Эксперт: Трамп готовит новую войну в Иране

Переговоры продолжаются, но есть важный нюанс.

В настоящее время война в Иране практически сведена к минимуму – интенсивных боевых действий нет, несмотря на то, что блокирования портов и Ормузского пролива продолжается. Тем не менее, США наращивают силы в регионе, готовятся к возобновлению войны и к новой операции, в которой могут «добавить силы» и нанести удары по критической инфраструктуре Ирана, о чем глава Белого дома Дональд Трамп предупреждал ранее.

Принципиальный вопрос – будет ли достигнуто приемлемое соглашение. Также неизвестно, как долго готов ждать Трамп, прежде чем примет решение о новых ударах по Ирану. Но очевидно, что в настоящее время Иран несет колоссальные экономические потери, исчисляемые сотнями миллионов долларов в день. Одновременно по некоторым вопросам Белый дом готов пойти на компромисс.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказал израильский военный обозреватель Давид Шарп.

– На каком этапе сегодня находится война в Иране? На чьей стороне перевес? Возможно, она уже фактически закончилась, как об этом говорит президент Трамп?

– Нет, война и близко не закончилась. Фактически сейчас не ведутся интенсивные действия боевые, но естественно, война может возобновиться, с очень высокой вероятностью именно по решению президента Трампа. Американцы интенсивно готовятся к ее возобновлению, перебрасывают в регион значительные дополнительные силы – к тем значительным, которые уже были. Продлено пребывание американских солдат в гостиницах и сделано много чего другого. Фактическая подготовка продолжается, и попутно идут переговоры.

Американский президент, и не только президент, говорил о том, что война формально завершена, а именно операция «Эпическая ярость». Но в данном случае это чистая формальность, касающаяся 60 дней. Как известно, по американским законам после 60 дней операции Конгресс должен дать дополнительное разрешение. Соответственно, прекращение огня наступило до прошествии 60 дней, и американское руководство, желая обойти этот момент, заявило об окончании той операции. Если начнут новую, то будет новый отчет в 60 дней. Поэтому, когда мы говорим о том, что война «закончилась», в первую очередь стоит видеть именно этот формальный момент.

Производится очень много «белого шума» и заявлений – и со стороны Трампа, и со стороны иранцев. Якобы на кулуарном уровне идут переговоры, не прямые, то есть не лично, не на уровне встреч. Есть масса сообщений о том, что те передали предложение, те частично согласились, те не согласились и так далее. Соответственно, переговоры продолжаются, но продолжается и блокада.

Американцы блокируют иранские порты в Ормузском проливе, и это очень существенный шаг, который стимулирует Иран, ведь он несет тяжелые экономические потери, сотни миллионов долларов в день. А Иран препятствует судоходству в Персидском заливе.

Соответственно, все зависит от Трампа. Если его удовлетворит ход переговоров, это одно. А если не удовлетворит, у него будет выбор – и простой, и сложный – достаточно долго продолжать блокаду, демонстрировать, что он готов долго это делать, с тем, чтобы Иран постепенно шел на все большие и большие уступки.

Ведь для Ирана возникает дефицит импорта, например, топлива, он не может экспортировать нефть, и, наконец, на каком-то этапе иранские хранилища переполнятся. Тогда придется сокращать добычу – и это уже происходит. А когда ты сокращаешь добычу, это означает тяжелый ущерб и проблему ее возобновления.

Трамп может решить, что этого недостаточно, и нужно добавить силы, силовые удары. Этот сценарий тоже очень реалистичный, к нему готовятся. Правда, нужно еще дождаться визита Трампа в Китай (14-15 мая, – Ред.). До этого визита могут что-то заключить, либо что-то начать, а может, и не начнут. Если не будет прорыва на переговорах, то, возможно, начинать до визита Трампа в Китай не будут, а начнут после него. Это выглядит логично.

Но это все досужие рассуждения. Ни в коем случае нельзя считать, что все кончилось. Если нет прорыва на переговорах, – не важно, какой договор будет с точки зрения кого угодно, хорошим или плохим, – как минимум, продолжится блокада, а как максимум, будет удар.

– Ряд экспертов склоняются к мысли о том, что КСИР де-факто перехватил инициативу, перебрал на себя власть в Иране. Если это действительно так, как в таком случае выглядит прогноз относительно подписания каких-либо соглашений с Ираном?

– Прогноза по поводу подписания соглашений у меня нет. Вопрос в том, на чем настаивают американцы. Если они настаивают на абсолютно неприемлемых для Ирана пунктах, то и не будет никакого подписания. А что для Ирана абсолютно неприемлемо – тоже на данный момент не совсем ясно.

