствии руками. На многих женщинах – футболки с изображением картины «Ева». Наши города населены единомышленниками: соседи по этажу, сантехник, продавец в гастрономе на углу – все неожиданно оделись в красно-белое и начали улыбаться друг другу не потому, что знакомы, а потому, что соратники.
8 августа была суббота. И в российском Хабаровске был традиционный марш протеста – хабаровчане протестовали уже пятую неделю подряд. Тогда, перед нашей революцией, в знак поддержки они, помимо собственных лозунгов с требованиями свободы и отставки Путина, скандировали: «От Хабаровска до Бреста диктатуре нету места!»
А еще в тот день звучала сенсационная новость: диджеям перемен Галанову и Соколовскому, включившим Цоя во время официального мероприятия в Киевском сквере и арестованным на 10 суток, белорусы за сутки собрали больше 25 тысяч долларов. Без всяких фондов, специальных счетов для донатов, призывов о помощи. Просто взяли – и собрали. Через фейсбук. И когда стало известно, что диджеи на Окрестина, весь автомобильный Минск, не сговариваясь, открыл окна в машинах и врубил Цоя.
Мировые СМИ выходили с заголовками «Белорусы загнали в угол последнего диктатора Европы». Российские артисты, которых завлекали за большие деньги участвовать в концертах в поддержку Лукашенко, массово отказывались и от участия, и от денег. На футбольных трибунах болельщики скандировали «Жыве Беларусь!». Кроме «Перемен!» Цоя, по всей стране распевали «Муры», и каждый был убежден, что уже завтра, возможно, песни будут другими, ведь стены рухнут еще до полуночи, Дрозды превратятся в тыкву, а их обитатели – в крыс. Сбылось, впрочем, только последнее.
8 августа 2020 года — удивительно прекрасный день: искрящийся, как снег, как шампанское, как бенгальский огонь. В том дне мы все – счастливые и верящие в светлое завтра, причем в буквальном смысле слова. Именно в завтра, а не в абстрактное будущее. В том дне мы точно знаем, что будем делать в воскресенье, и никакие ураганы и прочие катаклизмы не смогут изменить наши планы. В том дне мы ждем от наступающего завтра только хорошего, ведь ничего плохого с нами уже не может произойти.
А главное – в том дне мы все еще живы. И Роман, и Витольд, и Алесь, и все остальные. Они не знают, что с ними произойдет. Пусть останутся в том дне подольше. И мы вместе с ними.
Ирина Халип, специально для Charter97.org