23 февраля 2017, четверг, 10:01

Зачем для заключенных-«наркоманов» в колониях ввели зеленые нашивки?

17

Следователи, судьи и тюремщики дружно отреагировали на приказ Лукашенко об ужесточении борьбы с «наркоманами».

20-летний Влад из Могилева отбывает свои 11 лет за распространение наркотиков в колонии №22 «Волчьи норы» в Ивацевичском районе. Влад не пошел на сотрудничество со следствием и на суде не признал вины в распространении. Соучастники Влада сделали иначе, один получил 3,5 года, второй - сейчас вообще на «химии». А Влад продолжает обжаловать приговор. В колонии таким, как он, не стоит ожидать амнистии, досрочного освобождения или хотя бы смены режима на менее жесткий. А еще у заключенных-«наркоманов» более жесткие бытовые условия содержания. Почему?

Отец Влада Игорь делится впечатлениями от первого посещения сына в колонии, передает «Радыё Свабода».

«Сотрудница колонии сразу предупредила: изначально колония была рассчитана на 500 человек, сейчас в ней более тысячи. Сын это подтвердил. Если раньше в «секциях» между кроватями были столы и тумбочки, то теперь всю лишнюю мебель убрали, чтобы вместилось больше коек. Заключенных все больше, и сроки почти у всех - более 10 лет. Они подсчитали: на 30 человек приходится всего 370 лет заключения. От перенаселенности - основные бытовые проблемы. Но почему нужно было повторять ошибки бывшей советской тюрьмы и вдавливать в одну колонию столько заключенных?» - возмущается Игорь.

По его подсчетам, в Беларуси количество заключенных-«наркоманов» скоро достигнет 10 тысяч. Но причина не только в том, что это распространенный вид преступления и большие сроки за него дают беспощадно.

«Суды штампуют приговоры с минимальной базой доказательств, лишь бы было чье-то признание», - считает отец заключенного.

Рассказывая об истории своего сына, Игорь не исключает, что тот все же употреблял наркотик, но считает, что обвинение в распространении совсем не было доказано.

«Неустановленное лицо продало»... в «неустановленное время»... в «невыясненных размерах» наркотика, - Игорь цитирует выдержки из приговора и упоминает, что в разговоре со следователем та признала: других доказательств, кроме показаний одного из наркоманов, не было, но ей и суду и того хватило.

«Ведь Лукашенко сказал: «Жэстачайшэ...»

С 2014 года, когда Лукашенко приказал ужесточить наказание за распространение наркотиков и условия содержания преступников-наркодилеров, в стране начали появляться колонии, предназначенные прежде всего для, как их называют, «наркоманов». Более других учреждений таких заключенных имеют колония №22 под Ивацевичами и №13 в Глубоком. Но не только. Хватает заключенных-«наркоманов» также в шкловской колонии, или в могилевской №15. Но сейчас выяснилось, что из-за переполненности в этих учреждениях возникли дополнительные бытовые проблемы. Как результат - люди присылают на свободу жалобы, что обстановка приблизилась к критической.

«Здесь в отрядах содержится более 160 человек, для которых всего 6 умывальников и 5 санузлов на отряд, что, в свою очередь, создает морально-бытовые и санитарные неудобства», - пишет с 15-й могилевской колонии заключенный Олег, который возмущается сверхжесткими приговорами «наркоманам» и жестокостью обращения с ними за решеткой. Олег предполагает, что к этой категории осужденных предъявляются завышенные требования, а сотрудники администрации относятся к ним предвзято.

О работе «наркомана» в колонии Олег сообщает:

«Не выполняется ни технический, ни санитарный регламент работ. Эпидемиологическое и пожарный состояние на производственной зоне критическое. В свою очередь, начальник колонии публично уверяет «наркоманов», что при данных условиях работы душ и спецодежда им не нужны».

Мать другого заключенного-«наркомана» Лариса Жигарь из Гродно уже несколько лет ведет борьбу за то, чтобы следователи, суды и администрация пенитенциарных заведений не относились к осужденным по «наркотическим» статьям предвзято, а видели в них людей, которые могут исправиться. «Материнское движение 328» - так, по номеру «наркотической» статьи, называется общественная инициатива родителей, возглавляемая Ларисой. По словам Ларисы Жигарь, ситуация с правами заключенных-«наркоманов» в тюрьмах не становится лучше.

«В апреле Лукашенко заявил, что к наркоманам нужно относиться «жэстачайшэ» - вот силовики и стараются, им теперь все можно», - полагает Лариса Жигарь.

