29 ноября 2022, вторник, 3:18
Сим сим, Хартия 97!
Рубрики

Полк Калиновского — реальный и легитимный представитель белорусского народа

29
Полк Калиновского — реальный и легитимный представитель белорусского народа
Богдан Яременко

С кем стоит разговаривать украинским властям?

Украинский дипломат, народный депутат от правящей партии «Слуга народа» Богдан Яременко считает, что Киев должен сформировать собственную стратегию по отношению к Беларуси, сделав ставку на воюющий в Украине полк Кастуся Калиновского. Сайт Charter97.org публикует полную версию его авторской статьи.

— В последнее время мне приходилось много и заслуженно хвалить украинскую дипломатию. Причина в том, что, по моему убеждению, война заставила Украину переосмыслить ряд стратегических направлений внешней политики. И хотя переосмысление заняло дольше, чем хотелось бы, я разделяю то, что было утверждено президентом Зеленским — реализуемые принципиальные и тактические подходы к развитию отношений с НАТО и ЕС, полностью поддерживаю отношение к развитию отношений с США как одним из двух основных внешнеполитических партнеров (вместе с ЕС), а также настроенность на достижение союзнического уровня отношений. Также не вижу оснований что-либо менять по отношению к России.

Но как положено каждому серьезному государству — обойтись без темных уголков во внешней политике невозможно. Территорией «повышенной заболоченности» для Украины, где не хватает как стратегического видения, так и прагматичности, по моему убеждению, является Беларусь.

Важность этого государства для Украины определяется военно-стратегическими соображениями.

Сохранение «союзного государства» России и Беларуси будет принуждать Украину рассматривать белорусско-украинскую границу как линию фронта, что в контексте реальной политики будет удваивать ее (линии фронта) протяженность для Вооруженных Сил Украины. Даже в условиях снижения боевой активности на юго-восточном фронте, организация государственной границы с Беларусью посредством линии фронта будет отвлекать слишком много ресурсов — и военных, и материальных. Не для четких расчетов, но для иллюстрации — ширина полосы обороны одной механизированной либо танковой бригады — 10-20 км.

Территория Беларуси (в случае сохранения там режима российского гауляйтера Лукашенко) является прямой угрозой для территории нескольких областей — Черниговской, Киевской, Житомирской, Хмельницкой, Ровенской, Волынской и Львовской. Это территория, по которой проходит основной логистический коридор, соединяющий Украину с дружественными и партнерскими государствами на Западе, который должен быть защищен любой ценой. На этом направлении расположены две атомные электростанции.

Моя фраза об организации границы с лукашенковской Беларусью как линии фронта означает больше, чем определенные организационные и инженерные мероприятия или размещение определенного количества войск на линии более 1000 км. Само существование «союзной» для России Беларуси потребует сосредоточения значительных оборонных и ресурсов безопасности на большую глубину вдоль длинной линии украинско-белорусской границы.

Также Украина лишена права на беспечность и недальновидность в анализе и своих перспективах присоединиться к ЕС и НАТО. Нужно иметь реалистичный план «Б». Если все же не ЕС и НАТО, то что? Для большинства потенциальных естественных региональных союзов с участием Украины именно наше государство будет основой оборонного потенциала, а значит, что все соображения относительно будущего Беларуси будут оставаться актуальными. Практически все конфигурации теоретически возможных будущих региональных альянсов для Украины будут включать Польшу и Литву, которые имеют ряд собственных проблем с Беларусью и считают ее оккупацию Россией прямой угрозой, а потому будут рассчитывать на Украину.

Продолжение существования угроз для Украины с юга (гигантская военная база, в которую Россия превратила временно оккупированные Крым и Севастополь), юго-запада (Приднестровье) и севера (союзная России авторитарная Беларусь) в дополнении к постоянной угрозе со стороны России, потребует от Украины значительно большие затраты на оборону и безопасность, чем это допускают потребности развития. Поэтому эти угрозы должны быть устранены или минимизированы доступным и приемлемым способом, в какой-то приемлемой временной перспективе, в какой-то логической и понятной последовательности.

Повторюсь, кроме всех очевидных угроз, связанных с де-факто оккупацией Россией Беларуси, отдельную угрозу представляет существование в Беларуси нелегитимного авторитарного марионеточного режима во главе с Александром Лукашенко. Любое демократическое государство не сможет быть союзником России или поддерживать его милитаристские геополитические намерения.

