22 февраля 2024, четверг, 4:45
Поддержите
сайт
Сим сим,
Хартия 97!
Рубрики

Дэниел Фрид: Возникает принципиальный вопрос касательно санкций против режима Лукашенко

12
Дэниел Фрид: Возникает принципиальный вопрос касательно санкций против режима Лукашенко
Дэниел Фрид

Над ним должны думать и США, и ЕС.

Работают ли санкции против режимов Лукашенко и Путина? Нужно ли унифицировать ограничительные меры в отношении Москвы и Минска? Действительно ли российская экономика привыкла к санкциям?

Об этом экс-координатор санкционной политики Госдепа США, бывший американский посол в Польше, эксперт аналитического центра «Atlantic Council» Дэниел Фрид рассказал в интервью сайту Charter97.org.

— Западные санкции против России и Беларуси не являются единообразными. Беларусь стала крупным хабом для обхода санкций против Кремля. Как добиться согласования санкционной политики в отношении России и режима Лукашенко?

— Заметно, что европейский экспорт в различные страны, такие как Кыргызстан, Казахстан и Беларусь, за последние месяцы значительно вырос. Логично предположить, что это как-то связано с обходом санкций. ЕС и США предприняли шаги по пресечению этого.

На данный момент США ввели очень много санкций против Беларуси. 5 декабря было объявлено о новых санкциях США как за нарушение прав человека, так и за помощь России в обходе санкций.

Принципиальный вопрос заключается в том, следует ли нам продолжать применять санкции к Беларуси по мере появления поводов и доказательств. Возможно, нам следует принять решение о том, что санкции против России должны применяться и к Беларуси с возможностью исключений, когда для этого есть веская причина. Следует ли нам относиться к Беларуси как к придатку путинской империи?

Мы верим в свободу Беларуси. Мы не считаем, что ее будущее связано с Россией или должно быть с Россией, но вопрос санкционной политики заключается в том, должны ли мы начать относиться к Беларуси как к придатку РФ. У меня нет однозначного ответа на этот вопрос, но это то, над чем нам, американцам, правительству США и Европейскому Союзу, следует подумать.

— Исходя из вашего прошлого опыта руководства санкционной политикой, были ли у вас такие ситуации, когда есть некий плохой актор, а у этого плохого актора есть меньший сателлит. Является ли случай с Беларусью чем-то совершенно новым?

— Это не является чем-то совершенно новым. Всегда были страны, которые были склонны к нарушению санкций. Например, мы знаем, что Северная Корея является поставщиком оружия в Россию. Есть и другие страны, которые, возможно, закрывают глаза на нарушения санкций в отношении РФ.

Беларусь представляет собой интересный случай, поскольку Лукашенко, похоже, частично сдал белорусский суверенитет, чтобы остаться у власти – это оценка в грубом приближении с моей стороны, но, думаю, что в этом что-то есть. Правитель ли он суверенной страны или же он колониальный губернатор, «наместник», как сказали бы поляки?

Является ли он просто агентом Путина в стране, которая номинально суверенна, но на самом деле является страной-сателлитом? Каковы политические последствия этого в отношении санкций?

— Экспорт из ЕС в Кыргызстан, Казахстан, другие страны-соседки РФ, находится на подъеме, в то время как экспорт в саму Россию резко упал. Есть ли способы обнаруживать столь необычные транспортные маршруты и перекрывать их? Что следует делать в таких случаях?

— Правительства должны адекватно контролировать свои границы. Лидеры санкционной политики ЕС и США Дэвид О’Салливан из ЕС и Джим О’Брайен из Госдепартамента (недавно его повысили до помощника госсекретаря по европейским делам), совершали много поездок в страны, которые вы назвали. Мы, США и Евросоюз, также ввели санкции в отношении компаний из этих стран, которые, по нашему мнению, причастны к нарушениям санкций. Большая часть политики санкций будет заключаться в обеспечении соблюдения санкций на основе информации.

Что касается Беларуси, у демократической оппозиции действительно есть люди внутри страны… Скажем, чем больше информации об обходе Беларусью санкционной программы России, тем легче для нас обеспечить соблюдение санкций и рассматривать следующие шаги против поддержки Беларусью войны Путина против Украины.

— Насколько я понимаю, идея санкций против России изначально заключалась в том, чтобы подорвать способность РФ вести агрессивную войну. Но прошло два года, российская экономика все еще держится, они даже сообщают о некотором росте. Видите ли вы какие-либо возможности для улучшения нынешней санкционной политики в отношении России и ее реализации?

— Санкции оказали немедленное и сильное влияние на Россию в 2014 году, а затем в 2022 году, когда эскалация санкций сильно ударила по российской экономике.

Верно также, как вы сказали, что российская экономика в некоторой степени восстановилась и научилась выживать в условиях санкций. Однако это еще не полная история. Восстановление российского производства во многом связано с тем фактом, что огромная часть российской экономики перенаправляется на военное производство. Во многих случаях оно имеет более низкое качество из-за санкций. Это также означает, что гражданская экономика в России испытывает острую нехватку ресурсов.

Санкции эффективны в том смысле, что они оказывают среднесрочное и долгосрочное давление на российскую экономику. Они не работают достаточно быстро, чтобы заставить Путина уйти из Украины или урегулировать войну на чем-либо, кроме условий капитуляции Украины, что является нынешней позицией России.