Но в целом Иран не хочет навсегда отказываться от обогащения урана. Это для них важный принципиальный момент, потому что придется отменить всю свою стратегию десятков последних лет и подвести черту под тем, на что тратили десятки миллиардов долларов. Иран не хочет ограничивать программу баллистических ракет. Но также есть подозрение, что американцы здесь готовы на существенные компромиссы.

Вопрос упирается в переговорную позицию сторон, и в меньшей степени в то, кто это решает. Кто бы это ни был в Иране, духовный лидер либо какое-то коллективное руководство, если он говорит нет, значит, нет.

По поводу коллективного руководства – да, у них оно явно какое-то коллективное. Роль верховного лидера Моджтаба Хаменеи не совсем понятна. Естественно, здесь возникает вопрос состояния его здоровья – оно явно не блещет. И тот факт, что он не показывает лица и не записывает голоса, намекает на не лучшее состояние.

Поэтому мы видим эти логичные рассуждения комментаторов и причастных, даже правительственных источников в США и Израиле, что силовики, в частности, командующий КСИР, играют более важную роль. Президент, министр иностранных дел оттеснены на задний план, хотя они никогда не играли решающей роли, несмотря на то, что у них тоже есть совещательный голос. Мы видим председателя парламента Галибафа, его влияние вроде бы довольно существенно, но точно этого мы знать не можем.

В итоге американцев интересует следующий момент: кто бы там ни был, если они в итоге подписывают договор, который устраивает американцев, то и хорошо. А будут это 2-3 наиболее влиятельных человека или 18, которые проголосуют, не суть важно.

Другое дело, что этим восемнадцати или трем сложно принимать решение. Из пакистанских источников мы знаем, что после передачи некоего американского месседжа им требуется 2-3 дня на ответ. Там, естественно, есть и технические проблемы, вплоть до того, что некоторые из них, видимо, скрываются, чтобы избежать возможной ликвидации. Плюс играет роль совещательность. Так что странный переговорный процесс продолжается, несмотря на «белый шум» – белый и не белый, – который мы слышим.

– Допускаете ли вы, что эта война может затянуться еще на месяцы?

– Естественно, почему бы нет? Во-первых, прямо сейчас войны нет, хотя есть те или иные действия, связанные с применением силы, или силовые эпизоды. Когда ситуация в подвешенном состоянии, когда идут переговоры, когда продолжается блокада, это может быть долго. Во многом все зависит опять-таки от президента США, хотя есть мнение, что он склонен к тому, чтобы какие-то решения или какие-то изменения происходили быстрее.

Конечно, есть и вариант, когда боевые действия возобновляются. Не важно, какие удары наносятся по Ирану, очень существенные или очень-очень существенные, Иран может не отказаться от прекращения боевых действий и попытаться навязать войну на истощение. То есть, когда есть разные участники, нельзя быть уверенным на 100%, что они не сделают именно так.

Иранцы, например, пошли на разного рода шаги отчаянного и неадекватного характера, которые некоторые считали маловероятными, и вот пожалуйста – атаковали тех, атаковали этих, и сейчас делают вид, что они готовы блокировать пролив и действовать таким образом, как будто им все нипочем. На самом деле им еще как почем.

По поводу ударов в случае возобновления войны, есть большой шанс, что американцы и израильтяне ударят по иранской ключевой инфраструктуре – в том духе, как это было в ультиматуме Трампа.

Есть мнение, что, если уничтожить у иранцев все, это лишит режим ресурсов. Там все будет очень плохо, но в этом случае как раз им-то и будет нечего терять. Соответственно, шанс на то, что они продолжат обстрелы чего-нибудь очень долго, повышаются. И наоборот – если уничтожается часть условной инфраструктуры, но еще остается немало ценного, то в этом случае больше шансов на то, что они будут сговорчивыми и уж точно не продолжат долго стрелять, рискуя, что уничтожат все, что осталось.

Так что продолжаем наблюдение.

Вы можете поддержать сайт Charter97.org следующим образом:

РАСЧЕТНЫЙ МУЛЬТИВАЛЮТНЫЙ СЧЕТ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ:

Название банка: Bank Millennium S.A.
Адрес: ul. Stanislawa Zaryna, 2A, 02-593, Warszawa
IBAN: PL97116022020000000216711123
SWIFT: BIGBPLPW
Название владельца счета: Fundacja “KARTA ‘97”
Назначение платежа: Darowizna na cele statutowe

Связаться с нами можно по адресу charter97@gmail.com