Очень долго и слишком настойчиво нам навязывали идеи, что мыльный пузырь дотационной и неспособной существовать независимо от России экономики Беларуси является каким-то чудом социальной справедливости. Нас устраивало и то, что ценой существования лукашенковской экономической модели были энергетические ресурсы из России, получаемые по нерыночным политическим ценам за счет демонтажа белорусской государственности и суверенитета, выхолащивания национальной самобытности белорусского народа. В экономическом плане дотационность белорусской экономики создавала для белорусской экономики нерыночные и несправедливые преимущества перед украинскими производителями.

Проблемы национальной идентичности в Беларуси также носят экзистенциальный характер, поскольку агрессивное навязывание российских нарративов и дискурсов во внутренней политике в Беларуси рано или поздно сделает любые трансформации невозможными. Решить эти и другие проблемы с недемократическим и непредсказуемым соседним государством мы не сможем.

С огорчением приходится констатировать, что у украинской политики в отношении Беларуси нет признаков существования стратегии, направленной на ликвидацию описанных выше угроз, а политика Украины, направленная на уменьшение актуальных угроз с территории Беларуси, не является ни последовательной, ни достаточной: с одной стороны — мы уже ведем серьезные, масштабные и очень дорогостоящие оборонительные приготовления, а с другой — позволяем Лукашенко прикидываться дураком, делая обещания, которые он не может выполнить (к примеру — не атаковать Украину).

Такая ситуация не является новой, а скорее болезненным наследием.

Очень долго украинская политика по отношению к Беларуси не имела принципиального и ценностного характера, определялась коррумпированными политиками и меркантильными интересами быстрого заработка приближенных к власти. В информационном поле до недавнего времени мейнстрим создавали апологеты Лукашенко: мы слышали восхищения «твердой рукой» и «крепким хозяйственником», «хитрой политикой балансировки Беларуси между Россией и Западом», что «не все так просто в Беларуси» и без разрешения Лукашенко белорусы «не помогли бы нам вытянуть из России пару десятков лопастей для боевых вертолетов», «Лукашенко не поддерживает аннексию Крыма», а «прекращать закупку электроэнергии из Беларуси нельзя, потому что нарушится энергобаланс», «отказ от поставок бензина и дизеля станет для нас крахом и окончательно сделает Беларусь зависимой от дотаций из России», а «признание Лукашенко нелегитимным не оставит ему другого выбора, как быть союзником России».

Все эти басни о Беларуси и Лукашенко — откровенная циничная и неприкрытая заказная ложь пропагандистского и спецслужбистского характера. Лукашенко интересуется лишь выживанием своего политического режима. Любой ценой. Цена обороны Киева в марте 2022 года и наша неготовность к нападению со стороны Беларуси, которую украинские чиновники почему-то называют «изменой» белорусской элиты (которая как раз была и осталась верной и преданной своим кремлевским хозяевам и ни при каких обстоятельствах не могла поступить иначе), должна финализировать все дискуссии о выгодах сотрудничества с Лукашенко.

И если мы считаем, что носители и распространители этой лжи искренне ошибались (и их ошибка стоила нам всех трагедий и жертв обороны Киева и Чернигова), то почему мы так неуверенно лишаемся навязанных ими подходов? Что мы продолжаем беречь в отношениях с Беларусью? Почему, сделав один правильный шаг — создав полк Кастуся Калиновского, в который приглашены служить и вместе с нами защищать Украину от России граждане и выходцы из Беларуси, мы не делаем другие очевидные вещи — разрыв дипломатических отношений с государством Лукашенко и движение в направлении восстановления государственности беларуского народа, усиления санкций против белорусского режима и международную координацию соответствующей политики в отношении Беларуси?

Как после 24 февраля можно думать, что непринципиальная и недостаточная реакция Украины и на вторжение с территории Беларуси, и на ежедневные бомбардировки Украины, будет от чего-то сдерживать Лукашенко? Мы же видим, что Лукашенко и его окружение, если когда-то и испытывали неудобство от очевидной несогласованности своих заявлений и действий по Украине, то уже давно привыкли вместе с россиянами убивать украинцев и при этом слать нам дипломатические ноты о каких-то вымышленных нападениях «с четырех сторон».