Санкции должны быть ужесточены, особенно в отношении реализации, есть варианты. Это то, что мы можем сделать. Кое-что в этом направлении США и ЕС уже делают.

Хорошая новость заключается в том, что санкции бьют по российской экономике, есть способы повысить эффективность санкций. Плохая новость в том, что они не помогут Украине в ближайшем будущем. 2024 год может оказаться очень тяжелым годом для Киева.

И в ЕС, и в США есть проволочки из-за противников поддержки Украины, оппозиции, у которой на самом деле нет реальных аргументов, кроме «нам все равно» и «Украина должна принадлежать России» — в этом суть аргументов венгерского правительства и многих членов Конгресса США, чья позиция совпадают с позицией Дональда Трампа, который, похоже, является пропутинским американским политиком (как бы шокирующе это не звучало).

У нас есть свои проблемы, но у нас есть возможности усилить давление на российскую экономику и на Путина, если мы сможем сохранить политическую волю продолжать это делать.

— Можно вас так перефразировать: санкции сами по себе адекватны, но их исполнение еще предстоит улучшить?

— Нам нужно сделать две вещи в отношении санкций. Одна из них — усиление их реализации, вторая — усиление самих санкций. США и ЕС делают и то, и другое. Им нужно делать это, я думаю, быстрее и шире, но они действуют. США не сидят сложа руки. Например, был предпринят ряд шагов по повышению эффективности ограничения цен на нефть, а ранее ЕС объявил о новых шагах по улучшению своих санкций и их эскалации, включая, кстати, санкции в отношении критически важных технологий, таких как высокотехнологичные станки, это очень хороший шаг со стороны ЕС.

Но впереди еще много работы. И возникает вопрос, должна ли существовать презумпция того, что санкции России должны распространяться и на Беларусь. Думаю, что это вопрос, на который должны обратить внимание американское правительство (в которое я не вхожу) и сообщество людей в США, которые заинтересованы в политике санкций и в использовании этой политики для помощи Украине.

— Хотя вы и не в правительстве, как вы думаете, сможет ли Вашингтон преодолеть сопротивление оппозиции и в конечном итоге предоставить Украине адекватное финансирование? Или 2024 год будет тяжелым для Украины из-за того, что поддержка не является данностью?

— Сейчас Конгресс США пытается проработать вопросы, которые тормозят оказание помощи Украине. Ситуация осложняется тем, что эта помощь связана с неким компромиссом в вопросах безопасности границ. Думаю, Конгресс придет к соглашению, но будет ли так — не знаю.

В крайне правой части спектра американской политики есть те, кто выступает против поддержки Украины, те, кто отказались от рейгановской внешней политики и вернулись к традиции внешней политики «Америка превыше всего», что, по сути, означало безразличие к европейской безопасности в конце 30-х годов и вплоть до вступления США во Вторую мировую войну.

Для некоторых сторонников лозунга «Америка превыше всего» это означало своего рода негласную поддержку Гитлера как человека, который мог быть достаточно решительным и антикоммунистическим, но традиция «Америка превыше всего» была безразлична к европейской безопасности. Это была катастрофическая ошибка. Это означало, что США не играли никакой роли в попытке остановить Гитлера, мы сняли с себя эту ответственность. Британцы и французы не были достаточно сильны, чтобы проводить хорошую политику, результатом стала Вторая мировая война — катастрофа.

Поэтому я мало сочувствовал людям из лагеря «Америка превыше всего» тогда и мало сочувствую им сейчас. Я думаю, это отражает нашу самую худшую внешнеполитическую традицию за последние 120 лет. Думаю, мы преодолеем это. Но не важно, что думаю я — это наша проблема. Подобные традиции есть и в Европе, поэтому нам нужно помнить уроки истории и не повторять ошибок первой половины прошлого века, которые принесли нам столько невзгод.

— Получается, в Беларуси и в Украине придется очень внимательно следить за выборами в США…

— Боюсь, что вы правы.

— В то время, когда Украина находится в центре мирового внимания, в Беларуси тысячи политических заключенных страдают в самых худших условиях, которые только можно себе представить. Некоторые из них умерли в тюрьмах, многие получили необратимый ущерб их здоровью. Если бы вы дали совет нынешней администрации, есть ли какие-то экономические, санкционные способы ускорить освобождение белорусских политзаключенных?

— У меня нет простого ответа. Нам, США и Европе, безусловно, необходимо сделать все возможное, чтобы оказать давление на Лукашенко и его режим в надежде, что мы сможем вызволить политзаключенных из тюрем.

Но Лукашенко теперь должник Путина, так что это скверная ситуация, и мне легко сказать, что белорусский народ должен иметь веру и продолжать поддерживать свое демократическое и европейское будущее (я верю в это), но я не хочу создать впечатление, будто мы, американцы, слепы к трудностям и боли, которую Лукашенко причиняет своему народу. Это то, что делают диктаторы. Белорусам не нужен американец, чтобы им это сказать.

Я говорю это, потому что хочу, чтобы они знали: мы это понимаем, по крайней мере, мы, американцы, которые верят, что свобода в конечном счете неотъемлема и универсальна.

Написать комментарий 12

Также следите за аккаунтами Charter97.org в социальных сетях