Почему «наркоманам» - ни амнистии, ни УДО?

У самой Ларисы сын сидит в 22-й колонии, отбыл уже 4 из 8 лет. Попытки обжаловать приговор, который сын считает несправедливым, оказались безуспешными. Лариса Жигарь пытается хоть как-то помочь тем, кто вместе с сыном отбывает в «Волчьих норах» свои огромные сроки.

«У них там слишком много бытовых проблем. То не хватает телефонных аппаратов звонить домой, так как слишком много людей. То ограничили время свиданий, потому что не хватает на всех комнат для свиданий. Также не разрешили передавать в посылках витамины, приравняв их к лекарствам. Не говорю уже о том, что амнистии и «досрочки» им не увидеть», - говорит Лариса Жигарь.

В начале мая Лариса Жигарь вместе с другими активистками «Движения матерей - 328» ходила на прием к начальнику Департамента исполнения наказаний МВД Сергею Дорошко и пыталась достучаться со своими проблемами к «господину начальнику».

«Например, мы спрашивали у Сергея Дорошко, почему заключенным-«наркоманам» не дают замены режима, не освобождают условно-досрочно? Может, есть специальный закон так делать? И вот вчера мне пришел ответ из Департамента, что в соответствии со статьями 90 и 91 Уголовного кодекса и 187 Уголовно-исполнительного кодекса эти вопросы отнесены к компетенции администрации исправительных учреждений, а решения об амнистии или УДО принимает суд. И еще в ответе из Департамента сказано, что никаких особенностей относительно мер относительно преступников-наркоманов якобы нет, закон этого не предусматривает. Но если не предусматривает, то почему они все взяли под козырек после слов Лукашенко и выполняют так, как он сказал - «жэстачайшэ»? - недоумевает мать заключенного.

Зеленые нашивки для «наркоманов»

Получили активисты хоть какие-то обещания, что заключенным-«наркоманам» улучшат условия отбывания наказания? По словам Ларисы Жигарь, Сергей Дорошко действительно пообещал.

«Например, установить телефонные аппараты там, где их критически не хватает, чтобы все могли дозвониться до своих родных и близких. Пообещал дистанционное образование. Такой эксперимент прошел в гомельской женской колонии, якобы получилось хорошо, и Дорошко сказал, что осенью начнут эксперимент распространять. Но только относительно гуманитарных дисциплин - например, можно будет обучаться на психолога. Еще пообещал создание новых рабочих мест, чтобы заключенные могли собрать денег перед освобождением. Но это обещания, а как там будет... Пока практика такова, что становится только хуже. Например, сейчас в некоторых колониях для заключенных-«наркоманов» ввели обязательное ношение зеленых нашивок - как символа, что осуждены наркотического статьи. Но разве это законно? Это же как в гетто носили желтые «звезды Давида»? И теперь заменили их на зеленые?» - говорит Лариса Жигарь.

«Движение матерей 328», которое возглавляет Лариса Жигарь, до сих пор не может зарегистрироваться, и в таком отношении к их конституционным правам активистки видят дискриминацию. После того как и Гродненский суд отказал им в регистрации, женщина обратились с жалобой в Верховный суд Беларуси. 23 мая 2016 года в Верховном суде состоялось рассмотрение жалобы. Решение Ларисе Жигарь еще неизвестно - бумага из суда пока не пришла. Но активистка на 90% уверена, что снова откажут.

На сайте «Весны», где напечатано письмо заключенного могилевской колонии № 15 Олега, указано, что настоящее имя изменено. Игорь, отец заключенного-наркомана из колонии, из таких же соображений - «чтобы не навредить» - просил не называть фамилию своего сына.

По словам министра внутренних дел Беларуси Игоря Шуневича, количество наркотических преступлений, которые совершены несовершеннолетними, за первые 4 месяца 2016 года сократилась на 42%, а оборот наркотических средств уменьшился на треть. Правоохранители связывают этот успех с борьбой против ввоза наркотиков в Беларусь, а также с более жесткой практикой наказания за подобные преступления. «Палата представителей национального собрания» рассмотрела в первом чтении изменения в законы, направленные на усиление ответственности за наркотические преступления.

Правозащитный центр «Весна» предупреждает, что «неправовая практика дискриминации заключенных по признаку совершения определенной категории преступлений, которая укоренилась, противоречит национальному законодательству и международным обязательствам Беларуси в области прав человека и нуждается в немедленном исправлении».

Активисты «Движения матерей 328» предлагают ради противодействия наркотрафику ввести на российско-белорусской границе пограничный контроль.