Понятно, что не в интересах Украины открывать второй фронт. Но ведь он и так существует с февраля 2022! И люди, и ценный боекомплект для перемалывания пары бригад, которые могут снова вторгнуться с территории Беларуси по суше, нужен нам в других местах. Но тот, кто убеждает, что решение Лукашенко отправлять или нет свои войска в Украину зависят от наших политических реверансов или маневрирования, а не от воли Кремля — или неразумный, или нечестный человек.

С точки зрения политического и военного анализа и планирования, очередное вторжение с территории Беларуси следует считать решенным вопросом. Хотя бы потому, что Путин войну заканчивать не собирается и продолжает искать способы ее эскалации, а вторжение со стороны Беларуси российские военные уже практиковали, сделали работу над ошибками и постоянно усиливают материально-техническую базу своего контингента на территории Беларуси, а также проводят мобилизацию для увеличения численности своих вооруженных сил. Если Путин примет соответствующее решение — кто удержит его от повторения в несколько ином исполнении того, что он уже один раз сделал в феврале этого года? Лукашенко? А почему он не смог или не захотел это сделать в прошлый раз? Что изменилось?

Лукашенко может воспринимать отсутствие энергичной и агрессивной реакции со стороны Украины на нападение лишь как свидетельство того, что у него еще есть время и возможности для собственных политических игрищ (раз Киев не идет на обострение, значит есть еще возможность давить на него, подыгрывая русскому хозяину).

Зачем же отвергать мнение, что комбинация разрыва дипломатических отношений, других политических и дипломатических демаршей и активных мер, вместе с хорошо спланированным мощным ударом по скоплениям российских войск и баз на территории Беларуси, из которых производятся обстрелы Украины, будет для Лукашенко значительно более эффективным сдерживающим и запугивающим. фактором (к тому же — оправданным с точки зрения международного права и правил ведения войны), чем наши постоянные заигрывания и закулисные торги с самопровозглашенным диктатором, давно перешедшим от убийств своих граждан к убийству наших?

Какой более эффективный ответ на ежедневные запуски с территории Беларуси иранских дронов-камикадзе, убивающих украинцев и уничтожающих инфраструктуру? Дипломатическая нота МИД Украины или ответный удар?

Расчет на свои силы в усилении противодействия Лукашенко выглядит для меня гораздо более аргументированным, нежели надежда на то, что он сможет или захочет противостоять давлению Путина. Попытка заставить его делать то, что выгодно для нас, более реалистична, чем ожидание, что он не сделает что-то нужное для России. Наши действия должны дать Лукашенко стимул изменить подход, отказаться от желания постоянно провоцировать нас и сосредоточить больше внимания на усилиях продолжить сопротивляться России. Раз Лукашенко боится только силы, то давление со стороны Украины должно перевесить российское. Раз Лукашенко переживает только за судьбу своего режима, то мы должны создать угрозу существованию этого режима не менее реалистичную, чем россияне.

На всякий случай еще раз подчеркну очевидное — единственный мотив Лукашенко — это сохранение своего правления. Поэтому единственный возможный положительный сценарий воздействия на него — предложить больше, чем дает Россия. Но и это не будет гарантировать успех, поскольку контроль России над Беларусью, включая окружение Лукашенко, следует считать полным. Поэтому я бы не надеялся на какие-либо шансы переиграть Россию на поле «подачек и подкупа».

В прошлом году Украина приняла принципиальное решение — не признавать результаты президентских выборов в Беларуси и назвать Лукашенко нелегитимным лидером. Украина достаточно последовательно придерживается заявленной линии, отказываясь (по меньшей мере, официально и публично) от политического диалога с самим белорусским узурпатором и всеми центральными органами власти.

Но от этого белорусское государство, а тем более — белорусский народ, не прекратили свое существование! С кем и как мы продолжаем диалог в Беларуси при отсутствии легитимных властей? Думаю, что откладывать поиск ответов на эти вопросы будет означать лишь лишение себя влияния не только на нынешнюю ситуацию в Беларуси, но и на свое будущее.

Эта нетривиальная проблема (которая, кстати, возникает и с Россией, ввиду решения отказаться от взаимодействия с Путиным) не имеет простого решения. Некие скрытые контакты через неформальных посредников должны существовать на высоком политическом уровне. Не следует полностью отказываться от «технических» контактов на официальном уровне. С учетом реалий жесткого контрразведывательного режима и подчинения белорусских спецслужб российским, возможны контакты с представителями местных властей, межчеловеческие контакты и т.д.

Но если власти Беларуси не могут с нашей точки зрения осуществлять политическое представительство народа этой страны, то единственная очевидная альтернатива — это оппозиция.

Однако и здесь возникают затруднения. Белорусская оппозиция внутри Беларуси существует только в тюрьмах, а за границей она испытывает все типичные трудности и проблемы эмиграции, включая разделенность по разным странам и политическую фрагментированность. Так называемая старая оппозиция, далеко не единственными представителями которой являются Зенон Позняк, Андрей Санников, Наталья Радина, Дмитрий Бондаренко и многие другие ярые противники Лукашенко, которые после заключения, пыток, запугивания или политических провокаций, были выдавлены из Беларуси уже много лет назад. Это преимущественно интеллектуальные и идейные люди, хорошо известные в Украине и заслужившие достаточно широкое признание в западном мире из-за приверженности исповедуемым принципам, демократическим и гуманистическим идеалам. Тем не менее, их продолжительное и вынужденное отсутствие в Беларуси делает их менее заметными и влиятельными в реальной политической среде.

Массовая политическая эмиграция из Беларуси, вызванная жестоким подавлением протестов в прошлом году, разнородна. В Украине нашли приют определенное количество общественных активистов и менее политически амбициозные протестующие. Следует признать, что Украина даже сдерживала миграцию из Беларуси, в том числе — и из-за позиции спецслужб, оперативно установивших попытки Лукашенко воспользоваться потоком политических беженцев за границу для инфильтрации своей агентуры.

Фактически Украина поощряла переезд на свою территорию только представителей сферы IТ, кое-где вообще не имеющих политической аффилированности. По другим группам граждан Беларуси какой-либо четкой политики не проводилось. Поэтому в течение года белорусская община Украины не инициировала собственные заметные политические проекты.

Центральная оппозиционная фигура президентских выборов Светлана Тихановская и ее многочисленное окружение, осевшие в Литве, имеют очень двусмысленную репутацию. В ходе политической президентской кампании и после нее Светлана Тихановская допустила столько ошибок, что позволило поставить под сомнение наличие у нее устойчивых политических взглядов и лидерских качеств. В ее окружении есть совершенно случайные личности, а также люди, в отношении которых могут возникать описанные выше беспокойства украинских и не только спецслужб.

Пока мне трудно предложить иной, чем избранный украинскими властями подход: избегать контактов и внимательно наблюдать за этой политической группой, а также ее усилиями добиться широкого международного признания, которые, тем не менее, производят впечатление политического туризма.

По имеющейся информации, испытывают определенный дискомфорт от присутствия на своей территории этой политической среды и литовские власти, которые вынуждены нести соответствующие политические, организационные и финансовые расходы, не имея полного понимания, что с этим делать, а также уверенности к чему все это приведет.

Неоднозначное отношение к Светлане Тихановской и в Беларуси. Из-за ее внезапного появления в президентской гонке белорусы, ставя отметки напротив ее фамилии, скорее голосовали против Лукашенко, чем за нее. Измерять уровень ее поддержки в Беларуси на основании каких-то цифр лукашенковского ЦИК или соцопросов — это обманывать себя.

Наиболее авторитетным сегодня среди белорусов и внутри страны, и за ее пределами институтом, наверняка можно считать упомянутый уже полк Кастуся Калиновского. Белорусские воины заработали свой авторитет кровью и потом в реальных боях, где достойно представляют и шевроны ВСУ, и запрещенный Лукашенко бело-красно-белый флаг. Сторонники Лукашенко и белорусские миньоны России относятся к полку с понятной ненавистью, но игнорировать его существование уже не могут. Своими реакциями они только распространяют информацию о его существовании. Оппоненты Лукашенко считают полк едва ли не единственной надеждой на предстоящие изменения в Беларуси, поскольку убеждены, что репрессивный российско-белорусский режим уничтожил все возможности обрести политическую волю для трансформаций внутри страны.

Отношение прогрессивных и демократических белорусов к полку примерно такое же, как у украинцев к ВСУ — они волонтерят для полка и в силу возможности поддерживают своих и наших бойцов. В Украине иногда можно услышать очень несправедливую критику полка, мол, несколько сот бойцов — это слишком мало, чтобы делать выводы о белорусах и их роли в войне России против Украины. Следует помнить, что в Беларуси фактически введены выездные визы для граждан, прямого сообщения с Украиной нет, а украинские возможности отфильтровывать, проверять, обучать и содержать белорусских добровольцев — также достаточно ограничены.

Понятно, что военнослужащие полка не могут заниматься политикой. Но среди белорусских патриотов полка Калиновского есть достаточно политически зрелых и активных граждан Беларуси, вполне способных и заинтересованных политической деятельностью. «Калиновцы» уже и сами задумались над тем, что не имеют права ограничивать свои задачи только участием в войне против России, а учитывая свой авторитет, должны нести ответственность и за судьбу белорусской оппозиции, и за будущее внутренних трансформаций в Беларуси. Недавно полк избрал свое политическое представительство — Сойм, в который вошли как военнослужащие полка, так и представители новой волны белорусской эмиграции.

Эта структура, в случае признания ее существования Украиной, вполне способна стать платформой для широкого объединения белорусской оппозиции, находящейся в Украине, Польше и Литве.

В случае создания подобной широкой оппозиционной платформы Беларуси, следующим логическим шагом станет признание ее как одного из легитимных представителей интересов белорусского народа. Можно рассчитывать, что объединенные усилия Украины, Литвы и Польши позволят найти официальные формы взаимодействия с такой оппозиционной платформой (вплоть до того, чтобы признавать право исполнительной структуры объединенной оппозиции совершать консульские и нотариальные акты в интересах граждан Беларуси, вынужденно проживающих за границей и тп), что будет вдохновлять белорусское сопротивление и лишать Лукашенко его легитимности в глазах белорусского народа.

Военная часть полка продолжит свое существование и может иметь интересные перспективы. Например, в рамках трехсторонней договоренности с Украиной, Литва и Польша тоже могли бы создать белорусские национальные военные подразделения уровня взвода-роты или батальона (в зависимости от количества желающих в них служить) в рамках своих вооруженных сил и сделать эти подразделения кадровой основой для украинско-польского -литовской бригады. Также на основе этих подразделений могли бы проходить военную службу белорусские воины, не путающие присягу народу и Лукашенко. Довольно быстро такая бригада может стать фактором силы, с которой вынуждены будут считаться белорусские власти, планируя любые незаконные карательные или репрессивные акции против своего народа. Для наших трех государств такой проект стал бы серьезной заявкой на влияние и развитие событий в регионе, а также доказательством жизнеспособности новых региональных объединений.

Однако для реализации таких амбициозных проектов вначале Украине следует привести в порядок свое правовое поле — по аналогиям с последними решениями украинского президента относительно отказа от взаимодействия с Путиным или решением парламента о признании права народов России на самоопределение. Разрыв дипломатических отношений с Беларусью должен быть не последним политическим шагом, а первым на пути к официальной и публично заявленной цели — освобождение Беларуси от российской оккупации и внутренней узурпации.

Белорусский вопрос может стать одним из основных и для развития межпарламентской дипломатии. В частности — сосредоточение внимания парламентариев Украины, Литвы и Польши на проблемах Беларуси может по-новому раскрыть потенциал трехсторонней межпарламентской ассамблеи наших стран. Значимость проблем, связанных с Беларусью, для будущего нашего региона настолько велика, что сотрудничество над их решением вполне способно превратить указанную полуформальную межпарламентскую структуру в перспективную региональную организацию типа ГУАМ, которая станет для Украины и логическим продолжением своей региональной политики с юга на север , и новым толчком для переосмысления идеи балто-черноморского пространства, а также развитием проекта «Люблинского треугольника».

Для будущей Беларуси эта новая восточно-европейская политическая ассоциация станет в перспективе основным адвокатом и помощником для возвращения в политическую семью европейских народов и источником дополнительных ресурсов для решения внутренних вопросов.

Следовательно, не стоит терять время — перед Украиной поле возможностей защитить себя и помочь восстановить свободу братского народа, чьи представители в одном боевом порядке с украинцами защищают украинскую свободу. При этом у нас нет и не будет нужды воевать за белорусов — нужно только помочь им организоваться. Все остальное они способны сделать сами.

Авторская версия, сокращенный и отредактированный текст впервые опубликован на сайте «Европейская правда»

Скачивайте и устанавливайте мессенджер Telegram на свой смартфон или компьютер, подписывайтесь (кнопка «Присоединиться») на канал «Хартия-97».